MJisALIVEru

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » MJisALIVEru » Окружение » Tom Mesereau (Том Месеро)


Tom Mesereau (Том Месеро)

Сообщений 1 страница 77 из 77

1

Интервью с Месеро по поводу вновь открытых фактов по делу М.Джей

http://www.youtube.com/watch?v=4eV84vGI … r_embedded

Отредактировано Белла(Наталья) (24-03-2010 08:17:15)

0

2

Белла(Наталья) написал(а):

Интервью с Месеро по поводу вновь открытых фактов по делу М.Дже


перевод в кратце  (Hella @ 2010 mjj.ru)

Разговор про новые показания свидетелей о том, что Мюррей прервал реанимационные мероприятия и начал прятать улики.
Мезеро говорит, что если эти показания прадивы и настоящие, то они нанесут большой урон защите Мюррея. Сокрытие улик в данном случае может стать причиной изменения обвинений в сторону ужесточения. В своих показаниях Мюррей никогда такого не упоминал, а это очень важно.
Мезеро ожидает, что начнется настоящая "атака" на Мюррея в связи с этой новой информацией.

(получается, что существует 2 истории Мюррея о том, что произошло). По мнению Мезеро, защита станет придерживаться первой и обоснует это тем, что те (первые) показания были даны непосредственно после известных событий.

Мезеро говорит, что Майкл Джексон был самы известный артистом в мире. Что он доверил свою жизнь другим и они убили его.

Семья просто в ужасе. Майкл доверил свою жизнь доктору, который ответственен за его смерть.

На вопрос ведущего о том, последуют ли дальнейшие обвинения Мюррея в связи с этой новой информацией, Мезеро говорит, что "теоретически это возможно, но он подозревает, что скореевсего они не буду усолжнять это дело и логически доведут его до конца, не меняя обвинений в непреднамеренном убийстве.

+1

3

Tom Mesereau
http://www.nndb.com/people/289/000097995/thomas-mesereau-1-sized.jpg

AKA Thomas Arthur Mesereau, Jr.

Born: 1950
Birthplace: West Point, NY

Gender: Male
Race or Ethnicity: White
Sexual orientation: Straight
Occupation: Attorney

Nationality: United States
Executive summary: Defended Michael Jackson

California attorney with long, shocking white hair. A partner with Collins, Mesereau, Reddock & Yu, LLP, out of Century City, California (a suburb of Los Angeles). Mesereau has an excellent track record with regards to acquittals. Annually he defends death penalty cases in Alabama pro bono, and does other work for those too poor to afford legal services. Most remarkable in select celebrity cases he has achieved the seemingly impossible. Mesereau was former counsel to Mike Tyson; he successfully defended Robert Blake's murder charges; most prominently, he defended Michael Jackson's against child abduction and molestation charges brought by Santa Barbara County District Attorney Tom Sneddon. In this last trial much of the world expected a certain guilty verdict; one of the few false moves Mesereau made was telling the jury Jackson would testify, but not delivering on this.

Father: Thomas Arthur Mesereau (US Army major)
Sister: (d., lung cancer)
Wife: Heidi Gold (Vogue, model, div. 1980s)
Girlfriend: Minnie Foxx

High School: Englewood, NJ (1968)
    High School: Phillips Academy Andover (post-graduate, 1969)
    University: BA, Harvard University (1973)
    University: MSc, London School of Economics (1975)
    Law School: JD, Hastings College of the Law (1979)

    Irish Ancestry
    Italian Ancestry

Том Месеро

Также известный, как Томас Артур Месеро младший

Дата рождения: 1950
Место рождения: Вест-Пойнт, штат Нью-Йорк

Пол: Мужской
Раса: Белый
Сексуальная ориентация: Гетеро
Профессия: адвокат

Гражданство: Соединенные Штаты Америки
Резюме: защищал Майкла Джексона

Калифорнийский адвокат с длинными белыми волосами. Образовал партнерство Коллинз, Месро, Реддок и Ю., LLP, офис расположен в Century City, Калифорния (пригород Лос-Анджелеса). Месеро имеет прекрасный послужной список в отношении оправдательных приговоров. Ежегодно он защищает обвиненных, которых пытаются приговорить к смертной казни в штате Алабама безвозмездно, и выполняет другие работы для тех, кто слишком беден, чтобы позволить себе юридические услуги. Самое примечательное, что в некоторых случаях дел против знаменитостей, он добился, казалось бы, невозможного. Месеро - бывший адвокат Майка Тайсон , он успешно защищал Роберта Блейка по обвинению в убийстве; особо стоит отметить, что он защищал Майкл Джексона от обвинений в похищении детей и совращении их, предъявленные окружным прокурором Санта-Барбары Томом Снеддоном . В этом последнем деле большинство мировых экспертов ожидали обвинительного приговора; единственный ложный ход, что сделал Месеро во время этого суда -пообещал жюри, что Джексон будет давать показания, но этого так и не случилось.

Отец: Томас Артур Месеро( майор армии США )
Сестра: (умерла, рак легких)
Жена: Хейди Голд (Vogue, модель, развелся в 1980-х)
Girlfriend: Минни Фокс

Средняя школа: Энглвуд, штат Нью-Джерси (1968)
Средняя школа: Академия Филлипса Эндовера (аспирант, 1969)
Университет: Гарвардский университет (1973)
Университет: Лондонская школа экономики (1975)
Юридический факультет: колледж Закона Гастингса(1979)

Томас Месеро итало-ирландского происхождения.
http://www.nndb.com/people/289/000097995/

+4

4

Сайт фирмы Томаса Мизеро - Mesereau & Yu, LLP http://www.mesereauyu.com/ . На нем -  ссылка на печатную июльскую статью 2009 года о защите Майкла в суде в 2005 году:
DEFENDING MICHAEL
by Thomas A Mesereau Jr.
Forum Column, Los Angeles Daily Journal
July 1st, 2009

Site designed and maintained by Zilk Inc.
Сайт разработан и поддерживается фирмой Тани Зилке.

Отредактировано Ines (25-03-2010 18:59:25)

0

5

Ines написал(а):

Сайт разработан и поддерживается фирмой Тани Зилке.

а она в свою очередь является подругой Карен Фэй...

0

6

Ines написал(а):

Сайт разработан и поддерживается фирмой Тани Зилке.

LaLuna написал(а):

а она в свою очередь является подругой Карен Фэй...

Такс.........И Ренди Джексон тоже там же и Майкл Буш.......интересно

0

7

Отдавая должное адвокату Майкла Джексона. Томас Мезеро.

http://s005.radikal.ru/i211/1002/3a/19884160b1fe.jpg

Судебный процесс... Устами адвоката Майкла Интервью Томаса Мезеро, которое он дал журналистке Деборе Кунеш.

http://s004.radikal.ru/i207/1002/41/22493e2ca898.jpg

какой Майкл здесь худенький :'(

Адвокат Том Мезеро, мл. представлял Майкла Джексона в суде в 2005 году (он пришел на смену адвокатам Марку Герагосу и Бенджамину Брафману). Он делится своими впечатлениями о Майкле и о процессе.

Дебора Кунеш: Каким клиентом был Майкл? Каково было работать с ним?

Том Мезеро: С ним было очень приятно работать. Он охотно шел на сотрудничество, он слушал, он с большим уважением относился ко мне, к адвокату Сюзан Ю и нашим сотрудникам. Самое плохое, что я могу сказать в его адрес, это то, что иногда он был недоступен. Иногда его трудно было разыскать, и я думаю, отчасти это объясняется тем, что этот процесс ужасал, очень пугал его. Но с ним было очень приятно работать.

ДК: Представляю себе, как ужасно слышать все эти вещи в свой адрес. Как он справлялся с таким стрессом?

ТМ: Думаю, ему было очень тяжело. Видите ли, часто я разговаривал с ним рано утром, потому что у меня был такой распорядок дня, что я ложился спать в 7.30, самое позднее в восемь вечера, а вставал в три утра каждый день без исключения. Майкл часто вставал рано и гулял по Неверленду, чтобы расслабиться, сблизиться с природой, посмотреть на небо, на луну, на звезды, и он часто звонил мне в три-четыре часа утра. Он постоянно беспокоился, а временами он впадал в депрессию, и у него были проблемы со сном. Все это естественно для человека, которого обвиняли в таких серьезных уголовных преступлениях.

ДК: Когда я брала интервью у Афродит Джонс, она сказала, что обвинение вызывало для дачи показаний его друзей и людей из его окружения, и порой ему трудно было переносить то, что они говорили?

ТМ: Это был кошмар. Было ужасно и больно, он не мог поверить некоторым заявлениям, которые они делали. Он не мог поверить, что кто-то обвиняет его в причинении вреда детям. Он не мог поверить, что они обвиняют его в организации заговора с целью насильственного удержания семьи, в похищении детей, в вымогательстве. Майкл был не способен даже представить себе такие вещи, а обвинить его во всем этом, а потом вызвать свидетелей, которые, совершенно очевидно, говорили неправду, и попытаться построить дело против него – его это ужасало и было для него большим ударом.

ДК: Процесс шел больше четырех месяцев?

ТМ: Он продолжался почти пять месяцев. Начался 31 января и закончился в середине июня.

ДК: Сколько раз в неделю были слушания?

http://s004.radikal.ru/i206/1002/9e/ecd20b17bdc9.jpg

ТМ: Пять дней в неделю.

ДК: Какова была реакция Майкла, когда огласили вердикт, что он невиновен?

ТМ: В тот день он выглядел ужасно. У него ввалились щеки, он еле шел. Он выглядел ужасно. До последнего "невиновен" он не проронил ни слова. Всего было четырнадцать "невиновен". Десять тяжких преступлений и четыре правонарушения. Потом мы обнялись, и он сказал "спасибо".  :'(

http://s004.radikal.ru/i205/1002/bd/c20b10826b86.jpg

Вердикт 13 июня 2005 года.

ДК: Я слышала, что вы были уверены, что его оправдают, еще до того дня, когда был зачитан вердикт. Это вам интуиция подсказывала?

ТМ:Я был очень сильно уверен в том, что эти присяжные признают его невиновным. Я не знал, будет ли он признан невиновным по всем обвинениям, потому что по поводу некоторых присяжных у меня были очень хорошие чувства, а в некоторых я не был уверен. Напоминаю, что я не знал этих людей, я ни словом с ними не перемолвился. Я наблюдал за ними по ходу процесса, и я не думал, что среди этих присяжных найдутся 12 человек, которые признают его виновным в чем-либо. Так что я не был уверен в том, что его признают невиновным по всем пунктам, но у меня было хорошее предчувствие. Когда я узнал, что вердикты вынесены, у меня было предчувствие, что все они будут "невиновен".

ДК: Какая разница между оправдательным приговором и приговором "невиновен"?

ТМ:Ну, в Америке необходимо, хотя я не должен так говорить, в большинстве штатов в Америке необходимо единогласное решение присяжных для вынесения оправдательного или обвинительного приговора. В Калифорнии для этого необходимы голоса 12 присяжных. Если они не могут прийти к соглашению, это называется hung jury (состав присяжных, зашедших в тупик). Hung jury означает, что человека не могут ни оправдать, ни признать виновным. В таком случае слушание дела в суде может повториться. Когда я узнал, что решение принято, у меня было сильное предчувствие, что некоторые из этих присяжных определенно не смогут признать его виновным на основании представленных доказательств. Но я не знал, согласятся ли они все с этим решением. Однако, когда я узнал, что вердикт вынесен единогласно, я сказал себе, что он будет признан невиновным по всем пунктам.

http://s004.radikal.ru/i206/1002/d4/409595e6b173.jpg

ДК: Есть ли что-нибудь особенное, что вы хотели бы сказать о Майкле, о том, каким он был? Что бы вы хотели, чтобы люди знали о Майкле и о процессе?

ТМ: Майкл Джексон был одним из приятнейших, самых добрых людей, с которыми я встречался в жизни. Он действительно хотел сделать больше, чем быть просто музыкальным гением. Он хотел излечить и изменить мир через любовь, доброту, искусство и музыку. И я искренне верю, что благодаря тому, что он был с нами, этот мир стал лучше.
Он был очень мягкий, очень добрый. Он был... я называю это "глобальный Майкл" и "частный Майкл". Был Майкл, который хотел изменить мир. Хотел, чтобы весь мир обратил внимание на детей, и чувствовал, что если к детям относиться с должной любовью и заботой, в мире существенно уменьшится насилие, злость, бедность и все основные мировые проблемы. Он чувствовал, что сделать это можно, если обратить внимание на детей всего мира. Таким был глобальный Майкл, который думал, что может исцелить мир через музыку, любовь, гуманитарные миссии. Он был одним из величайших филантропов в истории человечества. Он даже есть в книге рекордов Гиннесса, как один из самых щедрых пожертвователей на благо детей, на что пресса не обращает внимания.
Есть также частный Майкл, с которым я имел дело, который был человеком, и он любил, когда дети улыбаются. Он построил Неверленд, чтобы сделать детей счастливыми. Он был одним из богатейших людей на Земле. Он мог бы истратить эти деньги на себя. А вместо этого он сделал зоопарк, парк развлечений, театр, у него были скульптуры, посвященные детям. Если посмотреть на произведения искусства в его доме, большинство было посвящено детям и тому, чтобы они были счастливы, и уважению их за то, какие они есть. Расы, религии, разные места в мире, откуда они родом, их национальные традиции. Это был человек, который любил видеть улыбки на лицах детей. Любил, когда дети из бедных кварталов, растущие среди нищеты и насилия, приезжали в Неверленд и смотрели на жирафа, и улыбались, смотрели на слона и улыбались. Получали бесплатное мороженое и просто были счастливы. Для Майкла это значило очень много, потому что он был очень хорошим человеком. Но к сожалению, когда ты так талантлив и так богат, вокруг появляется множество акул, и когда все это накладывается на некоторую наивность, на человека, который не хотел быть постоянно поглощен денежными вопросами или юридическими вопросами. Он хотел заниматься творчеством, он хотел заниматься благотворительностью. Это делает его мишенью для необоснованных судебных исков и обвинений.

http://s001.radikal.ru/i195/1002/ee/bab9e22f62c6.jpg

ДК: Прекрасные слова, я очень хочу, чтобы благодаря этому интервью люди увидели, кем он был на самом деле. И я думаю, таких слов сейчас очень не хватает.

ТМ:
Конечно, потому что пресса хочет шокировать и хочет, чтобы люди сгорали, и они очень надеялись, что его признают виновным, потому что это бы значило сенсации на многие годы вперед о том, как он выглядит, и как он живет в тюрьме, и покончит ли он с собой. Поверьте мне, они слюнями исходили и все репортажи подавали так, чтобы повлиять на присяжных, чтобы те признали его виновным. И даже мне тоже много доставалось в то время.

http://s003.radikal.ru/i201/1002/4b/f71ed25fe474.jpg

ДК: Правда?

ТМ: Да.

ДК: Очень грустно, что мир такой, да?

ТМ: Все надеялись нажиться на его разрушении. Это было ужасно. И оправдать его, отстоять его... – это один из моментов в моей жизни, которыми я горжусь больше всего. Оглядываясь назад сейчас, ему оставалось прожить всего четыре года, но по крайней мере эти годы он провел со своими детьми и был полностью оправдан. Этот процесс был очень несправедливый. Очень несправедливый и нечестный.
На его похоронах, на которых я присутствовал, был молодой человек, дело которого в 80х годах было очень известно в южной Калифорнии. Отец облил своего сына бензином и поджег его, у него обгорела большая часть поверхности тела, включая лицо (этот человек сейчас известен как Дейв Дейв, ранее – Дэвид Ротенберг). Майкл заботился о нем. Он (Дейв Дейв) рассказал (на похоронах Майкла) о том, каким добрым, порядочным, щедрым, чудесным человеком был Майкл Джексон. Я знаю, что по всему миру есть дети, о которых заботился Майкл. Дети-инвалиды, больные дети. Майкл выписывал им чеки, и никто про это не писал. Он делал это не для того, чтобы прославиться. Он делал это по зову сердца. Понимаете? Я думаю, самое ужасное, что только могло произойти, - это взять его любовь к детям, его желание помогать детям и обернуть это против него, назвать его чудовищем, как они делали это в суде. Это было просто ужасно.

"This prosecution was a travesty of justice and one of the most mean-spirited attacks on an innocent person in legal history.” Attorney Tom Mesereau

ДК: Ужасно обернуть против человека то, что для него является самым важным.

ТМ:
Находиться там и наблюдать за ним и видеть все это – просто сердце разбивалось. И это подкосило его. Не знаю, смог ли он эмоционально оправиться полностью.

ДК: Думаю, что преодолеть такое очень трудно. Спасибо за то, что вы нам рассказали.

http://www.reflectionsonthedance.com/In … ereau.html

Томас Мезеро впервые приехал в Санта-Барбару с тех пор, как выиграл дело Майкла Джексона в 2005 году. Он участвует в университетской программе, включающей в себя лекции выдающихся людей о психологии средств массовой информации. Выступив перед группой в 200 человек, Мезеро говорил о роли прессы в судебных делах с участием знаменитостей. От говорил о том, что репортажи о судебных процессах стали очень популярны в современном обществе. В своём полуторачасовом выступлении Том Мезеро говорил о том, что пресса в погоне за сенсацией искажала факты, освещая дело Джексона, а кроме того прокуроры округа Санта-Барбары совершали "жестокие и яростные нападки" на его клиента. Однако он поблагодарил судью Родни Мелвилла за поддержание строгого порядка на заседаниях, а также местного адвоката Роберта Сэнджера за сотрудничество с командой защиты Майкла Джексона.

После того, как завершился судебный процесс по делу Майкла Джексона, Барбара Уолтерс в своей передаче назвала Тома Мезеро одним из "10-ти самых поразительных людей", а журнал GQ - одним из "Лучших мужчин года".
Том Мезеро упомянул один телефонный звонок во время судебного процесса: таблоидный репортёр позвонил ему и сказал, "если вы мне дадите кое-какие документы по этому делу, я вам расскажу, кто с кем спит в офисе окружного прокурора". "Я ответил ему - во-первых, существует указ о неразглашении материалов дела, и я его не нарушу. Во-вторых, мне нет дела до того, кто там с кем спит". Аудитория встретила эту историю смехом.
По словам Мезеро, он старался выиграть дело в зале суда, а не на страницах прессы. По его мнению, адвокаты знаменитостей должны избегать соблазна светиться перед камерами, сосредотачиваясь вместо этого на интересах своего клиента. Он с осуждением отозвался о телевизионной практике приглашать для комментариев неких специалистов, которые не имеют ни малейшего отношения к рассматриваемому в суде делу - "и вот кричат, вопят и машут руками", разглагольствуя об уликах, которых даже не видели своими глазами.

http://s004.radikal.ru/i207/1002/cb/3bcde3852a31.jpg

Мезеро рассказал также, что ему советовали постараться перенести судебное разбирательство в другой город, потому что жители Санта-Марии, где рассматривалось дело, очень консервативны, и с присяжными будет тяжело работать. Но он решил убедиться в этом лично. "Я приехал задолго до суда и просто ходил по местным барам и ресторанам, сам по себе, одетый в обычные джинсы, и через пару недель наблюдений пришёл к выводу, что местные жители не держат зла на Майкла Джексона, им нравится, что он их сосед. Они консервативны, но мыслят независимо. Я решил, что в Санта-Марии живут достойные и справедливые люди, и к нему отнесутся по совести, как оно и произошло в итоге".

http://s005.radikal.ru/i212/1002/ce/536723230f95.jpg

Подбирая присяжных, Мезеро пользовался только интуицией. Хотя многие могут подумать, что женщины с детьми не являются подходящими присяжными в деле о совращении малолетних, Мезеро сказал, что подбирал их нарочно, так как они более открыты и смогут лучше понять Джексона, особенно когда "озверевшие прокуроры" старались изобразить его "асексуальным, гомосексуальным и вообще странным". "Я подбирал таких присяжных, которые окажутся открытыми и смогут понять его, понять его мир, и понять то, что он танцует немного под другую музыку". (Имеется в виду пословица - "если кто-то идёт не в ногу, он просто слышит другую музыку").

http://s56.radikal.ru/i153/1002/86/d3eaaa41e1a0.jpg

http://www.liveinternet.ru/community/mi … t120092709

-------------------------------------------------------

Aphrodite Jones and Thomas Mesereau

http://www.youtube.com/watch?v=HIwehjDP … r_embedded

http://www.nimmer.net/

пысы.Нижайший поклон этому человеку http://www.kolobok.us/smiles/light_skin/give_heart2.gif   http://s.rimg.info/76609ad7ca2d11817fa97bc5231b0965.gif

+8

8

Forum Column, Los Angeles Daily Journal, 1.07.2009г
перевод http://myjackson.ru/ алина ясина

Защищая Майкла.
Томас Мезеро, Мл.

Суд над Майклом Джексоном был уникален. Средства массовой информации уделили ему больше внимания, чем процессам по делам О.Джей. Симпсона или Скотта Петерсона вместе взятым. Когда был вынесен вердикт, люди во всех странах мира прильнули к радиоприёмникам, компьютерам и телевизорам. Король поп-музыки был более знаменитым, чем кто-либо и когда-либо, включая Элвиса Пресли.

Джей Лино, Крис Такер, Макалей Калкин, Джордж Лопес и менее известные люди давали свои показания. Ларри Кинг свидетельствовал перед присяжными. Суд длился пять месяцев, в течении которых было привлечено более чем 140 свидетелей. Беспрерывное круглосуточное наблюдение масс-медии, как и театральное воспроизведение деталей процесса, только повышало интерес к этому суду.

Когда более чем 70 полицейских Санта-Барбары обыскивали ранчо Неверленд в ноябре 2003 года, я ехал в Лос-Анджелес из Северной Каролины, поскольку мой девятидневный отпуск закончился, и я был готов вернуться к подготовке защиты в суде Роберта Блейка, которого обвинили в убийстве. Суд был назначен на февраль 2004 года. Мой телефон разрывался от постоянных звонков и отчаянных просьб, чтобы я ехал в Лас-Вегас и стал на защиту Майкла. Я отказался, поскольку не был уверен, что смогу вести два дела одновременно. После того как в деле Блейка начался отбор присяжных, у меня и моего клиента появились серьёзные расхождения во мнениях, которые судья Дарлин Шемп не смогла разрешить. К счастью, она позволила мне снять с себя полномочия. В скором времени брат Майкла, Рэнди, снова позвонил мне, узнать буду ли я защищать его брата. Я вылетел во Флориду, где и встретился с Джексоном впервые.

По приезду Майкл и Рэнди сказали мне, что они разговаривали с Джонни Кохраном в больнице. Согласно их словам Джонни сказал им, что я тот, кто может выиграть дело. Я знал Джонни, но он не был мне близким другом. И я был удивлён тем, что он так лестно отозвался обо мне.

Три недели спустя мне сообщили, что Майкл хочет, чтобы я и мой партнёр по юридической фирме, Сьюзен Ю, защищали его в суде. Я вернулся во Флориду и удостоверился в этом сам. Приключения начались.

Когда я впервые встретился с Майклом, он, практически, ничего не сказал. Он сидел в стороне и наблюдал, как другие задают вопросы. Я не знал, то ли он старается выглядеть загадочно, то ли он просто всегда такой. Исходя из этого, я не мог судить, был ли он невиновен в том, в чём его обвиняли.

Привлечение меня к делу вызвало огромный интерес у средств массовой информации. Один настроенный против Джексона репортёр незамедлительно появился в "The Today Show", чтобы донести до сведения общественности то, что у меня есть подружка афро-американка и что я посещаю церковь чёрной общины. Юристы, на место которых я пришёл, также повели себя не очень благородно. Один из них появился в шоу «Доброе утро, Америка» и сказал, что он сам уволился, потому что Майкла окружают отвратительные люди. Некоторые популярные телешоу, к примеру, как у Геральдо Ривьеры или у Билла О’Рейли критиковали моё появление. Я предполагал, что ими управляет кто-то «сверху». Это было моё крещение.

Поначалу Майкл был совсем недоступен. Я перелопатил все возможные книжные магазины и Интернет-ресурсы в поисках книг и статей о его жизни и характере. Я все их перечитал, некоторые – даже дважды. Мои встречи с ним лишь подтверждали мои подозрения по поводу, так называемых, обвинений. Он был очень хорошо воспитан и очень добрый. Чувствительный, интуитивный и творческий, он никаким образом не мог быть тем чудовищем, каким его изображали враги.

Довольно много шума было вокруг обвинений в растлении ребёнка. Но очень мало упоминалось о других обвинениях. Прокуратура обвиняла Джексона в том, что он организовал заговор затем, чтобы насильно удерживать семью в заточении, похищал детей и занимался вымогательством. ( примечание переводчика: гы-гы-гы – каждый раз балдею, чесслово!) Могу заверить вас, что, зная Майкла, невозможно себе даже представить нечто подобное. И чем больше мы с ним говорили о пунктах обвинения в растлении, тем больше я укреплялся в своей вере в то, что все эти обвинения являлись лишь ещё одной из миллионов моделей лёгкого заработка, которую придумали шарлатаны.

Когда я впервые появился в суде Санта-Марии, вся семья Джексонов пришла в белых одеждах. Они были едины, изысканы и сильны в этом послании о невиновности. Я сделал своё первое заявление для прессы, сказав о своём уважении к суду и общественности и о его невиновности. Я также сказал пару слов, чтобы сделать особое ударение, о том, что это дело не касается «юристов или кого-либо ещё, кто сейчас становится знаменитым».

Этими словами мне хотелось немного ослабить накалившуюся атмосферу вокруг юристов защиты, ну, и немного уколоть тех, кто правит парадом из тени. Мне не нравилась карнавальная атмосфера, окружающая юристов Джексона. На мой взгляд, они не однократно подтверждали свой неописуемый восторг от того, что пребывают в самом центре этого цирка. Их публичные заявления, как по мне, были сделаны в первую очередь ради себя самих и совершенно непрофессиональными. Майкл и Рэнди Джексоны не доверяли им. Мои слова направленные против юристов вызвали массу споров. Но это был сильный козырь. Мои ирландские предки улыбались мне с небес!

У обвинения было невероятное превосходство. Два жюри присяжных в Лос-Анджелесе и Санта-Барбаре рассматривали дело Джексона в начале девяностых. Обвинения не были предъявлены. Третье жюри присяжных предъявило обвинения в 2004 году.

Тем временем окружной прокурор Том Снеддона вылетал, как минимум, в две другие страны в поисках жертв. В полицейском департаменте Санта-Барбары был разработан веб-сайт для поиска всевозможной информации о Майкле.

Судья хотел немного потянуть время. Отношение к защите просто ужасало. Огромное количество юристов, большинство из них в лучшем случае заурядны, постоянно старались добраться до Майкла, чтобы подставить меня. Средства массовой информации моментально учуяли перспективу высоких рейтингов и доходов, если будут гнуть линию осуждения. Они напоминали облако саранчи, постоянно опускающееся на любое слабое место, которое они обнаружили или надумали. Было предпринято огромное количество попыток меня дискредитировать. Мои бывшие подружки звонили мне, чтобы сказать, что у них есть кое-какая информация, которую они могут направить против меня. Со мной связывались, так называемые, журналисты, которые предлагали разнообразную выгоду за информацию «изнутри». Таблоидная сенсация доминировала во всём.

Суд напоминал бродячий театр. Слоны были сделаны из мух. Например, однажды утром Джексон повредил себе спину и поехал в больницу. Я сразу сообщил об этом судье Мелвиллу. Его ответ был довольно жёстким. Если Джексон не предстанет сию же секунду, то его залог испарится. Я посоветовал Майклу нестись в суд сейчас же, и не важно во что он одет. Его пижамные штаны стали для прессы поводом для праздника. Никто и думать не хотел на тему суда или вердикта. Председатель жюри присяжных позже сказал мне, что никто из присяжных не заметил, в каких он был штанах, и не заметили, даже если бы он был без них. Основное, чем можно охарактеризовать это дело – это шок, надлом и неразбериха.

Множество раз меня звали в Неверленд для помощи в поиске, в спорах и сложных ситуациях. У Майкла, кажется, каждый раз появлялся новый «гуру», советчик или юрист, который практически гарантировал избавление. Это было настоящее «поле чудес». Но усилия, чтобы разрешить эти проблемы, требовали времени.

Суд также отличался спорными правовыми постановлениями. Например, судья позволил следующее: обвинению позволили начать процесс с оскорбительного и перевирающего события Британского документального фильма, который намекал на то, что Майкл – педофил. Обвинение называло это доказательством.

Обвинению было разрешено предъявить доказательства того, что Джексона обвиняли в растлении ребёнка в гражданском суде. Действительное количество денежных знаков никто не упомянул (как будто никто не слышал об этом!) Также было разрешено предъявить в качестве доказательств подозрительные действия, которые похожи на растление. Обвинению было позволено предъявлять какие-то доказательства десятилетней давности. И, как десерт ко всему выше перечисленному, было разрешено вызывать в суд свидетелей обвинения, которые якобы видели ненадлежащие действия, но настоящих жертв этих действий так никто не видел и не слышал.

Во время предоставления доказательств обвинения, суд позволил обвинению проиграть запись разговора с жертвой в полицейском участке. Конечно, это была вопиющая ложь. Я, насколько мог, изучил поведение предполагаемой жертвы, и эта запись сама по себе превратилась в опровержение.

Как проявление справедливости, Мелвилл позволил защите показать отрывки интервью, которые были вырезаны из британского документального фильма. А там Джексон опровергает любое жестокое отношение по отношению к детям.

Пять юристов давали показания. Трое были вызваны со стороны обвинения и двое – со стороны защиты. Я всегда знал, что юристы всегда являются такими свидетелями, которых очень легко расколоть. Подбрось им немного лести и их высокомерие сразу даст о себе знать.

У нас настолько всё удачно происходило в этом процессе, что никто и не предполагал. Тем не менее, общественность и понятия не имела как много свидетелей обвинения попросту спалились во время перекрёстного допроса. Судья обязывал их не лжесвидетельствовать, что я поддерживал. По ходу дела в суде стало больше гибкости, но всё происходящее легко искажалось теми, кто был в курсе всего и действовал в своих интересах.

Я часто, возвращаясь к себе домой, включал телевизор и меня чуть не хватал удар от того, что я там слышал. Довольно часто бывшие прокуроры Нью-Йорка красноречиво описывали, как вёл себя свидетель. Их игра на публику была полностью лишена какой-либо точной информации. Я считал, что мы выигрываем на протяжении всего процесса. Но средства массовой информации говорили совершенно обратное. И, конечно, завистливые и посредственные законники были по горло заняты критикой всех моих действий. Согласно их словам, Бог помогает всем юристам, которые избирают необычную линию поведения в суде. Такой бред заслуживает серьёзного наказания.

С самого начала я делал всё возможное, чтобы в суде не поднялся расовый вопрос. Я сразу же постарался, чтобы члены Нации Ислама не появлялись вблизи Джексона, а его отец не отвечал ни на один вопрос касательно цвета кожи. Ведь было очевидно, что Майкл больше, чем кто-либо сплотил разные расы. Но, к несчастью, некоторые ничтожества в его окружении желали извлечь выгоду из возможного расового конфликта. Это было постоянной болевой точкой.

И вот пока всё это кипело, словно адское варево, мне приходилось проявлять стойкость и хладнокровность. Наша команда поселилась в квартирах довольно далеко от отелей где разместились представители прессы, ресторанов и баров. Я добирался до кровати в 7.30 вечера, а рабочий день начинал в 3.00 утра. Весь наш состав работал ночами, составляя списки свидетелей и выполняя другие положенные обязанности. Поскольку у всех был ключ от моей квартиры, входная дверь открывалась практически каждый час и новая папка с документами, словно ниоткуда появлялась на моей лестничной клетке. Так мы жили шесть месяцев.

По мере прохождения всего этого, я порой был очень обеспокоен, когда Майкл звонил мне поздно ночью. Словно ребёнок, очень добродушный и сильно напуганный, Майкл умолял меня не позволять его врагам влиять на мою работу. Казалось, что он не верит в то, что есть юристы, которые честно и профессионально работают. Мне постоянно приходилось убеждать его в том, что моя команда разбирается в гражданских правах намного лучше, чем Голливуд. Самый известный человек на земле не привык к тому, что к нему относятся честно и с ним поступают порядочно.

Признание невиновным по всем 14 пунктам обвинения прозвучало фанфарами вердикта. Тем не менее, я пишу это с тяжёлым сердцем. Майкл был одним из самых добрых и милых людей из всех, кого я когда-либо встречал. Его отчаянное желание излечить мир любовью, музыкой и своим талантом столкнулось с ужасным желанием этого мира его эксплуатировать. Благодаря ему мир, действительно, стал лучше.

+3

9

Томас Мезеро. Слово защиты

Томас Мезеро, седовласый обаятельный мужчина итало-ирландского происхождения, похожий скорее на киноактёра, чем на юриста, и без того был известным в США адвокатом. Участие в процессе по делу Майкла Джексона сделало его суперзвездой. Мастерство и профессионализм сделали его любимцем тысяч поклонников Майкла Джексона по всему миру. Победа сделала его настоящим героем

http://s002.radikal.ru/i198/1004/87/b79e016907fb.bmp

Фрагменты заключительной речи Томаса Мезеро на суде по делу Майкла Джексона

…Предметом этого дела являются жизнь, будущее, свобода и репутация Майкла Джексона. Всё это в ваших руках. И вопрос, который перед вами стоит, очень прост. Верите ли вы семье Арвизо вне всякого разумного сомнения или нет? Если нет, мистер Джексон должен быть свободен. Я полагаю, на основании показаний, которые вы выслушали, свидетелей, которых вы увидели, тем, которые были обсуждены, нет ни единой возможности, чтобы вы сочли Арвизо достойными доверия вне всякого разумного сомнения. И если что-либо из сказанного ими, что-либо из предоставленного ими заставляет вас остановиться и задуматься, что же на самом деле произошло, мистер Джексон должен быть оправдан - по законам нашей юридической системы.

...Дженет Арвизо очень интересный персонаж в своём роде. ... Она вас едва знает - и уже обнимается с вами. Она любит вас. Она говорит: «Ты член нашей семьи. Ты мой брат. Ты мой отец. Мы часть твоей семьи и ты часть нашей». Она начала слать письма Майклу Джексону в 2002 году, когда, как сказал вам, мистер Зонен, контактов между ними еще не было. В каждом письме - «Папочка Майкл, ты наша семья, мы любим тебя, мы не можем жить без тебя». Дженет Арвизо ждёт, строит отношения, а потом смотрит вам в глаза и рассказывают жалобную историю о том, почему вы должны дать ей что-нибудь. И так много раз. Вам известно теперь, что Дженет Арвизо хотела, чтобы её дети стали актёрами. Они посещали различные курсы, чтобы стать актёрами. И всякий раз, когда они посещали очередную актёрскую школу, она рассказывала учителям, какие они бедные. Её дети собирались стать актёрами. И вам известно, что она почти одержима страстью к знаменитостям. Полагаю, дело было не только в деньгах. Это было своеобразное наслаждение, пристрастие. Они звонили всем знаменитостям, до которых могли добраться. Крис Такер сказал: «Они заставили меня думать, что я единственный комедийный актёр на свете для них. Потом я узнал, что они обзвонили всех комиков в Лос-Анджелесе».

...Майкл известен тем, что он во многом подобен ребёнку, очень наивен, очень идеалистичен, он музыкальный гений. Человек, который любит сидеть на дереве и сочинять музыку. Человек, который с ранних лет был настолько гениален, что заработал миллионы долларов еще до того, как понял, что они вообще значат. Человек, который управлял своими деньгами не слишком замечательно. Позволял людям использовать его подпись. Доверял не тем людям. Они опустошали его счета. Они разворовывали фонды. И он был мишенью на протяжении многих лет, особенно после того, как уладил дело с Чандлером, потому что он не любит залы суда, особенно не любит юристов, ему не нравятся судебные тяжбы. Он известен как большой ребёнок, не такой, как все, как творческий человек, не вписывающийся в рамки. Известно, что он не доверяет взрослым. Что он создал в Нэверленде атмосферу в стиле Диснея, чтобы приглашать городских детей и они могли бы там развлекаться. Он создал свой стиль жизни, очень идеалистический и наивный. И он невероятная мишень, потому что заработал многие миллионы долларов за все эти годы - своим гением, своим талантом и своей упорной работой. И это дело имеет точно те же причины.

[О поведении Арвизо]...Если вы действительно верите, что вас насильно удерживают где-то, что вас используют, что ваши дети похищены и растлены, что им давали алкоголь и пользовались их болезненным состоянием, - разве вы в первую очередь пойдёте к адвокатам?

[О ситуации после выхода в свет фильма Башира и датах предполагаемого совершения преступления] .. .Вся мировая пресса следит за Майклом Джексоном. Он под микроскопом, Арвизо под микроскопом, всё из-за документального фильма Башира. Все говорят об этом. СМИ всех сортов вьются вокруг, как мухи. Они преследуют Арвизо. Они пытаются преследовать Майкла Джексона. Семье Арвизо это не нравится. Мистер Джексон, конечно, к такому уже привык. Всю свою жизнь он привлекает внимание публики. Короче говоря, нет сомнений в том, что пресса сходит с ума по всему миру. В то же самое время Департамент по делам семьи и детей проводит своё расследование. Мистер Джексон знает об этом, Дженет Арвизо знает об этом, все знают об этом. Все знают, что идёт расследование.
Учитывая всё это - что вам говорят те даты, в которые якобы происходило растление несовершеннолетнего? Это абсурд. Это нереально. В этом нет никакого смысла. Потому что во всём этом деле вообще нет никакого смысла.

...И вот, Майкл Джексон сам напрашивается на неприятности, когда совершенно невинно и наивно рассказывает Баширу: «Я пускал детей в свою кровать. Я пускал детей в свою комнату. Что бы вы делали с ребёнком, у которого нет родителей? Дети стремятся ко мне со всего мира. Я сам большой ребёнок. И я не вижу в этом ничего плохого, потому что ничего сексуального не происходит. Мир нуждается в любви, в большей заботе, а сейчас дети приносят оружие в школы».
Это идеалистично, наивно, особенно в свете обвинений, но это не преступно по сути. Если бы он действительно собирался совершить преступление, зачем бы ему делать документальный фильм для показа во всём мире и говорить такие вещи? Да потому что он не совершал преступления. Но он наивно позволил людям бегать по всему его дому, спать в его спальне. Он открыл ворота для всех этих людей. И это наивный взгляд на мир, потому что он ведь является такой мишенью. Спросите себя, с чего бы ему говорить всё это Баширу, если бы он был преступником? Зачем? Затем, что он не преступник.

...Они сделали это [выдвинули обвинения], чтобы вы смотрели на него не как на человека. Потому что они боятся, что вам может понравиться Майкл Джексон. Вы можете начать восхищаться Майклом Джексоном. Вам может стать жалко мистера Джексона из-за того, как с ним обращаются, из-за того, что он стал мишенью для атак мистера Снеддона на протяжении многих лет. Они боятся - и единственный способ, как они могут с этим справиться, это смешать его с грязью.

...Теперь, дамы и господа, обвинение постаралось сфокусировать ваше внимание на том, что они называют порнографией, найденной в Нэверленде. Они нашли сколько-то номеров журналов «Хастлер», «Плей¬бой», «Пентхауз», выпущенных на протяжении после¬дних десяти лет. Все эти журналы легальны. Все они гетеросексуальные. В библиотеке, где хранятся тысячи книг, они нашли пару книг о мужчинах. И они хотят, чтобы вы сочли мистера Джексона - уж не знаю, пытались они сказать, что он гей, или как мистер Зонен предположил, что он асексуален. Они сами не уверены, куда им рулить. Но в основном они выяснили, обыскав весь дом, где собраны эти тысячи книг, что если фэны со всего света что-то присылают мистеру Джексону, то он хранит всё, как запасливый хомяк. И что же они нашли? Они нашли вот эту книгу, «Мальчишки есть мальчишки», опубликованную в Нью-Йорке в 1966 году. Да, там есть несколько картинок с обнажёнными мальчиками. Но там есть и картинки с мальчиками, которые не обнажены, так?
И что же гласит надпись, сделанная в этой книге? Здесь написано: «Взгляните на дух искреннего счастья и радости в лицах этих мальчиков. Это дух самого мальчишества, жизнь, которой у меня никогда не было и о которой я всегда буду мечтать. Это жизнь, которую я хотел бы для своих детей. МJ».
Это что - признак педофилии? Написать такие слова на этой книге? Другая книга - «Мальчик. Эссе в фотографиях», здесь надпись: «Майклу от твоей поклонницы. Ронда, от всего сердца. 1983 год, Чикаго». Мистер Зонен понятия не имел, что с этим делать, поэтому предположил в своём перекрёстном допросе, что кто-нибудь подделал эту надпись. Но нет доказательств, что она подделана. Они изъяли эти книги еще в начале 90-х. И где же хоть какие-то доказательства того, что эти книги когда-либо кому-либо показывались? Их нет. Ни один свидетель не заявил в этом зале: «Майкл Джексон показывал мне книги про мужчин». Ни один. И мы просим вас воспользоваться вашим здравым смыслом в отношении этой предполагаемой педофилии. Во-первых, они так и не привели эксперта по педофилии давать показания, потому что они боялись. Хранение всех этих гетеросексуальных книг и журналов не совпадает со стереотипом поведения педофила, верно? Что обычно находят в таких случаях? Нелегальную детскую порнографию, вебсайты, фотографии. Ничего подобного нам не представили. Да, обвинение думало, что сможет это доказать, но ничего из этого в Нэверленде не найдено. Ничего такого, что обычно ассоциируется с педофилами. Их самая большая проблема в том, что номера «Хастлера», «Плейбоя» и «Пент-хауза» не соответствуют тому, что они стараются доказать. Я не говорю, что каждому необходимо иметь такие журналы, но их можно купить на любом газетном лотке, и нет никаких признаков того, что что-то из этого нелегально. И если доказано, что мистер Джексон читает эти журналы на протяжении многих лет, то каким образом это подтверждает теорию о том, что он хотел каких-то сексуальных контактов с ребёнком мужского пола? Никак не подтверждает. Вот в чём проблема в их деле.

.. .Если послушать их, то Маколей [Калкин], Уэйд [Робсон] и Бретт [Барнс] все приехали сюда, чтобы солгать под присягой, сказав, что их не совращали. Вы в это верите? Я хочу упомянуть еще одну вещь относительно этих семей. Обвинение хочет, чтобы вы думали, будто Майкл Джексон, монстр, манипулирующий людьми, знакомится с семьями, а потом бросает их, что это нечто вроде шаблона поведения, как он поступил с бедняжками Арвизо. Но эти семьи дружат с Майклом почти 20 лет. Они считают Майкла членом семьи. Они любят его, как своего родственника. Они доверяют ему. Они остаются друзьями все эти годы, и если бы они хотели выступить с фальшивыми обвинениями, как другие, они могли это сделать. Они могли бы выстроиться в очередь за миллионами - Робсоны, Барнсы и Маколей. Они не сделали этого. И когда их родной человек, их друг, оказался в беде в этом зале, они прибыли сюда, чтобы дать показания, хотя и не обязаны это делать. Маколею Калкину 24 года. Он очень богат и очень успешен. Он на вершине мира. Ему 20 с небольшим. Вы бессмертны в свои 20 лет. Он не обязан был приезжать сюда и выступать на стороне своего друга. Он приехал, потому что хотел поступить справедливо. И так же поступили Бретт Барнс, прилетевший сюда из Австралии, и Уэйд Робсон. Он сейчас успешный хореограф. Они прибыли сюда, чтобы защитить своего друга в тяжёлый час и рассказать правду. Что это говорит вам об этом деле?

.. .Он [Зонен] сказал - «Майкл Джексон показывал взрослые журналы детям». Кому, позвольте вас спросить? Маколей Калкин ни разу не упоминал, что Майкл что-либо показывал ему. Уэйд Робсон и Бретт Барнс ни разу не упоминали этого. Джорди Чандлер не явился для дачи показаний. И даже Джейсон Франсиа, который утверждал, что его неподобающим образом щекотали, не говорил в своих показаниях, что мистер Джексон показывал ему журналы для взрослых. Единственные люди, которые говорили это, являются тренированными актёрами и лжецами.

...Многие законодательные системы в мире не используют суд присяжных. Они обходятся судьями - одним, двумя, тремя или более. Но в нашей стране мы придерживаемся философии, что нельзя осудить невиновного человека. Мы не можем рисковать, потому что для невинно осуждённого это слишком жестоко, слишком унизительно. И то, что они пытаются сделать с Майклом Джексоном, настолько потенциально опасно, жестоко и разрушительно для него, что нам следует придерживаться высочайших стандартов. Если у вас есть разумные сомнения относительно этого дела, относительно показаний, лжи, прошлого обвинителей, их мотивов - всему конец. Вы обязаны оправдать Майкла Джексона, чтобы был соблюдён закон. И знаете что? Наша система не совершенна. И всё же нам необходима законодательная система. Это лучшая система в мире. Она не совершенна, потому что сами люди не совершенны. Но это лучшая система в мире. И, дамы и господа, я умоляю вас почитать принцип доказательства, достоверного вне всякого разумного сомнения.

...Если вы думаете, что человек может быть виновен, этого недостаточно. Если вы думаете, что он, возможно, виновен - недостаточно. Если вы подозреваете, что он виновен - недостаточно. Вероятно виновен - недостаточно. Похоже, что виновен - недостаточно. Очень похоже, что виновен - недостаточно. Он должен быть виновен вне всякого разумного сомнения. И когда вы соберётесь в комнате присяжных, спросите себя: «Есть ли у нас причины для сомнений в отношении этой семьи и этого дела?»
Дамы и господа, это был ночной кошмар для мистера Джексона. Он был слишком щедр в отношении своих денег. Он позволил не тем людям быть возле себя. Он был так наивен, что позволил Арвизо быть с ним рядом. Но по закону и следуя фактам, выслушанным в этом зале, вы должны вынести вердикт «невиновен по всем пунктам». Это единственно правильный вердикт.
Спасибо.

http://s45.radikal.ru/i109/1004/0e/39c1d1f79963t.jpg

Долгих четыре месяца слушаний остались позади. В первых числах июня своё заключительное слово произнесли сначала представитель обвинения мистер Зонен, затем - адвокат Майкла Джексона Том Мезеро. 3-го июня присяжные начали совещания, и, «благодаря» тому, что им была выдана сложнейшая 98-страничная инструкция относительно правил вынесения вердикта, принятие решения заняло десять дней. Всё это время возле суда в Санта-Марии стояли лагерем фэны, съехавшиеся из всех частей света. У одной девушки была в руках клетка с десятью белыми голубями - чтобы выпустить их в день оглашения вердикта.
13-го июня голуби взлетели над ликующей толпой - все десять. Майкл Джексон был объявлен невиновным по всем десяти пунктам обвинения (среди которых значилось развратное поведение в отношении несовершеннолетних, заговор с целью похищения людей и предоставление несовершеннолетним алкогольных напитков).
Европейская пресса немедленно объявила о триумфальной победе Короля и предрекла его возвращение на трон. Американские и российские СМИ разочарованно мямлили что-то противоположное. Но сейчас их домыслы и сплетни имеют меньше значения, чем когда-либо - наша победа окончательна, неоспорима и абсолютно, категорически, юридически доказана.

"Правосудие свершилось. Этот человек невиновен. Он всегда был невиновен".
- Томас Мезеро, адвокат Майкла Джексона.

"Я бы никогда не вышла замуж за педофила. И система правосудия работает верно".
-ДеббиРоу.

"Слава Богу, Майкл оправдан навсегда. Может быть, теперь люди оставят его в покое".
- Элизабет Тэйлор.

"Конечно, любой бы волновался на нашем месте, но когда они продолжали зачитывать пункты, груз постепенно спадал с меня, и я крепко обнимал маму, и мы плакали, плакали над каждым пунктом. Но правосудие наконец свершилось и Майк свободный человек".
- Тито Джексон.

"Думаю, это страшный удар для офиса окружного прокурора Санта-Барбары".
- Брайан Оксман, бывший адвокат Майкла Джексона.

"Этого словами не описать. Фэны просто с ума сходят. Они прямо сейчас звонят мне со всего мира".
- Анджел Ховански, пресс-секретарь семьи Джексонов.

"Минуты перед оглашением вердикта были самыми нервными в моей жизни. А сейчас самый счастливый миг в моей жизни".
- Кент Вильхемсон, 21 год, наблюдавший оглашение вердикта в прямом эфире в Стокгольме, после того, как вернулся в Швецию, несколько дней простояв возле здания суда в Санта-Марии.

"Это длилось полтора года. И наконец-то, наконец-то он реабилитирован в глазах всего мира. Все думают, что он может купить что угодно за деньги. Но эту победу за деньги купить было невозможно".
- Бен Джексон, 30-летний двойник Майкла, живущий в Париже.

"Майкл не причиняет вреда маленьким детям. Он вам не клоун. Вам пора бы уже начать вести себя прилично".
- Джуди Шоджи из Пасадены, Калифорния, ругаясь с репортёрами у ворот ранчо Нэверленд.

"Майкл, от имени всего человечества - прости нас".
- Плакат чёрным по жёлтому в руках у одного из фэнов, стоящих лагерем возле здания суда.

http://my.mail.ru/cgi-bin/login?page=http://my.mail.ru/

+13

10

СветочеГ
ILLV
спасибо вам огромное за публикацию материалов... повторюсь, наверное - но это очень нужно для всех нас. Плюсы не выражают всю благодарность вам.

+2

11

Интервью Томаса Мезеро

В минувшую пятницу адвокат Майкла Томас Мезеро побывал в гостях у передачи Issues with Jane Velez-Mitchell на канале CNN, где обсуждались последние события вокруг Конрада Мюррея.

Велес-Митчелл: Мы обсуждаем последние события в деле Майкла Джексона. Сейчас предполагается, что в понедельник будут предъявлены обвинения его личному врачу Конраду Мюррею. Ранее ожидалось, что это произойдет сегодня.
Сейчас мы узнаем мнение человека, который знает Майкла Джексона, возможно, лучше чем кто-либо другой - прославленного адвоката Томаса Мезеро, благодаря которому Майкл Джексон был оправдан по всем пунктам обвинения в 2005 году в деле о растлении малолетних.
Том, очень приятно, что вы пришли к нам сегодня. Мы не общались с вами с тех пор, как Майкла Джексона не стало, и знаю, что вы очень сблизились с Майклом. Какова была ваша реакция, когда вы услышали, что он умер и что произошло это при таких очень тревожных обстоятельствах?

Том Мезеро: Сначала я надеялся, что это просто слух, потому что вокруг Майкла всегда было очень много безумных слухов. Тогда я был на заседании федерального суда в Лос-Аджелесе. Я позвонил в офис, и на автоответчике было очень много запросов прессы со всего мира. Тогда у меня появилось очень плохое чувство, что, возможно, это правда.
Когда я понял, что он действительно скончался, я был в ужасе. Я был шокирован. Я до сих пор шокирован. Понимаете, я слышу его музыку каждый день. У меня ощущение, будто он по-прежнему со мной. Будто он по-прежнему со всеми нами. Это ужасная ситуация.

Велес-Митчелл: Доктор Мюррей, естественно, сказал, что Майклу Джексону было хорошо известно о пропофоле – препарате, который, как считается, стал причиной его смерти и который доктор Мюррей, по его собственному признанию, дал ему вместе с пятью дозами других успокоительных. Он сказал, что Джексон называл пропофол – этот препарат, который используется в хирургии, - своими молоком.
Когда вы сблизились с Майклом Джексоном во время суда, вы знали, что он страдает от бессонницы или нуждается в каком-нибудь препарате, вроде пропофола, чтобы заснуть?

Мезеро: Я никогда не слышал, чтобы он упоминал пропофол либо какое-нибудь другое лекарство. У него, конечно, были проблемы со сном. У него были проблемы с питанием. Он был в депрессии. У любого человека, который переживает пятимесячный уголовный процесс, были бы такие проблемы. В этом нет ничего необычного.
Я полагал, что если бы ему оказывалась какая-либо помощь в борьбе с бессонницей или депрессией, в этом не было бы ничего ненормального. Но я никогда не слышал, чтобы кто-то говорил о пропофоле или любых других лекарствах.

Велес-Митчелл: То есть вы полагаете, что если такая ситуация возникла, все началось после процесса?
Он был подавлен после процесса, несмотря на оправдательный приговор? Это была потрясающая победа для вас с ним. Мы все были там, когда был объявлен вердикт. Это один из самых драматичных дней в моей жизни, который я буду помнить всегда. Но несмотря на это, некоторые говорят, что после суда у него была депрессия. Может ли быть такое, что ему из-за этого был нужен пропофол?

Мезеро:
Мне не нравится фраза «нужен пропофол». Возможно, он нуждался в медицинской и психологической помощи, потому что в течение пяти месяцев он пять дней в неделю проводил в зале суда, слушая, как люди выдвигают против него ложные и злонамеренные обвинения.
Когда в течение пяти месяцев постоянно слышишь, как мировая пресса говорит, что тебя осудят, и все время беспокоишься за своих детей и свою семью, а потом вдруг твоя репутация восстановлена, боль не уходит моментально. И бессонница, беспокойство и депрессия, переживаемая все это время, подкосит кого-угодно.
Но нельзя давать человеку пропофол только потому, что он знает о нем или потому что кто-то другой ему про него рассказал. Пропофол надо давать, когда это необходимо. И каждый врач, с которым я разговаривал, говорит, что это никогда не должно происходить дома и давать его всегда должен только анестезиолог.

Велес-Митчелл: Том, как вы оцениваете заявления семьи Джексонов о том, что доктору Мюррею должны предъявить обвинения в убийстве, а не причинение смерти по неосторожности, что, как ожидается, произойдет в понедельник?

Мезеро: Я прекрасно это понимаю с эмоциональной точки зрения, семья и поклонники хотят, чтобы были предъвлены обвинения в убийстве. Но с практической точки зрения, с этим надо быть очень осторожными. Если прокурор предъявит обвинение в убийстве и не сможет доказать это, присяжные могут поставить под сомнение все доводы обвинения и признать его невиновным и в убийстве, и в причинении смерти по неосторожности. Я бы предпочел, чтобы они обвинили в причинении смерти по неосторожности, если они уверены, что смогут это доказать и добиться признания его вины.
Но с эмоциональной точки зрения я понимаю семью, понимаю…

Велес-Митчелл: Да. И все-таки позвольте спросить вас вот о чем. Есть еще вопрос пяти успокоительных препаратов, которые он дал Майклу. Он признает это, а потом пропофол с ликокаином. Потом есть еще задержка более часа между тем, как пришел и увидел, что Майкл не дышит, и вызвал 911. Потом есть еще тот факт, что он пытался реанимировать Майкла, когда тот лежал на кровати, тогда как всем известно, что реанимировать надо на ровной и жесткой поверхности.
Есть еще тот факт, что парамедики уже на месте решили, что он умер, и сказали: «Давайте объявим сейчас, что он умер». А он сказал: «Нет-нет-нет, везем его в больницу». И его смерть была объявлена уже во второй половине дня.
Многие люди говорят, что это гораздо больше, чем неосторожность. Как вы считаете?

Мезеро: Это может быть больше, чем неосторожность, но вопрос в том, что, по мнению прокуратуры, она сможет доказать. Видите ли, у меня были случаи, когда у обвинителя была хорошая возможность доказать нападение, а они выносили обвинения в попытке убийства, и я смотрел на присяжных и говорил, что им не стоило говорить о попытке убийства. Что их доводы неправдоподобны. Что они злоупотребляют своей властью. Что присяжным не стоит слушать ни слова из того, что они говорят.
И то же самое может произойти и здесь, если они обвинят в убийстве второй степени и не смогут его доказать. На мой взгляд, пусть лучше обвинить в причинении смерти по неосторожности и добиться обвинительного приговора, чем рисковать, что его оправдают, из-за обвинений, которые вы не можете доказать.

Велес- Митчелл:
Очень хороший довод.
Том, когда я смотрела фильм, я была шокирована. Майкл был полон энергии, танцевал, как подросток. Но во время суда, когда я видела его каждый день, порой он выглядел таким слабым. Иногда – после суда – мы видели его в инвалидном кресле. Что вы думаете об этих двух совершенно разных людях?

Мезеро: Ну, прошло время. Между окончанием процесса в 2005 году и датой, когда он начал репетиции. Мне хочется думать, что он стал себя лучше чувствовать физически, что ему была оказана психологическая помощь и что он сам себе помогал улучшить свою жизнь.
Он знал, что во время процесса я каждый день вставал в три утра. Я ложился в полвосьмого вечера и вставал в три. Он звонил мне в три или в четыре и часто плакал, беспокоясь о своих детях. Он очень нервничал из-за этого.
Майкл был очень чувствительным, творческим и добросердечным гением. В зале суда ему было не место, и к нему ужасно относились во время процесса. Я уверен, у него ушло много времени, чтобы справиться с этим, если ему это удалось вообще.

Велес-Митчелл:
Том Мезеро, я могла бы общаться с вами каждый день. И я всегда говорю при встрече с вами, что если со мной что-то случится, я позвоню именно вам. Ваш номер телефона у меня на быстром дозвоне.
Мезеро: Спасибо.
Велес-Митчелл: Спасибо вам, что пришли. Вас всегда очень приятно видеть. Спасибо.
Мезеро: Благодарю вас, Джейн.
http://edition.cnn.com/TRANSCRIPTS/1002/05/ijvm.01.html
перевод http://kathiejmie.livejournal.com/  kathiejmie

+1

12

С личного разрешения автора перевода justice_rainger.Юля, огромное спасибо за проделанный  труд  :flag:

"Заключительные аргументы стороны по делу "Народ штата Калифорния по делу Майкла Джексона"
2-3 июня 2005 г"

Текст выложен в формате pdf

Ссылка для скачивания находится здесь

Отредактировано СветочеГ (18-04-2010 02:28:17)

+5

13

К 10 посту дополнение

пишет justice_rainger

Здесь приведу только парочку цитат, для завлекалова :) Под катом ссылка на документ.
Если будете копипастить на других ресурсах - пожалуйста, указывайте переводчика. Благодарю.

Арвизо ничем не отличались от остальных. Как только они нашли самого популярного и известного человека в мире, который оказался в такой степени наивным, совсем как ребенок, и не увидел признаков обмана. Он не был таким, как Джей Лено, как Крис Такер и многие другие, кто в конечном итоге распознал обман. Нет, Майкл привез эту семью в «Неверленд» и заботился о них. Вы можете себе представить, после всего того, что вы увидели в этом зале, что Майкл Джексон вступает в сговор, чтобы похитить детей, удерживать семью силой, что-либо требовать с помощью шантажа и вымогательства? Он что, похож на такого человека? Вы видели запись. Он хочет организовать праздники с участием знаменитых животных, хозяева которых являются знаменитостями. Он хочет организовать международный день детей. Ему нравится сидеть на дереве и писать музыку. Он говорит: «Другие люди ходят на бейсбол и футбол. А я люблю сидеть на дереве». Он любит заниматься творчеством. Он позволяет больным детям посещать «Неверленд». Он похож на человека, который может хотя бы задумать такой сговор, не говоря уже о том, чтобы учинить его? Это абсурд. Чтобы поверить в это, вам придется поверить Дженет Арвизо и при этом не усомниться ни в одном ее слове. Вам придется поверить, что она сбежала из «Неверленд», затем снова вернулась, опять сбежала и снова вернулась, и снова сбежала. Абсурд. Леди и джентльмены, как вы можете верить в то, что они вообще могли подумать о том, чтобы предъявить подобные обвинения мистеру Джексону? Который, к слову – единственный человек, обвиненный в заговоре. Хоть кто-нибудь из его предполагаемых «подельников» был обвинен в чем-либо противозаконном? Нет. Это было сделано намеренно, чтобы не допускать их в этот зал, чтобы напугать их. Если вы думаете, что действительно имел место быть заговор таких масштабов, как представили Арвизо, если вы действительно считаете, что все было настолько серьезно и что семью похитили, прятали и медленно вели к погибели – почему же обвинили только Майкла Джексона? Я вам скажу, почему – потому что он мегазвезда, и именно об этом весь этот процесс. Семьдесят офицеров полиции обыскивали его дом. Если бы они с таким же усердием проводили обыски по делам об убийстве! Семьдесят офицеров нарушили его право на частную жизнь. Да, он человек. Они нашли журналы с женщинами – “Hustler,” “Playboy,” “Penthouse.” Он их читает. И что? Он что, хотел, чтобы мир об этом знал? Нет, потому что это его личная жизнь. Думал ли он, что они притащат все это в зал суда и выложат на обзор всему миру? Нет. Они излазили его дом вдоль и поперек, пытаясь отыскать хоть что-нибудь. И скоро я расскажу вам о том, чего они НЕ нашли, но сначала я пройдусь по общей хронологии.

Во-первых, Майкл Джексон никогда не делал никаких заявлений вроде «Я хочу, чтобы этих людей отвезли в Бразилию. Я хочу, чтобы их удерживали здесь против их воли. Я хочу, чтобы детей похитили, разлучили с матерью». Вообще-то, обвинение так рьяно расписывала этот заговор, что вообще забыло упомянуть о мистере Джексоне. Его не было на этих встречах (имеются в виду встречи предполагаемых «заговорщиков» с семьей Арвизо, во время которых семье всячески угрожали – прим.пер.). У него и мобильного телефона-то не было. Они могут сейчас расписывать что угодно, но причем тут Майкл Джексон? На самом деле, существуют доказательства того, что Дженет Арвизо жаловалась Азии Прайор (подруге Криса Такера – прим.пер.) и другим людям, включая Марию Гомез, что «эти люди пытаются удалить меня от Майкла Джексона». Она чувствовала себя жертвой и считала, что эти люди пытаются монополизировать Майкла Джексона и отстранить ее от него. Действительно, мистер ЛеГранд в своих показаниях рассказал о том, что Дитер Вайзнер и Рональд Конитзер намеревались перебрать на себя управление его бизнесом, всеми его делами, и эти люди не хотели, чтобы Майкл Джексон участвовал в их дискуссиях. Да где он вообще, хоть в одном действии, хоть в одном элементе этого так называемого заговора? Где он? А нет его. Он в «Неверленд». Он в студии. Он путешествует. Где он, когда у него в доме организовывают и проворачивают такие дела?

Заявления Дженет Арвизо полностью опровергают саму идею существования заговора. Ее действия опровергают идею заговора, и во время допросов свидетелей вы слышали меня – «Вы звонили в полицию? Вы звонили в полицию?»
Нет, она не звонила.

Идеалист? Наивный? Да. Но никак не уголовник. А если бы он и совершал или намеревался совершить какое-либо преступление, зачем бы ему понадобилось снимать об этом документальный фильм и на весь мир заявлять об этом? Он не совершал никаких преступлений, однако он по-детски доверчиво позволил людям находиться в своем доме, спать в его спальне. Он открыл ворота своего дома абсолютно всем подряд. Безусловно, из-за этой наивности он и стал мишенью. Так и есть. Спросите себя – зачем бы он говорил такие вещи Баширу, если бы был преступником? Для чего?
Потому, что он не преступник.

И вот потому, что у них нет никаких доказательств, потому, что они боятся, что вы не поверите словам Арвизо без всяких сомнений, сторона обвинения и предприняла такую мерзкую, злостную попытку, довольно-таки варварскую попытку, я бы сказал, чтобы унизить мистера Джексона. Это началось еще во время отбора присяжных, когда мистер Зонен (помощник прокурора) говорил о его разрушавшейся карьере. Это продолжалось, когда они показывали вам эти журналы на протяжении всего процесса. Это продолжалось и в попытках притянуть к этому делу его финансы, банковские и бухгалтерские документы, чтобы показать, что у него проблемы с финансами вследствие неправильного управления бизнесом и неверной мотивации. О чем это я говорю? У этого человека якобы долгов на многие миллионы, а он передает миллион долларов Марлону Брандо, поскольку хочет поддержать друга. Он платит за всех. Шоппинг, отели. Вокруг него плавают акулы, которые обманом вынуждают его подписывать доверенности, чтобы получить право подписывать документы вместо него. Его щедрость и то, как он швыряется деньгами, просто не знают границ, поскольку у этого человека невероятно доброе сердце. А вот прокурор считает, что если они вывалят все это на обозрение, он почувствует себя униженным, смущенным. Что они унизят его, если заявят, что Майкл Джексон захотел похитить целую семью и снять программу (в которой, кстати, их так и не показали ни разу), поскольку у него проблемы с финансами и наличностью. Эта программа собрала средства, которых не хватит, чтобы покрыть даже половину его долговых обязательств. Они сделали это не потому, что считали, будто вы поверите, что это и есть мотив для преступления и заговора. Нет, они сделали это, чтобы унизить его в ваших глазах, потому что они боятся, что вы можете симпатизировать Майклу Джексону. Они боятся, как бы вы не стали восхищаться Майклом Джексоном. Возможно, вам станет его жаль, поскольку с ним так обошлись и поскольку он был целью номер один для мистера Снеддона все эти годы. Они беспокоятся, и единственное, что они могут сделать – это облить его грязью. Отнять у него все, что он пытался построить и создать, и обесценить это. Я заявляю – это несправедливо и неправильно. И я также заявляю, что все то, что они представили, не является доказательствами. Это скорей попытка злоупотребить полномочиями.

ссылку перезалила.Она в 10 посте

+1

14

Короткое интервью с Томом Месеро.
Апрель 2010.

Michael Jackson's Lawyer Thomas Mesereau Speaks Out at Hollywood TV


http://www.youtube.com/watch?v=1qECun-O … embedded#!

Что вы думаете по поводу дела Майкла Джексона, Дебби Роу?

Я надеюсь на Катерин, ведь она очень духовная женщина. Она замечательная.
Дебби Роу свидетельствовала на суде. Она была за Майкла. Она была очень добра с нами.
Я думаю, что Катерин замечательный, духовный, открытый человек. Я очень надеюсь что она справится (или она замечательно справлялась с теми обвинениями-прим.)

Что вы думаете по поводу того, что семья Джексонов поехала на Ямайку…вместе с детьми?

Я без понятия.

А что насчет доктора Конрада Мюррея?

Я не знаю и не могу прокомментировать.

(Том уже побежал к машине, но репортер задает следующий вопрос)
А что вы думаете по поводу докторов? (Том вернулся)

Понимаете, у меня нет никаких доказательств. Сначала нужно провести расследование и найти необходимые доказательства. Они выписывали слишком большое количество лекарств. Они пытались манипулировать им. Они пытались обмануть его. Их следует также объявить виновными.

Все от судьи до управления Шерифа, говорят о том, что он был зависим от лекарств. Правда ли это и было ли так, когда вы представляли его в суде?

Нет, ничего подобного. Когда я представлял Майкла, во время расследования и в течение 5-ти месяцев суда, он был очень собранным, погруженным в дело, четко выражал свое мнение. Я ни разу не заметил, чтобы он находился под действием лекарств или наркотиков.   

А когда он показался в суде в пижаме, это было что? Очередной эксцентричный поступок?

Это были вы, ребята. Вы манипулировали этим как вам угодно. Правда заключается в том, что тем утром Майкл упал в дУше, и надо было ехать в больницу. Я доложил судье о том, что произошло. Судья потребовал, чтобы через 45 минут Майкл появился в зале заседания, иначе его посадят за решетку без возможности освобождения под залог. Я позвонил Майклу и сказал, «быстро приезжай сюда, где бы ты ни был». Это была моя вина, понятно? Он мог поехать домой и переодеться, но я заставил его сразу ехать в суд, потому что не хотел, чтобы он попал за решетку. Это моя ответственность.

Майкл когда либо говорил о смерти?

Никогда. Майкл любил, обожал своих детей. Он ни за что не хотел умирать и покидать своих детей.

Почему в жизни Майкла было так много докторов. Я знаю, что в списке «зашиты» есть и доктор Кляйн и доктор М….(неразб.)?

Я не знаю. Я был его защитником в криминальном деле. Я очень ясно тогда дал понять, что я берусь за это дело, чтобы защитить его. Я не участвовал в его профессиональных делах, я не знал о докторах. Наркотики (или лекарства -прим.)- это не криминал. Я работал над теми обвинениями. Нам действительно повезло, удача была на нашей стороне, присяжные были на нашей стороне.

Вам просто повезло?!

Нет! У нас были доказательства. Он был абсолютно невиновен. Они выдумали «пустое» дело. Он был замечательным человеком. Он был добр, великодушен, он всех любил. Он был совершенно замечательным человеком. И это - настоящая правда.

Перевод Hella @ 2010. http://www.mjj.ru/

+6

15

http://mesereauyu.com/tribute/phpslides … amp;auto=1 - здесь у них свежая новость: трибьют Майклу!
На экране текст (не копируется) и меняются 61 фото со времен суда! Есть парочка просто уникальных снимков - из зала суда. А ведь тогда снимать не разрешали, только рисунки делали...

Отредактировано Эвридика (01-07-2010 03:05:12)

+1

16

Классный руководитель написал(а):

но это не он!!!!!

опять пересмотрела, там и адвокат на себя не похож :dontknow:

+1

17

Классный руководитель написал(а):

я не поняла, в зале суда рядом с ним сидит двойник Майкла?

девченки, да вы че, там не Майкл и не Месеро, это фотки зделаны с программы а-ля реконструкция событий
по типу той программы, что мы с вами смотрели про " последний день жизни"

0

18

Эвридика написал(а):

http://mesereauyu.com/tribute/phpslides … amp;auto=1 -

а еще там есть вот такая ссылочка на шот филм про 13,06,2005
http://www.zilkinc.com/mj_victory.html

0

19

  кидаю ролик которым поделился ютубовский друг, время судов
  Майкл и Месеро посещают церковь ( тока не поняла шо за конфессия)
  может кто-нибудь вкратце переведет о чем речь
http://www.youtube.com/watch?v=LA4yqOqHebo

Отредактировано Лилия (01-07-2010 23:19:21)

+1

20

Лилия написал(а):

тока не поняла шо за конфессия

Там в заголовке ролика написано - Attorney Tom Mesereau & Michael Jackson Attend First AME Church, Los Angeles, CA

First African Methodist Episcopal (AME) Church - Первая Африканская методистская епископальная церковь. Это методисты.

Здесь подробнее про них http://www.krugosvet.ru/enc/kultura_i_o … DISTI.html

Африканская методистская епископальная церковь – второе крупнейшее методистское объединение в США (ок. 1,2 миллиона членов). Выпускает 4 периодических издания, в их числе Христианская хроника (Christian Recorder). Помимо осуществления обширной программы евангелизации внутри страны, церковь ведет большую миссионерскую работу в Африке и Вест-Индии.

Про пастора Сесил Мюррей (!) (Rev. Cecil “Chip” Murray), который в ролике дает интервью: http://www.usc.edu/about/people/murray.html

Отредактировано Ines (01-07-2010 23:14:18)

+3

21

Лилия написал(а):

Майкл и Месеро посещают церковь

:offtop: а пастор тоже Мюррей, знак? :idea: Лилия, спасибо http://www.kolobok.us/smiles/artists/vishenka/l_daisy.gif  ,очень интересно было посмотреть

0

22

     Ines     спасибо за разяснения  :flag:
   
     получается, что Майкл посещал Африканскую  методистскую епископальную церковь, проще говоря методистов,
     выходит он принадлежал к этой церкви? или к ним можно просто прийти на службу  :question:

     

Классный руководитель написал(а):

а пастор тоже Мюррей, знак?

вот-вот, я тож сразу заметила, интересно может они с нашим доком родственники????

0

23

Лилия написал(а):

получается, что Майкл посещал Африканскую  методистскую епископальную церковь, проще говоря методистов,
     выходит он принадлежал к этой церкви? или к ним можно просто прийти на службу  :question:

Здесь отзыв Майкла о посещении богослужения http://www.michaeljacksonforsale.com/ht … ly2004.htm из него понятно, что его пригласили посетить эту церковь Ренди и пастор Мюррей:

A Note From Michael:

August 15, 2004

It was wonderful to be received with so much love today by the First AME Church of Los Angeles. I thank my brother Randy and Pastor Cecil Murray for inviting me.

God has always been in my heart and a part of my life and my family's lives. It is through Him that we draw our strength. As a child, my mother taught me the value of prayer and today, it is still a part of my daily life.

I want to sincerely thank the entire congregation for their warmth and for their prayers.

Michael Jackson

(Source: MJJSOURCE)

Сообщение от Майкла:

15 августа 2004

Это было чудесно получить столько любви сегодня в AME церкви Лос-Анджелеса. Я благодарю моего брата Рэнди и пастора Сесил Мюррей за приглашение.

Бог всегда был в моем сердце и в моей жизни и жизни моей семьи. Именно через Него мы получаем свои силы. В детстве мама научила меня ценить молитву, и сегодня она по-прежнему является частью моей повседневной жизни.

Я хочу искренне поблагодарить всех членов общины за их тепло и за их молитвы.

Майкл Джексон

____

    Про Мезеро и АМЕ церковь.

    Тут сказано, что Мезеро постоянный прихожанин этой церкви http://www.cbsnews.com/stories/2004/06/ … 0746.shtml

He is a regular parishioner at the First AME Church in Los Angeles and is a regular volunteer at the church's free legal clinic.

lbishow.com/index.php?option=com_content&view=article&id=198:absa-mesereau-jamail&catid=44:apl&Itemid=118

Brookins African Methodist Episcopal Church, Los Angeles, has opened a free legal clinic for the poor in Mr. Mesereau’s name.  Tom serves on its board of directors and actively participates in clinic activities.

Брукинс Африканская методистская епископальная церковь в Лос-Анджелесе, открыла бесплатную юридическую клинику для бедных слоев населения на имя Мезеро. Том является членом совета директоров и активно участвует в деятельности клиники.

       Еще, в вики вот что есть про Мезеро и эту церковь http://en.wikipedia.org/wiki/Thomas_Mesereau

He is a regular parishioner at the First AME Church in Los Angeles and is a regular volunteer at the church's free legal clinic.
Mr. Mesereau has received an award from the Reverend Cecil Murray, formerly Senior Minister of the First African Methodist Episcopal Church for the many hours of volunteer time he had devoted to the church’s free legal clinic. Mr. Mesereau also has received the “Sarah Allen Women’s Missionary Society of First A.M.E. Church, Los Angeles Award” for his contributions to the African-American and other minority communities.

Г-н Мезеро получил награду от преподобного Сесил Мюррей, бывшего старшего священника первой африканской методистской епископальной церкви за многие часы волонтерской работы, которые он посвятил бесплатной юридической клинике церкви. Г-н Мезеро также получил "Sarah Allen Women’s Missionary Society of First A.M.E. Church, Los Angeles Award "за его вклад в афро-американские и другие местные сообщества.


Здесь facebook.com/topic.php?uid=297452645110&topic=15038#!/topic.php?uid=297452645110&topic=15038&post=69125#post69125 сказано, что Мезеро ушел из членов церкви после того как новый пастор Джон Хантер не позволил церкви отправить детей в Neverland в то время, когда Джексону были предъявлены обвинения. Мезеро разочаровался позицией церкви и так же прекратил работу своей правовой клиники там, предлагая свои услуги в другой церкви.

Mesereau quit his longtime membership in the First AME Church, where he helped run a free legal clinic, after the new pastor, John Hunter, refused to let the church send children to Neverland while Jackson was facing charges, and then spoke to Court TV about it.
"I'm very disappointed in the church's position," said Mesereau, who also stopped doing his legal clinic work on Sundays at First AME and now offers his services at West Angeles Church of God in Christ. "I just thought it was inappropriate for kids to be going out there at any time," Hunter said. "This is somebody that has been charged with child molestation, but more importantly has admitted to sleeping in the same room, if not the same bed, with children. And that is inappropriate by most standards."

Отредактировано Ines (02-07-2010 02:04:59)

+7

24

Том Месеро ответил на петицию фанатов с просьбой взяться за оспаривание завещания (или гражданский иск Джо)
сама петиция http://www.thepetitionsite.com/1/mr-mes … u-be-there

ответ http://xltweet.com/show/?id=51525C5451

To Supporters of Michael Jackson and the Jackson family:

Thank you for your generous comments and interest.

Like many of you, I believe Mr. Joseph Jackson could have chosen better and more appropriate legal counsel.  However, this is his choice to make.

As you know, Attorney Susan Yu and I are partners in the firm of Mesereau & Yu, LLP.  We specialize in criminal defense and business litigation.  We do not specialize in probate law or will contests.

Although we are unwilling to participate in legal proceedings where we feel we lack the required expertise, we are supporters of Mrs. Katherine Jackson.  I am in touch with certain members of the family and am willing to support them where I feel it is appropriate. 

Thank you for your kind petition.  Michael was a sensitive and loving person whom the world misses.

Sincerely,

Tom Mesereau

--------------------

Сторонникам Майкла Джексона и семье Джексон:

Спасибо за ваши великодушые отзывы и интерес.
Как и многие из вас, я полагаю, что Джозеф Джексон мог бы выбрать лучшего и более подходящего адвоката. Тем не менее, это - его выбор.
Как вы знаете, адвокат Сьюзан Ю и Я являемся партнерами в фирме Mesereau и Yu LLP. Мы специализируемся в уголовно-правовой защите и судебном представлении бизнеса. Мы не специализируемся в наследственном праве или оспаривании завещаний.
Хотя мы и не хотим участвовать в судебных разбирательствах, где мы чувствуем отсутствие необходимого опыта, мы сторонники г-жи Кэтрин Джексон. Я нахожусь в контакте с некоторыми членами семьи, и я готов поддержать их там, где я чувствую это необходимо.
Благодарю Вас за петицию. Майкл был чувствительным и любящим человеком, которого не хватает миру.
С уважением,
Том Mesereau

Отредактировано EllaS (07-07-2010 00:37:37)

+4

25

Вот безумно уважаю Томаса Мезеро. Один из очень немногих кому могла бы поверить. Спасибо за посты! Читала с напряжением когда он говорит о смерти. Но  :love: Слава Богу Месеро тоже может... эээ..."преувеличить" в защиту любимого клиента  :blush:

СветочеГ написал(а):

быстро приезжай сюда, где бы ты ни был». Это была моя вина, понятно? Он мог поехать домой и переодеться, но я заставил его сразу ехать в суд

Стесняюсь спросить...а где был Майкл в пижаме без наличия брюк?  :blush:

СветочеГ написал(а):

Том уже побежал к машине, но репортер задает следующий вопрос
А что вы думаете по поводу докторов? (Том вернулся)

Понимаете, у меня нет никаких доказательств. Сначала нужно провести расследование и найти необходимые доказательства. Они выписывали слишком большое количество лекарств. Они пытались манипулировать им. Они пытались обмануть его. Их следует также объявить виновными.

Очень похоже на покушение. И у Кляйна недавно был приступ паники, после проверки полиции "никак не связанной с делом МД"  :yep:
Интересно, он хоть вернулся?

+2

26

viki написал(а):

Стесняюсь спросить...а где был Майкл в пижаме без наличия брюк?

В больнице

viki написал(а):

И у Кляйна недавно был приступ паники, после проверки полиции "никак не связанной с делом МД"   
Интересно, он хоть вернулся?

Занятный персонаж, мне его даже жалко стало) Но выглядит он комично, это да)

EllaS написал(а):

Том Месеро ответил на петицию фанатов

Его стиль импонирует. Вообще, если учесть сказанное им

EllaS написал(а):

Мы специализируемся в уголовно-правовой защите и судебном представлении бизнеса. Мы не специализируемся в наследственном праве или оспаривании завещаний.

EllaS написал(а):

Хотя мы и не хотим участвовать в судебных разбирательствах, где мы чувствуем отсутствие необходимого опыта

сами действия говорят об обратном)

0

27

KP_Cathy написал(а):

Занятный персонаж, мне его даже жалко стало)

Да, занятный. Но мне кажется рыльце у него сиииильно в пушку. Что странно... после одного единственного сообщения об этом последнем шмоне у него в офисе после которого он убег...ТИШИНА... даже ТМЗ не продублировало. Почему-то подумала, что там где реально что-то ищут шумихи не допускают. Естественно, могу ошибаться

0

28

viki написал(а):

а где был Майкл в пижаме без наличия брюк?

:D  не люди,  так рождается сплетня)))) Он был в пиндже и в пижамных штанах (не без их наличия)  и его вели под руки, многие потом гадали: или правда с ним что-то не так или доканали судами, вот больной весь.
А получилось ( по словам Мезеро), что он должен был поехать в больницу, а его притащили его в суд.

http://img.lenta.ru/news/2005/03/11/jackson/picture.jpg
http://newsimg.bbc.co.uk/media/images/40598000/jpg/_40598720_pajamas.jpg

Отредактировано Invi (07-07-2010 15:55:35)

+1

29

Invi написал(а):

Он был в пиндже и в пижамных штанах (не без их наличия)

:D  :rofl: Я наверно просто не очень ясно выразилась! Я имела ввиду без наличия брюк от костюма, ну или джинсов к примеру  :rofl:  Где он ночевал в пижаме не имея при себе нормальной одежды! Не, ну если он был в больнице, тогда да. Хотя пиджачок то на нем его вроде бы, не с чужого плеча, а брюки хде?
А Месеро все равно молодец, взял вину на себя  :cool: 

СветочеГ написал(а):

Вся информация на эту тему есть в транскриптах суда. Вот то,что нашла в этой ветке:
    Месеро:  Например, однажды утром Джексон повредил себе спину и поехал в больницу. Я сразу сообщил об этом судье Мелвиллу. Его ответ был довольно жёстким. Если Джексон не предстанет сию же секунду, то его залог испарится. Я посоветовал Майклу нестись в суд сейчас же, и не важно во что он одет. Его пижамные штаны стали для прессы поводом для праздника.

Верю! искренне верю что упал, что не хотел ехать в суд...но надо!

Sunrise написал(а):

Ну или прямо с постели вытащили

:blush: даже не дали штанишки одеть. Бывает.
Все, девочки, сорри.

Отредактировано viki (08-07-2010 12:12:59)

0

30

viki написал(а):

Где он ночевал в пижаме не имея при себе нормальной одежды!

Помню,что где-то на форуме есть подробнее на эту тему инфа. Возможно в ветке суды. Вот то,что нашла в этой ветке:

СветочеГ написал(а):

Месеро:  Например, однажды утром Джексон повредил себе спину и поехал в больницу. Я сразу сообщил об этом судье Мелвиллу. Его ответ был довольно жёстким. Если Джексон не предстанет сию же секунду, то его залог испарится. Я посоветовал Майклу нестись в суд сейчас же, и не важно во что он одет. Его пижамные штаны стали для прессы поводом для праздника.

Отредактировано СветочеГ (08-07-2010 11:58:41)

0

31

СветочеГ написал(а):

Его пижамные штаны стали для прессы поводом для праздника.

:rofl:  А этим в лес не ходи,дай попраздничать :crazyfun:  :suspicious:

Признаться,я всё время думала,что Майклу просто так захотелось :blush:  http://www.kolobok.us/smiles/standart/fool.gif  Ну или прямо с постели вытащили http://smiles.ukrweb.net/smiles/sm462.gif

0

32

July с МДЖ разместила вот такое видео. Мезеро с Дилео. Запись вроде относительно новая, залито в феврале 2010.  Интересно что за документ Мезеро передал Дилео?
http://www.youtube.com/watch?v=R_5qAp56 … r_embedded

увеличить

Отредактировано viki (16-07-2010 22:28:12)

0

33

Вы когда-нибудь такое видели??Неизвестная сторона Томаса Мезеро :D  :rofl:

Фотографии из неизвестного резюме Тома Месеро

http://i067.radikal.ru/1007/27/d852bd42cbb2.jpg

Четверг, 14 Апрель 2005 Сначала это был Майкл Джексон в пижаме, теперь это адвокат Джексона в коротких подштанниках.National Enquirer недавно опубликовал фотографии Тома Месеро, развлекающегося на вечеринке в Малибу несколько лет назад, стоящего на коленях перед Доминантом( на сленге- Мастером- прим. перев) в ошейнике и с поводком. В своем нижнем белье."Мы получили это от человека, который был участником пижамно-бельевой вечеринки в Малибу семь или восемь лет назад", говорит репортер Enquirer Алан Баттерфилд."Женщина, одетая, как Доминант, подошла, наложила ошейник вокруг шеи Месеро и сказала:" Поклоняйся мне! "И он это сделал. Он, казалось, наслаждался. Он улыбается.Баттерфилд говорит, что фотографии всплыли две недели назад, когда их владелец вспомнил о них, увидев Майкла Джексона в пижаме."Это показывает Месеро как веселого парня, что он такой же дикий, и имеет странные стороны, что и все мы," - рассказывает мне Баттерфилд. "Он сделал это для того, чтобы сфотографироваться".От Месеро пока нет никаких комментариев, хотя Баттерфилд говорит, что Месеро сказал фотографу на вечеринке, что он, вероятно, пожалеет, что сделал этот снимок.Итак, что же вам делать, если у вас в вашем прошлом есть фотографии, которые могли бы вернуться к вам и преследовать вас? Вот некоторые мудрые советы от The Inquirer: "Не делайте фото где попало".Оставайтесь с нами.

Источник:KNX.typaed.com - Michael Linder
Перевод : Raksha

http://forum.exler.ru/index.php?s=200db … mp;st=1550

+3

34

МаринаMJ написал(а):

Фотографии из неизвестного резюме Тома Месеро

девы, а не может это быть фотошопом?

0

35

МаринаMJ написал(а):

Женщина, одетая, как Доминант

В 2005 году писали, что на фото в статье это Тами Смит (Tami Smith).
http://www.contactmusic.com/new/xmlfeed … sex-photos

Её сайт http://www.tamismith.com/
Фото с него:
http://s52.radikal.ru/i137/1007/1c/ac53de066963.jpg

Отсюда про Мезеро http://www.associatepublisher.com/e/t/t … sereau.htm

"Private life

During the Michael Jackson trial The National Enquirer published a photograph, taken ten years ago at a Malibu pajama and lingerie party, of a grinning Tom Mesereau kneeling in t-shirt and boxers and holding a drink while being restrained with a collar and leash by a woman in latex bondage wear. "He could not stop smiling," proclaimed dominatrix-turned-PR executive Tami Smith.

Tom Mesereau lives in West Los Angeles and is known to live a low-key lifestyle, favoring movies, plays, neighborhood walks, local restaurants, Clippers basketball games, and the occasional professional boxing match. Divorced seventeen years ago from former Vogue model Heidi Gold2, he is currently dating actress, singer, songwriter, and event planner Minnie Foxx.

He is known for his long, wavy white hair."

dominatrix - это госпожа (в садомазохистских отношениях), властная женщина.

Отредактировано Ines (26-07-2010 20:20:47)

+1

36

Интервью Тома Месеро 14 июня 2005 года в шоу Ларри Кинга.

Адвокат Майкла Джексона говорит о суде.

Транскрипт.

Ларри Кинг: Сегодня прайм-тайм эксклюзив: адвокат Майкла Джексона , Томас Месеро, о том, как он одержал тотальную победу в суде Майкла Джексона по делу о растлении малолетних. О том, что Майкл сейчас в порядке и о многом другом.
Томас Месеро час по телефону в прайм тайм эксклюзив с Ларри Кингом.

Он доступен для нас из Санта Мария в Калифорнии.

Между прочим, Том, относительно вашего искусства проводить перекрестный допрос, профессор Лори Левенсон из Лайолы сказала, что это лучший перекрестный допрос, который она когда-либо видела. Это искусство или наука?

Месеро: Это настоящее искусство, Ларри. И я крайне польщен комментарием. Не знаю, заслуживает ли это того, но это искусство. Это то, чему ты постоянно учишься, никогда не чувствуя себя совершенным. И тебе всегда следует быть готовым познавать что-то новое о том, как это делать.

Кинг: Как вы получили это дело?

Месеро: Я знал Ренди Джексона много лет. Буквально, когда рейд в Неверленд имел место быть, я получил звонок, лететь в Лас Вегас для встречи с Майклом Джексоном. Тогда я не смог это сделать. Я работал над делом Роберта Блейка, подготавливаясь к суду и , неожиданно, я рассорился с мистером Блейком.
И примерно через три месяца после этого я получил другой звонок , лететь во Флориду и встретиться с Майклом, и одна вещь потянула за собой другую.

Кинг: Это обычный случай в криминальной практике для адвокатов - прекратить дело на ходу , подобно тому, как Блейк уволил вас, с вами уже бывало такое?

Месеро: Я не знаю, насколько это обычно, но, знаете, адвокатский бизнес очень напряженный, где ставки чрезвычайно высоки, и клиенты часто находятся в депрессии во время процесса. Они чрезвычайно эмоционально неуравновешенны, и обстоятельства часто меняются время от времени .

Кинг: Вы работали с предыдущими адвокатами Джексона?

Месеро: Немного. Марк Герагос был очень любезен и очень профессионален все время. Я знал его давно. Он очень, очень славный и очень, очень искуссный юрист. И он очень помогал во время передачи дела.

Кинг: Вы говорили, что не были удивлены вердиктом, имея ввиду, что были уверены в своих силах. Но большинство юристов говорят о том, что никогда нельзя предсказать решение жюри. Никогда нельзя быть уверенным в своем успехе. Поясните.

Месеро: Я был уверен в себе. Я думал, что мы действительно разрушили их дело очень эффективно на перекрестных допросах. И я думал, что мы вызвали достаточное количество очень эффективных свидетелей с нашей стороны. И я думал, что , когда ты сложишь весь этот набор вместе, они будут иметь с этим проблемы.

Кинг: Как вы психологически подготавливаете клиента для чего-то подобного - как , например, вы подготавливаете к тому, что, возможно, он окажется этим вечером в тюрьме? Вы обсуждаете это, или же вы двигаетесь только в позитивном ключе?

Месеро: Это зависит от клиента, Ларри. Вам следует быть откровенным со своим клиентом. Вы должны объяснить возможности и условия без пораженческих настроений. И я никогда даже не держал в мыслях пораженческую точку зрения с Майклом Джексоном, потому что я всегда думал, что мы победим в этом случае.

Кинг: Какого типа клиентом он был?

Месеро: Он превосходный клиент. Он один из самых легких клиентов для сотрудничества, с которыми я когда-либо имел опыт общения. он очень добрый. Он очень умный. Он очень командный. Он очень, очень уважительный, славная личность. И я крайне радовался, представляя его, и я стал его другом.

Кинг: Были ли какие-то мысли относительно него , которые ему нужно было подтвердить за свидетельской стойкой?

Месеро: Да, были. Когда я делал мое начальное утверждение, я намеренно поставил его за стойку свидетеля , и он должен был свидетельствовать . По мере продвижения дела, мне становилось ясно, что он не должен был это делать.

Мы провели перекрестный допрос очень эффективно. Мы показали жюри видеозапись двух с половиной часового интервью с Майклом Джексоном, в котором он объяснил свою жизнь и свою философию музыки и жизни и его опыт взросления. И, когда мы собрали все это вместе, мы решили, что к этому больше ничего не придется прибавлять.

Кинг: Была ли там в какой-то момент точка, Том, когда вы были в проигрыше?

Месеро: Знаете, Ларри, это интересно. Все суды включают взлеты и падения. И все суды приносят сюрпризы.

Но в этом деле я чувствовал, что мы были очень агрессивны с первого звонка, с нашего первого утверждения, в наших перекрестных допросах их главных свидетелей. И наш план состоял в том, чтобы быть крайне агрессивными и заставить их начать защищаться так скоро, как это было только возможным. И я думаю , мы достигли этого. (Комментарий от переводчика: ''Сицилианская защита '' - отличная тактика . )

Поэтому у нас было множество хороших дней в этом суде, особенно в их аргументации, и особенно в нашей аргументации. И я всегда был уверен в себе.

Кинг: Были некоторые люди, которые говорили, что обвинение было одержимо Майклом Джексоном. Вы разделяете этот взгляд?

Месеро: Да, я разделяю. Я разделяю эту точку зрения полностью. Я думаю, что они не были объективны в этом разбирательстве. Они не были объективны относително их свидетелей. Они не были объективными относительно тех теорий, которые они старались доказать, которые были недоказуемыми, потому что они были фальшивыми. И я думаю, что их одержимость по-настоящему причинила им вред.

Кинг: Вы думаете, это пришло из прошлого урегулирования , бывшего годами ранее?

Месеро: Я не знаю, где это началось, Ларри. Это могло появиться примерно в то время , где развилась одержимость относительно Майкла Джексона в этом агенстве прокурора, но, по справедливости, они не были объективными, когда увязали эти дела вместе.

Кинг: Почему, Том? Я имею ввиду, у них были люди, которые пришли к ним. У них была леди, которая пришла к ним, сын, который рассказал им истории. У них были другие люди, которые были свидетелями. Почему они сделали ошибку, выступив вперед с этим?

Месеро: Прежде всего, они никогда должным образом не проверяли обвинителей и их семьи, по моему мнению. И, если вы посмотрите на раннее интервью с обвинителями, вы увидите, что полиция приняла их историю до того, как даже разузнала, кто они такие были.

Для нас это было очевидным, что все проблемы возникнут вокруг этих обвинителей, с их историей, с их прошлым. Обвинитель почти закрыл глаза на то, что происходило в реальности. И я даже подумал в середине суда, что они пытаются отменить реальность, и это стало для них самих ловушкой.

Кинг: Насколько важным фактором стало появление Маколея Калкина?

Месеро: Он был большим аргументом. Он был прекрасным свидетелем для Майкла Джексона. И я всегда буду с огромным уважением относиться к Маколею Калкину. Он на вершине мира. Он не обязан был приходить сражаться за своего друга. И он сделал это , тем не менее.

И не было никаких сомнений в том, что он придет и будет свидетельствовать . Он всегда говорил: '' Я хочу быть там. Я хочу помочь Майклу Джексону, и я хочу рассказать правду. '' Он был огромным аргументом, и он предстал, как мужчина с сильным характером.

Кинг: Вы любите разговаривать с членами жюри после суда, после победы или поражения?

Месеро: Люблю. У меня не было возможности сделать это в этот раз, но, да, я люблю. Ты всегда учишься каким-то вещам у жюри. И у меня никогда не было такой привилегии - быть самому в составе жюри. Поэтому - я всегда хотел бы использовать возможность, но я никогда этого не делал. Я всегда получал отвод, когда я вызывался в жюри.

Кинг: Я бы хотел представить такое. Вчера у нас был один из - у нас был старшина присяжных прошлым вечером. У нас также был один из членов жюри, который сказал, что он поверил в то, что Майкл Джексон был или есть педофил. Это то, что данное обвинение просто не доказало в этом деле. Как вы отреагируете на заявление, подобное этому?

Месеро: Я думаю, он ошибается. Майкл Джексон не педофил. Он никогда не был педофилом. Обвинитель провел годы, стараясь сложить вместе историю, которую, как они надеялись, они смогли бы доказать и провалили свое доказательство. Майкл Джексон не педофил. Он никогда не совратил ни одного ребенка, и никогда даже не замышлял такое.

Кинг: То есть это были истории, высосанные из пальца?

Месеро: Определенно, они были придуманы главными обвинителями и, определенно, обвинитель старался создать впечатление , что другие люди были подвергнуты тем действиям. И они все пришли и сказали , что они не были.

Кинг: Удивительная вещь происходит, когда у тебя есть парень, который, определенно, отличается от нормы, старше - мужчина, который спит с мальчиками, встает перед жюри, как, бывало, говаривал мой друг, Эдвард Беннетт Вильямс, что ты хочешь получить от жюри, это - заставить жюри поставить себя на место твоего клиента. Если жюри сможет поставить себя на место твоего клиента, ты победил.

Каким образом кто-то может поставить себя на место Майкла Джексона?

Месеро: Хорошо, прежде всего, Ларри, это изобретение, что он спит с мальчиками было выдумкой обвинения. То, что он сказал очень ясно, было, что он позволял семьям заходить в его комнату.

Теперь, его комната это своего рода второй дом. Здесь два уровня. Там матери спали у него, отцы спали у него, сестры спали у него, братья спали у него. Обвинение немного подтасовало это, говоря, что он спал с мальчиками, потому что они думали, это может подействовать на жюри , и они потерпели провал.

Но, да, мы на самом деле должны объяснить , кто такой Майкл Джексон для жюри, что он очень творческая личность, очень мягкая душа, блестящий музыкант, блестящий хореограф и очень чувствительная личность, которая очень беспокоилась об этом мире и проблемах в мире. И он имеет очень детский дух и сущность , и он привлекал детей по всему миру.

Мы действительно объяснили, кто он такой. Но это страна, которая гордится собственным разнообразием , свободой быть самим собой. И мы никогда не отводили нашего внимания от того, кто такой Майкл. Мы никогда не пытались представить его ни кем другим , кроме него самого. Он никогда не пытался одеваться отлично от других людей в зале суда. Наши усилия были полностью направлены на то, чтобы показать , кем является Майкл Джексон, и мы гордимся этим и принимаем это.

Кинг: Мы скоро вернемся и узнаем больше от Томаса Месеро, невероятно успешного адвоката Майкла Джексона. У нас будет больше вопросов. Мы предоставим вам возможность задать ему вопросы по телефону. Он будет с нами всю программу. Не уходите.

(Начинается видеоклип. )

Томас Снеддрн: Когда приходит жертва, жертва рассказывает тебе, что была подвергнута насилию , и ты веришь в это и веришь, что факты подтверждают это , ты не смотришь на их происхождение. Если это не работает, для этого у нас и существует система жюри. Но мы делаем правильные вещи с правильными целями.

(Конец видеоклипов.)

Кинг: Томас Месеро - наш специальный гость.

Каково это было для вашей выдержки? Итак, вы можете быть настолько самоуверенны, как вам этого захочется, но, когда они выступают вперед с этими словами , что вы испытываете?

Месеро: Знаете, Ларри, это очень тяжелый, некомфортный момент. Ты никогда по-настоящему не принимаешь это. Твое сердце пропускает несколько ударов. И это что-то, что я никогда не обсуждаю неперед, не пускаю в чувства, потому что это никогда не бывает легко.

Кинг: Кто из вас схватил другого за руку, вы Джексона или он вас?

Месеро: Да. Когда зачитывали вердикт, я схватил руку Майкла. И я увидел, что он ценит это. Я хотел показать ему свою поддержку. И также я хотел послать ему сообщение: '' Мы выигрываем это дело''.

Кинг: Что он сказал вам, когда все 10 пунктов были оглашены?

Месеро: Он сказал: ''Спасибо тебе, спасибо тебе, спасибо тебе''. Его первая реакция была признательность. Благодарность Богу, благодарность его команде защитников. Благодарность его семье и друзьям. Это , действительно, все, что он сказал.

Кинг: И в этом и заключается радость защитника, правильно?

Месеро: Без всяких сомнений.

Кинг: Что произошло - он был выпущен под залог? Это было отменено немедленно? Как это - что, у него был залог на дом? Как это работало?

Месеро: Это все было сделано в самом начале процесса. Это было решено , на самом деле, до того, как я - появился в деле в качестве советника в материалах судебного дела. И залог был вложен поручителем. Это было осуществлено соответственным образом.

Кинг: И это было прекращено затем немедленно?

Месеро: Да, да. Когда он был признан невиновным, меры предосторожности для удержания под залогом были отменены, и он передвигался и был свободен.

Кинг: Когда ваш друг, Марк Герагос, который был на этой программе на прошлой неделе, он критиковал обозревателей, телевизионных обозревателей, 24часовых новостей, которые круглосуточно вещают, выпуская выпуски. Он даже высказал такое соображение, что Британская система, не позволяющая освещать суды, намного лучше. Что вы думаете по поводу обозревателей?

Месеро: Между прочим, я употребил слово '' отменен '', он был освобожден от залога.

Кинг: Хорошо.

Месеро: Я разделяю комментарий Марка Герагоса. Я думаю, что мы развили индустрию самозванных экспертов, которые не являются профессионалами, которые не имеют опыта, которые делают очень дилетантские комментарии относительно того, что происходит в зале заседаний и, которые хотят выдавать мнения, когда они даже не имеют возможности находиться в зале суда. И я думаю, что все это превратилось в театр абсурда, и я думаю, это достигло своего самого низкого уровня в этом деле.

Кинг: Каково это было для вас - вы ведь не были под обязательством не смотреть это. Каково это было - смотреть это?

Месеро: Я не смотрел это так уж часто, Ларри. Я был слишком занят , работая над делом.

Кинг: Но вы знали, что это все происходит?

Месеро: Я знал многое из того, что происходило. Когда я мог сделать перерыв в своей квартире, пока я готовился к делу, я мог включить телевизор. И многое из этого было отвратительным : неточности в изложении фактов, очевидная предвзятость среди людей вроде тех, что были на Court TV, которые были, как я чувствовал , в действительности рукой обвинения во все время разбирательства. Это было очень дилетантским и очень непрфессиональным и очень беспокоящим.

Кинг: Могли бы вы сказать , что это тяжело или невозможно предсказать исход суда , который вы не посещаете?

Месеро: Это очень трудно, потому что вы не знаете атмосферу , царящую в зале для заседаний. Вы не видите взаимодействие между свидетелями и жюри и судьей и обеими сторонами. В таком положении существует просто так много того, что вы утрачиваете , если не находитесь внутри.
И плюс, как вы сожмете шесть или восемь часов свидетельских показаний в озвученном куске? Вы не сможете быть точным.

Кинг: А что насчет Британской системы? Запретить для обозрения, не освещать?

Месеро: Здесь есть, определенно, многое, что можно сказать. Я абсолютно люблю свободу прессы. Но она доходит до абсурда, когда дело касается суда в Америке.
Мы одержимы судами над знаменитостями. Это стало индустрией обозревателей, которые по-настоящему стараются стать звездами экрана и не имеют ничего общего с настоящими законными экспертами. И это достигло своего дна в этом деле.
По счастью, жюри не было подвержено этому. Они делали правильную вещь.

Кинг: Обвинитель, Том Снеддон, сказал, что это была справедливость для знаменитости, Блейк послужил примером. Что вы скажете?

Месеро: С его стороны это просто злоба на кислый виноград. Я скажу вам , что было несправедливостью для знаменитости в этом деле. Это 70 шерифов, посланных для обыска в дом Майкла Джексона. Это было привлечение большего числа экспертов, большего количества шерифов и следователей в этом деле, чем они привлекают по делам серийных убийц. Это то, что я называю несправедливостью для знаменитости.
Поэтому, в сущности, он прав, просто он смотрит на это с неправильной стороны.

Кинг: А...

Месеро: С Майклом Джексоном было другое обращение из-за того, что он знаменитость.

Я думаю, что члены жюри стремились быть благоразумными , что они не поддержали эту точку зрения, что знаменитость должна иметь другое обращение , и они могли даже пойти - свернуть вспять, чтобы быть уверенными, что они так не поступают.
Поэтому, существует много несправедливого, что направлено на знаменитостей. Они большие мишени для обвинителей. Они большие мишени для шерифов и офицеров полиции. Они большие мишени для людей , которые хотят славы и удачи.

Кинг: Какова ваша оценка того представления, которое было представлено обвинением в зале?

Месеро: Они были крайне агрессивны и крайне подготовлены и очень предвзяты. Я думаю, что их самой большой проблемой стало необъективное отношение к этому делу. Они верили в те вещи, в которые хотели верить. Они старались доказать положения, которые были абсурдными. И они старались демонизировать Майкла Джексона , изображая его совершенно смехотворным, когда вы пристальнее всмотритесь в то, что они делали. И они перегнули палку, и это нанесло им вред.

Кинг: Вы очень беспокоились, когда та запись была разрешена для просмотра в конце?

Месеро: Я беспокоился. Я не думал, что для этого было законное основание. Но после вторичного обдумывания этого и осознания, как много конфликтных утверждений этот обвинитель сделал в том интервью и как это интервью показало , что полицейский офис пожелал принять его историю до того, как было расследовано дело, чем больше я смотрел на это, тем больше я думал, что это может помочь нам. И, основываясь на некоторых комментариях жюри, это на самом деле помогло нам.

Кинг: Это тяжело эмоционально, когда ты давишь на перекресном допросе на обвинителя, юного обвинителя, на мать?

Месеро: Существует протокол, по которому вы осуществляете перекрестный допрос свидетеля. Вы не хотите выглядеть мучителем. Вы не хотите выглядеть так, словно вы пользуетесь превосходством вашего положения.

Как бы то ни было, вы должны настроитьcя, приладиться к личности, находящейся перед тобой. некоторые юные дети - достигли уровня зрелости , которая крайне высока. И, как Крис Такер сказал об обвинителе, он был очень хитрый и смышленый. Мы должны были все это принять в расчет и проводить наш перекрестный допрос соответствующим способом.

И я думаю, также вы хотите перекрестный допрос с различной скоростью и различными оттенками, и вы хотите сделать что-то, что вы думаете будет иметь эффект для этого конкретного свидетеля.

Кинг: Мы вернемся с Томасом Месеро. Мы включим ваши телефонные звонки.
Завтра вечером Джермейн и Тито Джексон, братья Майкла , будут нашими специальными гостями.

(Начинается видеоклип.)

Снеддон: Мы верили ребенку. Мы верили в дело и мы верили , что там было достаточно доказательств того, что , как сказал ребенок имело место быть.
И поэтому, был ли это Майкл Джексон или Джон Смит, или кто бы там ни был, это тот случай, который расследуется шерифом. Шериф поверил в это дело, и его детективы поверили в это дело, и мы поверили в это дело. И как я сказал, я не собираюсь оправдываться за то, что мы делаем.

(Конец видеоклипа. )

Кинг: Я подозреваю, Том Месеро, жюри не согласилось с этим?

Месеро: Определенно, нет.
Майкл Джексон был освобожден от всех тяжких пунктов и по каждому мелкому пункту.

Кинг: Были ли у вас беспокойства относительно мелких пунктов?

Месеро: По - настоящему нет, потому что признание его виновным по мелким пунктам, означало бы убежденность в том, что обвинитель находится вне подозрений относительно его правдивости. А этого не могло просто быть, по моему мнению.

Кинг: Поэтому даже такой незначительный пункт, как предложение ликера без склонения к сексу был также отвергнут жюри?

Месеро: Они были полностью отвергнуты жюри. Они не поверили этим обвинителям. Они не поверили ни в один из этих - этой семьи свидетельствам на любом имеющем значение уровне.

Кинг: Вы бы хотели иметь камеры в зале?

Месеро: Знаете, у меня смешанные чувства на этот счет. Я рад , что там не было камер в этом зале. Я думаю, что это могло бы создать больше атмосферы цирка, которая уже существовала снаружи зала суда.Мне нравится идея публичного освещения того, что происходит в суде, потому что мы предполагаем управление общественными судами.

Но думая о том , что это даст прессе повторную попытку создать цирковое представление из криминального суда, я начинаю менять свое мнение на это, и возможно, они не имеют отношения к залу заседаний.

Кинг: Вы любите расписки о неразглашении информации?

Месеро: Я не особенно люблю их. Я думаю, что в данном случае, это сработало очень хорошо. Я думаю, что искушение среди адвокатов и обвинителей , стать звездами экрана, и в сущности , самореклама на камеру, является чем-то , чего следует избегать, если мы хотим добиться справедливости в нашей криминальной правовой системе .

Кинг: Марк Герагос хороший свидетель для вас?

Месеро: Он был отличным свидетелем.
Он был очень, очень честный свидетель. Он действительно выступал за своего клиента. Он объяснил, очень просто и очень осторожно и честно, что он сделал относительно того, что вел наблюдение за этой семьей, потому что у него были подозрения. И он действительно дрался за своего клиента.

Кинг: Было несколько сторонников Джексона, которые выражали беспокойство тем фактом, что в жюри не было ни одного черного - представителя этого сообщества, разумеется. Там был кандидат в члены. Вы беспокоились относительно расового состава?

Месеро: Определенно, Майкл Джексон является частью выдающейся афро-американской семьи и первоначально мы надеялись, что там могли бы быть несколько представителей в жюри.

Но когда жюри было избрано, у меня всегда было хорошее предчувствие относительно этого состава жюри. Я всегда чувствовал, что они были настроены независимо. Никто не собирался угрожать им. Они собирались сделать их работу очень серьезно и быть очень справедливыми.
И я был прав.

Кинг: Вам нравятся члены жюри, которые делают заметки?

Месеро: Я не знаю, как отвечать на это, Ларри.

Я думаю, что составление записей является показателем того, что кто-то обращает внимание и очень сконцентрирован на своей работе. Но , с другой стороны, вы также можете отдавать все внимание и впитывать происходящее без составление заметок.
Поэтому, я правда не знаю, как отвечать на этот вопрос.

Кинг: Очень хорошо.
Когда жюри задало пару вопросов судье, они не были представлены прессе или общественности.
Вы были обеспокоены некоторыми из них? Вы можете сказать нам что-то о том, что они спросили?

Месеро: Знаете, по правде, я не хочу это обнародовать.
Я не знаю, снял ли судья Мелвилл запрет на обнародование этих вопросов или нет.
Поэтому сейчас я не буду их обсуждать.

Кинг: Были ли вы озабочены ими , не рассказывайте нам о них.

Месеро: Я не был озабочен. Я обрел надежду, услышав их.

Кинг: То есть, когда вы услышали вопрос, это увеличило вашу уверенность?

Месеро: Да, это так.

Кинг: Насколько хороший был судья?

Месеро: Судья выдающийся юрист.
Я думаю, всем судьям в Америке следует извлечь урок из того, как судья Мелвилл провел этот суд.
Он придерживался установки, с самого первого дня , она заключалась в том, что ничто не должно выйти из-под контроля. Он придерживался условий, которые должны были обеспечить торжество справедливости внутри и снаружи комнаты для заседаний.
Он использовал несколько очень творческих процедур , которые должны были заверить, что закон будет поддерживаться в течение всего суда. Он проделал мастерскую работу, и я испытываю полное уважение к судье Мелвиллу и его прекрасному штату.

Кинг: Даже не смотря на то, что он заставил вас беситься несколько раз?

Месеро: Да, это было, но он заставил побеситься также и обвинителя. Он был очень справедливо настроен.

Кинг: Это все, чего вы хотели, правильно? Спокойствие и справедливость?

Месеро: Это то, я думаю, чего мы могли больше всего ожидать, и мы получили это , благодаря судье Мелвиллу. Он выдающийся судья.

Кинг: Мы вернемся с Томасом Месеро. Мы включим ваши телефонные звонки.

(Начинается видеоклип.)

Неизвестный мужчина: ... Мать, когда она смотрит на меня и щелкает пальцами несколько раз и говорит: '' Ты знаешь, какова наша культура '', и подмигивает мне. Я подумал : '' Нет, это не то, чем является наша культура ''.

Неизвестная женщина: Как мать - ценности и навыки, которым она научила их , и они усвоили это - и это действительно трудно для меня , уразуметь , знаете, потому что я не хотела бы, чтобы кто-нибудь из моих детей лгал ради их собственной выгоды.

(Конец видеоклипа.)

Кинг: Мы снова с вами с Томом Месеро. Мы в самом деле благодарим его за это время, проведенное с нами. Давайте послушаем несколько звонков.
Тулса, Оклахома, победителю адвокату. Слушаю.

Звонящий: Мистер Месеро, у вас есть какие-нибудь идеи , когда Майкл может сделать заявление?

Месеро: По правде говоря, нет. Я не говорил с ним об этом. Майкл собирается пройти через период физического восстановления. Он истощен. Он не спал. Он не ел. Это был очень, очень травмирующий опыт для него, и это займет какое-то время для восстановления. Я не ожидаю , что он вскоре сделает заявление, но я предполагаю, что это возможно. Но я не обсуждал это с ним.

Кинг: Вы бы не рекомендовали ему никаких срочных личных интервью?

Месеро: Я бы не рекомендовал. Я думаю, Майклу нужно провести время со своими детьми и семьей. Ему нужно насладиться своей победой. Он очень, очень благодатный, очень духовный человек. Я думаю, что он хотел бы , чтобы его оставили в покое, и хотел бы исцелиться и заделать бреши и двигаться вперед.

Кинг: Они все вернулись в Неверленд. Куда вы поехали после вердикта?

Месеро: После вердикта мы пошли увидеться с судьей Мелвиллом и его сотрудниками, чтобы поблагодарить их за крайне профессиональное поведение в отношении нас, и затем мы тоже уехали в Неверленд.

Кинг: Индиана, Пенсильвания, cлушаю.

Звонящий: Снимаю свою шляпу перед вами, Ларри, за ваше справедливое отношение во время всех этих испытаний и перед вами , мистер Месеро. Мой вопрос: пресса создала образ Майкла Джексона, как фрика и педофила. Вы думаете, он сможет восстановить свое имя , являясь в жизни непревзойденным талантом?

Кинг: Хороший вопрос.

Месеро: Я думаю, что он сможет восстановить свое имя, потому что Майкл очень выносливый человек. Да, он был мишенью в течение многих лет. Он был оклеветан. Он был оскандален, но также он является одним из самых величайших мировых артистов и одним из величайших мировых талантов и также одним из величайших гуманистов , и Майкл обладает всеми инструментами и мастерством и поддержкой для восстановления и продвижения вперед и все делает очень хорошо.

Кинг: Вы ожидаете от него, что он вернется на сцену?

Месеро: Ларри, я не эксперт в музыкальной индустрии или развлекательном бизнесе, но я знаю, что Майкл артист. Он творческая душа. Невозможно задушить его творческие способности, и я бы не удивился, если он вернется и сделает это очень эффективно.

Кинг: Семье было легко работать с вами? Они такая сплоченая группа.

Месеро: Семья была рада сотрудничать. Они очень, очень прекрасные люди. Они все очень поддерживали Майкла. Было множество слухов о разногласиях, которые не являлись правдой. Они были рады сотрудничать, очень любящая семья.

Кинг: Что случилось с Раймоной Бейн?

Месеро: Знаете, я работал с Реймоной несколько месяцев. Мы очень эффективно работали вместе. У нас было несколько разногласий ближе к концу. Но я сильно уважаю Реймону и всегда рад видеть ее и работать с нею.

Кинг: Почему ей предложили уйти в конце разбирательства все-таки?

Месеро: Знаете, там было несколько неподдающихся разглашению моментов, почему у нас возникло некоторое разногласие в конце, но они , правда, незначительные. Главный факт заключается в том, что мы были командой и мы победили, и она сделала прекрасную работу.

Кинг: Существует известная запись вашего спора с Брайаном Оксманом, и были громкие выкрики среди журналистов о том, что внутри защиты Джексона большая смута. Чего это касалось?

Месеро: Я не буду говорить об этом, Ларри. Я думаю это не подлежит оглашению. Брайан много работал. Он знал Джексонов долгое время. Он сделал для них много очень эффективных представительств во многих случаях. У нас были разногласия. Это произошло относительно важного момента, где ставки были высоки.

Кинг: Это не наше дело?

Месеро: Именно.

Кинг: Вы говорили, что Майкл стал жертвой плохих советов в прошлом, что урегулирование прошлого обвинения привело к тому, что корыстные люди стали плодить замыслы о вымогательствах. Вы говорили, что ему совсем не стоило делать таких урегулирований?

Месеро: Это так. Я думаю, оборачиваясь назад - знаете, мы все можем быть крепки задним умом в нашей жизни и изменять вещи, которые мы совершили, но я думаю, что если бы Майкл мог вернуться назад, он бы никогда не стал урегулировать то дело. Он бы стал бороться до конца и его послание было бы такое: '' Не делайте фальшивых заявлений против Майкла Джексона или вам предстоит суд ''.

Кинг: Оксман все еще представляет семью, правильно?

Месеро: Так я думаю. Я не разговаривалс Брайаном с тех пор, как он покинул команду защиты.

Кинг: Вы беспокоились о том, что мог быть выдвинут гражданский иск против Майкла после этого? Или все было закончено?

Месеро: Я думаю, что это могло бы быть безумием, открывать гражданский иск против Майкла , учитывая то, что произошло в этом суде. Это всегда возможно. Но, если это случится, он будет бороться до конца, и он победит.

Кинг: Его бывшая жена, Дебби Роу, была вызвана для показаний. Она появилась, чтобы помочь защите. Вы согласны?

Месеро: Да, согласен. Она сильно помогла нам.

Кинг: Зачем тогда ее вызывали?

Месеро: Вы должны спросить об этом обвинителя. Они пили вино и обедали с ней в местном ресторане накануне вечером. Из чего я понял, что они сильно давили на нее, чтобы она сказала то, что они хотели от нее услышать. Когда она вышла к стойке свидетеля, она рассказала правду, и она объяснила , кто такой Майкл , и была очень полезна для нас.

Кинг: Кто-нибудь из тех, кого вы вызвали отказался?

Месеро: На самом деле, нет, Ларри. Вы знаете, было пару свидетелей, которые не появились, но мы обошлись без них. Мы сделали хорошую защиту после, я имею ввиду перекрестный допрос их свидетелей. Таким образом, у нас было невероятно огромное количество хороших дней в этом суде.

Кинг: Иногда подзащитные занимают очень важную часть в их деле, иногда нет. Майкл был сильно вовлечен в защиту?

Месеро: Да, он был, но Майкл артист. Он музыкант. Он не уголовный адвокат, и он имел сильное желание слушаться и делать то, что ему советовали, что было правильно, и он , на самом деле, испытывал радость от сотрудничества.

Кинг: То есть, другими словами, если вы говорили ему: ''Майкл, я думаю, тебе стоит встать за стойку свидетеля '' , он бы это сделал?

Месеро: Он абсолютно сделал бы это. В действительности, он ожидал этого.

Кинг: Мы вернемся с телефонными звонками для Томаса Месеро в этом выпуске. Не уходите.

(Реклама.)

Кинг: Мы вернулись с Томасом Месеро. Давайте послушаем звонок. Гленолден, Пенсильвания, слушаю.

Звонящий: Привет, Ларри. Я хотел бы спросить мистера Месеро, есть ли возможность того, что этот злостный обвинительный процесс будет повернут против окружного офиса Санта Барбары и мистера Тома Снеддона?

Месеро: Я думаю, это могло бы быть обоснованным, но я не обсуждал это с Майклом Джексоном. Мы просто получили вердикт, знаете, недавно. Сейчас он восстанавливается. Никто не обсуждал это . Но, если вы спрашиваете меня...

Кинг: Но вы думаете, что это было злонамеренно?

Месеро: Я думаю. Я думаю, что он был подвергнут такому обращению, которому никто еще не мог быть подвержен в похожей форме. Это произошло из-за того, что он мегазнаменит. Почему 70 шерифов осматривали Неверленд, основываясь лишь на том, что этот обвинитель и его семья сказали, не проведя расследование относительно прошлого обвинителя и его семьи?

Кинг: Итак, вы сказали, что он если бы он захотел , он выдвинул бы злонамеренному обвинителю иск , и он бы имел успех?

Месеро: Я не собираюсь говорить прямо сейчас, каковы положительные или отрицательные результаты иска могли бы быть. Это следовало бы как следует изучить. Но , думаю ли я, что это было злонамеренным и несправедливым в отношении к Майклу? Абсолютно.

Кинг: У вас случилась трагедия во время суда. Ваша сестра умерла от рака легких, правильно?

Месеро: Это так.

Кинг: Какой это произвело на вас эффект, я имею ввиду, эмоционально.

Месеро: Это было очень трудно эмоционально. Это случилось в самом начале суда. Судья Мелвилл дал мне некоторе время , чтобы справиться с похоронами и прочими вещами, которые это сопровождают. Это было очень трудно, но я хочу сказать, что одним из ее последних посланий было для меня, что она думала, что мы победим. И я думал о ней все время во время суда, да.

Кинг: Сколько лет ей было?

Месеро: 53 года.

Кинг: Она курила?

Месеро: Да. Она курила с 13 лет и, к несчастью, это имело плохие последствия.

Кинг: Майкл проявил сочувствие к этой смерти?

Месеро: Майкл не только проявил сочувствие, он прислал ей самый прекрасный, самый огромный букет цветов, который вы когда-либо видели. Он написал небольшую поэму для нее. Это исходило от него и от его детей. И это было одной из самых значимых и самых прекрасных вещей, которые он мог бы сделать для нее в ее последние дни.

Кинг: Как он взаимодействует со своими детьми?

Месеро: Прекрасно. Он любит своих детей. Они любят его. Он проводит много времени с ними. Он любящий, посвященный, заботящийся отец. И его дети просто обожают его.

Кинг: Они хорошо воспитаны?

Месеро: Да, это так. Они прекрасные дети. Я виделся с ними вчера.

Кинг: Когда вы проводили предварительный экзамен Майкла, когда вы обсуждали множество предметов, которые не являются каждодневной застольной беседой, это было трудно? Когда вы должны опросить вашего собственного клиента, вы делали это относительно того мальчика?

Месеро: Я не собираюсь пускаться в обсуждения тех вопросов, которые я задавал Майклу, они не подлежат разглашению.

Кинг: Конечно, но было ли это трудно для вас?

Месеро: Честно, нет, потому что, чем больше я узнавал Майкла Джексона и чем больше осознавал смехотворность этих обвинений, чем более я видел его мягким, сострадательным, добросердечным, порядочным человеком , тем легче было задавать вопросы. Я имею ввиду, он всегда был очень откровенный, честный, приземленный человек, с которым я имел дело. И Майкл Джексон , которого я знал, даже близко не имеет ничего общего с тем Майклом Джексоном, которого они пытались изобразить.

Кинг: И когда вы спрашивали...

Месеро: Он был легким человеком для сотрудничества. .

Кинг: И когда вы задавали ему вопросы, он давал вам прямые ответы?

Месеро: Конечно, да. Он очень честный и он очень земной человек. Если вы посмотрите на несколько интервью, которые он давал, вы увидите очень, очень простого, земного человека, который очень честный относительно того, кто он такой, честный относительно своего одиночества, честный относительно своего детства. Он очень, очень порядочный, добрый человек и с ним легко иметь дело.

Кинг: И доверчивый?

Месеро: Также доверчивый. Это стало его ловушкой. Он верил ненадежным людям. Он посочувствовал ненадежным людям. Он пытался исцелить ненадежных людей. И они повернулись против него и попытались извлечь из него выгоду посредством юридической системы.

Кинг: Он станет жестче?

Месеро: Да, он изменится. Мы уже говорили об этом. Без сомнения, он станет. Это был очень горький опыт для него, и он не собирается разрешать людям просто дико бегать по его дому и - потому что он сочувствует им и хочет заботиться о них и хочет исцелить их. Он стал более твердым, и он останется таким.

Кинг: Вы сказали раньше, что предложили ему быть самим собой. Вы не говорили ему, что надевать или о чем-то еще, но пижамный инцидент , который собрал большую прессу, это обеспокоило вас?

Месеро: Но это не было чем-то спланированным. Ему потребовалось поехать в больницу. Он предполагал пробыть там короткое время. Судья Мелвилл взял очень твердую позицию, на которую он имел право, и сказал, доставить его сюда быстро или он сделает предписание суда. Поэтому Майкл должен был бежать прямо из больницы в суд. Он подчинился приказу судьи Мелвилла. Это не было чем-то спланированным или желаемым. Это просто произошло.

Кинг: Вы думаете, что это было много шума из ничего?

Месеро: Я согласен. Абсолютно.

Кинг: И все-таки, вы не говорили ему, как вести себя в суде? Сидеть, сидеть так то и так то, делать это, делать то, надевать это, надевать то?

Месеро: Нет. Я хотел, чтобы Майкл Джексон был тем, кем Майкл Джексон является. И вы знаете, члены жюри умные. Они имеют интуицию. У них есть инстинкт. Они знают, что от них требуют сделать те, кто находится за стойкой консультанта. И вы не хотите, чтобы ваш клиент сделал что-то, что выдаст его, как притворщика и того, кем он не является в реальности. Я хотел, чтобы Майкл Джексон был точно тем, кем он был и является, и гордится этим, и это то, что он показал. Не было никакого притворства с нашей стороны стола. Там было много притворства со стороны обвинителя .

Кинг: Притворства?

Месеро: Да.

Кинг: Имеется ввиду, они знали, что они делают что-то, что было неправильным?

Месеро: Я не понимаю, как они могли не знать этого. Посмотрите на их теорию заговора, например. Они пытались сказать, что Майкл Джексон имел финансовый мотив в похищении семьи и отправке их в Бразилию. Это была самая смехотворная теория, которую я когда-либо слышал. Я не знаю, как они делали все это с честными лицами. И это подожгло их задницы, как оно и следовало быть.

Кинг: Мы вернемся назад с Томом Месеро. Не уходите.

(Комерческая реклама. )

Кинг: Мы вернулись. Вы упомянули ранее, как вы поддерживали вашего клиента и всегда старались быть оптимистом. Но вы должны были говорить о возможности обвинительного вердикта, говорить ему, что могло с ним произойти?

Месеро: Ларри, ты должен быть честным со своим клиентом все время. Вы исполняете этические и профессиональные обязанности, объясняя ситуацию клиенту , но в то же самое время, вы знаете, если вы по-настоящему верите в ваше дело и вы действительно настроены оптимистично относительно ваших шансов, вы также должны убедить в этом. И я всегда был оптимистично настроен относительно этого дела как только я изучил его, потому что , чем больше я смотрел , кто были эти обвинители, и кто были эти свидетели обвинения, которых вызвали, тем более смехотворным все выглядело.

Кинг: Поэтому, не было никаких поводов , сказать Майклу , чтобы он был готов к тому, что он может оказаться в тюрьме вечером?

Месеро: Вы никогда не знаете, что жюри собирается сделать. Вы не знаете этих 12 человек. Они не являются вашими личными друзьями. Вы не знаете, что заставляет их сделать акцент. Но у меня всегда было хорошее предчувствие от этого жюри. Я всегда чувствовал, что наше дело пройдет очень хорошо. И я всегда думал, что правда преобладает. И я действительно чувствовал что эти члены жюри были очень независимо мыслящие, что никто не столкнет их с истины, они решили следовать закону и тому, что считали правильным.

Кинг: Темп, Аризона, для Тома Месеро, слушаю.

Звонящий: Привет, Ларри, я люблю твое шоу.

Кинг: Спасибо.

Звонящий: Мой вопрос, как вы думаете пресса нарочито освещает это дело, мистер Месеро?

Кинг: Да. Это так?

Месеро: В конечном счете, мы получили правильный результат. Справедливость была соблюдена. Невиновный человек вышел свободным. Поэтому я не могу сказать, в длительной перспективе, что пресса имела вредящий эффект , о котором я беспокоился в определенные моменты суда. Проблема, которую я имел с прессой заключалась в том, что они старались все повернуть в цирк. Они старались проводить отклонения и предубеждения против мистера Джексона, потому что они думали, это могло бы подогнать интерес и рейтинги, и они старались сделать цирк из процесса. И в некоторой степени, им это удалось. Но в конце, справедливость превысила, потому что жюри не собиралось быть незаконно склонено в сторону людей. Они хотели сделать то, что они считали было правильным, и они сделали это.

Кинг: Вы верите, что жюри не смотрело телевидение?

Месеро: Я верю, что они не смотрели. Я верю в то, что жюри приняло указание судьи Мелвилла очень серьезно. Я верю, что они рассматривали их работу очень серьезно , и я верю, что они придерживались установки не быть несправедливыми или незаконно подверженными влиянию кого бы то ни было.

Кинг: Маниллапан, Флорида, слушаю.

Звонящий: Привет, мистер Кинг. Я люблю ваше шоу.

Кинг: Спасибо.

Звонящий: Я бы хотел узнать, не мог бы мистер Месеро раскрыть приблизительную стоимость защиты.

Месеро: Простите, я не совсем понял вопрос.

Кинг: Не могли бы вы раскрыть приблизительную стоимость защиты.

Месеро: Я не буду говорить о законных гонорарах или стоимости. Это не подлежит разглашению.

Кинг: Сколько это стоило штату?

Месеро: Это должно было стоить для них миллионы долларов. Мне говорили, что департамент инспекторов округа Санта Барбара подняли свои руки относительно стоимости этого процесса и если вы посмотрите на количество шерифов и следователей и экспертов и людей и обвинителей, задействованных в этом процессе, - это абсурд. Они не сделали бы такого в случае убийства. Они бы не сделали это в случае серийного убийцы, но они сделали это , потому что Майкл Джескон суперстар и, они хотели опустить суперзвезду на дно.

Кинг: Как важен был ваш следователь, Скотт Росс?

Месеро: Он был крайне важен. Скотт Росс провел невероятную работу, также как и Джизос Кастилло, наш второй следователь. Они были решающим моментом в нашей защите. Они были неумолимы. Они были профессиональными. Они раскопали факты. Они нашли свидетелей. Они доставили их в суд. Эти парни были просто великолепны.

Кинг: Вы использовали в основном вашу команду , Том? Другие адвокаты работали с вами?

Месеро: Да. Мой соконсультант и партнер , Сьюзан Ю, была абсолютно основополагающая в этой защите. Она была неутомима в том, чтобы сложить все очевидные моменты вместе, в том, чтобы помогать мне в подготовке. Боб Сэнгер, мой соконсультант из Санта Барбара был невероятно эффективным юристом. Он был тритейским адвокатом в суде. Он выступал в аппеляционных судах. Он приводил закон в движение. Он знал местные процедуры и систему. У нас было множество помощников из его офиса и моего офиса и это была великая команда усилий и их достижений.

Кинг: Мы вернемся после рекламы с Томасом месеро и спросим о нем и его будущем. Не уходите.

(Рекламная пауза.)

Кинг: Еще звонок. Гейнсвил, Джорджиа, слушаю.

Звонящий: Я бы хотел спросить мистера Месеро, думает ли он, что Том Снеддон несет ответственность за то, что свидетельские показания перед большим жюри просочились в прессу.

Месеро: Я не знаю, лично ли Том Снеддон ответственен за это, но определенно кто-то со стороны обвинения был ответственен и , когда я говорю сторона обвинения, я включаю сюда департамент шерифа.

Как вы знаете, эти транскрипты просочились прямо в начале суда, и мое убеждение в том, что они были спущены в попытке создать предубеждение над всем процессом. Вы знаете, что Том Снеддон сделал это лично? К меня нет никаких соображений на этот счет, но я думаю, кто - то , кто благоприятствовал обвинению сделал это. Это мое убеждение.

Кинг: Вы сказали, что Майкл собирается оставаться в Неверленде?

Месеро: Я не знаю ответа на это, Ларри. У нас просто не было возможности говорить много о его будущем.

Кинг: У него такой интерес к детям. Вы думаете, он по-прежнему будет продолжать или вы собираетесь посоветовать ему...

Месеро: И снова, я действительно не разговаривал с Майклом относительно его будущего. Я действительно знаю, как мы говорили раньше, что он стал гораздо жестче относительно того, кому он позволит войти в его жизнь, и о ком он станет заботиться, и кого он захочет исцелять и помогать , потому что он настоящая мишень.

Кинг: Мы спросим его братьев завтра.

Интересные факты о Томасе Месеро: родился в Вест Поинте, отец, лейтенант полковник, работает для своего ресторанного бизнеса, Mama Leone's, одного из наиболее успешных ресторанов в Америке, известном в Нью-Йорке, был непрофессиональным боксером, представлял защиту в случаях со смертной казнью на юге, на общественных началах, без оплаты, дает бесплатные юридические консультации через Первую Афроамериканскую Методистскую Епископальную Церковь в Лос Анжелесе, где вы праздновали эту защиту вчера ?

Месеро: Знаете, Ларри, вчера был дикий день.

Кинг: Вы смотрте вперед для большего количества уголовных дел? Я имею ввиду, вы известны, широкоизвестны сейчас. Это очевидно, что вы получите множество звонков. Вы готовы для атаки нового дела?

Месеро: Нет, я готов к тому, чтобы немного поспать.

Кинг: Но вы знаете, что на вас теперь будет обращено много внимания?

Месеро: Я уверен, что да, и я займусь этим, как только это придет. У меня твердое мнение относительно моей профессии. Мне нравится то, что я делаю. Я твердо верю в гражданские права и в то, что заставляет систему правосудия работать, и мы просто будем двигаться вперед. Я чувствую большое благословение от Бога , занимаясь делами.

Кинг: Сколько сотрудников в вашей фирме?

Месеро: Только четыре сотрудника. Это маленькая фирма.

Кинг: Вы можете расшириться?

Месеро: Я не знаю. Мы займемся этим, когда это станет необходимым. У меня нет никаких других планов, кроме тех, чтобы пойти спать, увидеть мою семью и друзей и двигаться дальше.

Кинг: Возьмете отпуск на время?

Месеро: Определенно, я могу сделать это.

Кинг: Томас , спасибо вам за очень информативный час. Я ценю, что вы нам его подарили. Мы знаем, насколько вы устали.

Месеро: Спасибо за приглашение.

Кинг: Томас Месеро, очень успешный адвокат, совершенная карьера, совершенная жизнь, совершенная история.

http://transcripts.cnn.com/TRANSCRIPTS/ … kl.01.html

Перевод: Keep_The_Faith_MJJ

+4

37

http://www.monstersandcritics.com/peopl … speaks-out

Адвокат Майкла Джексона высказывает свое мнение.

перевод Crush http://jacksonlive.ru/forum/viewtopic.p … start=6550

Адвокат Майкла Джексона до сих пор защищает своего клиента, даже несмотря на то, что он уже в могиле, говоря, что певец был "добродушным артистом", который "действительно верил в то, что может изменить мир." Том Месеро, который успешно представлял поп-короля в судебном процессе по делу о растлении малолетних в 2005 году, сказал CNN, что думает, что Джексона эксплуатировали и обманывали. Он сказал: "Он (Джексон) был очень добродушным, мягким и чувствительным артистом, который действительно верил в то, что сможет изменить мир в лучшую сторону. Он привлекал одного спекулянта за другим. Было одиночество, изоляция, недоверие. Но самым жестоким из всего было то, что пытались настроить против него детей". Семья Джексона попросила Месеро представлять его после рекомендаций бывшего адвоката OJ Simpson, Johnnie Cochran. 60-летний адвокат рассказал, что он всегда был уверен, что выиграет дело. Месеро также раскритиковал то, как медиа освещали дело, сказав, что они "раздули из мухи слона. Дело характеризовалось кризисом, шоком и беспорядком"

0

38

http://www.liveinternet.ru/community/ke … 140929428/

" Frozen In The Times " - " Заморожено во времени ". - Транскрипты. - Том Месеро: " Он БЫЛ невиновен. "
http://s47.radikal.ru/i118/1011/d4/cbcf45c45c3b.jpg

Том Месеро: Прежде всего, я хочу поблагодарить the Los Angeles County Bar Association за приглашение , которое я получил, чтобы участвовать в этом грандиозном событии. Не нужно говорить, что у меня противоположная точка зрения относительно того, что вы только что здесь услышали. Я не верю ни на одну секунду, что Майкл Джексон развращал кого-либо из этих людей, также, как 12 присяжных в Санта Мария, Калифорния, не поверили в это. Они оправдали его по всем 10 основным вмененным ему пунктам и по 4 добавочным. Они не увидели в нем правонарушителя. Он был невиновен !
Сейчас, я знаю, что не имею много времени, но я расскажу вам несколько вещей относительно того, как я контактировал с прессой в том деле. Я был приглашен Ренди Джексоном, которого я знал в течение нескольких лет. Ренди позвонил и хотел, чтобы я встретился с его братом. Он очень умный человек, и он сказал мне, что :" Нам не нравится, как наши адвокаты контактируют с прессой. Мы не поддерживаем существующее положение вещей. " Он рассказал мне, что во время первичного появления в суде, некоторые адвокаты выбежали из здания и отталкивали его брата, чтобы самим появиться перед камерами.
Такое поведение было недопустимым и не нравилось Ренди, и он не думал, что это было в интересах его брата. Одна из вещей, которая, как он сказал мне, понравилась ему во мне и в моей помощнице , Сьюзан Ю, было то, что , он думал, мы не были " людьми, работавшими на камеру ". Он не думал, что мы были того сорта людьми, которые работали в своих собственных интересах ради известности и удачи , не заботясь об интересах его брата. И первой вещью, которую я понял, когда я встретился с ним и с его братом , было: быть очень осторожным с прессой. Быть очень осторожным из-за их желания извращать, быть очень осторожным из-за их желания получить выгоду на эксплоатации подзащитного. Быть по-настоящему аккуратным. Для меня стало ясным, что мы никогда не выиграем битву с прессой.
Теперь я понимаю, что тогда было несколько дискуссий из-за того, что Марк Герадос появлялся на ТВ, но , позвольте мне сказать что-то: пресса всего мира выходила из себя, чтобы заполучить Майкла Джексона. Деньги были обвинительным приговором. Берри Горди, который основал MoTown, говорил мне после оправдания, что " Ты принес потери мировой прессе в миллиарды долларов этими вердиктами " Не Виновен ". Потому что копии о том, что он осужден , отправлен в тюрьму , увеличен срок приговора, который мог бы стать самым большим обвинительным приговором в мировой истории, это то, чего они хотели. " Это был большой, очень большой бизнес.
Они делали все возможное для того, чтобы убедить всех в его виновности. И это стало очень ясным для меня, что не нужно манипулировать прессой или выигрывать это дело у прессы. Этого не стоило даже пытаться делать. Потому что я думаю, что идея о том, что пресса выигрывает все дела крайне преувеличена. Потому что пресса говорила, что Роберт Блейк будет осужден, OJ Симпсон будет осужден, Майкл Джексон будет осужден. Если вы начнете концентрироваться на том, что делает пресса, вы можете потерять контроль над тем, что происходит в реальности, реальность наиболее важна, и это происходит в зале суда. 13 человек, судья и члены жюри. Я поддержал подписку о неразглашении в этом деле. Я отклонил аппеляцию Герадоса относительно подписки о неразглашении. Я сделал это по многим причинам.
Прежде всего, в больших делах, если вы контактируете / сотрудничаете с прессой, они могут по-настоящему высосать всю вашу энергию. Я имею ввиду, в особенности, если ваш клиент представитель шоу-бизнеса, который обычно имеет контакты с прессой. Который думает, что суд - это что-то, что вы смотрите по ТВ, как большинство людей из индустрии развлечений делают. Они могут захотеть , чтобы вы отвечали на все эти нападки прессы, и вы можете проводить 24 часа в сутки, занимаясь этим, и отнимать вашу возможность подготовки к тому, что может произойти в зале суда, который являлется тем местом, где выигрывается или проигрывается дело. Поэтому я поддерживал подписку о неразглашении. Я не хотел быть обязанным отвечать на требования прессы. Я не думал, что у нас было на это время. Честно, я не хотел, чтобы судья Мелвилл думал, что я был головной болью. Очевидно, он хотел этой подписки о неразглашении.
И мое понимание было таково: " Зачем тебе это нужно, чтобы судья думал, что ты хочешь все драматизировать и еще больше усложнять вещи. " Поэтому я поддержал подписку о неразглашении. Я думал, что процесс, который судья Мелвилл предполагал для эффективности, в том случае , если вы захотите сделать заявление, потому что что-то предосудительное было в тот момент, вы предоставляете заявление другой стороне и ему, и у вас происходит короткое обсуждение, которые мы могли иметь. Судья Мелвилл дал нам свой домашний телефон, поэтому мы могли провести консультацию о том, стоит или нет делать заявления очень быстро. Он всегда был в состоянии переслать это решение. И, как он сказал, он никогда не отказывал нам. Иногда было много мелких пререканий , но никогда ничего серьезного. Я думаю, что все проходило очень хорошо. Я думаю, что это была единственно возможная процедура, которую он установил относительно заполнения ходатайств и прошений , что не позволяло распространяться непристойности.
Вы могли оформить собственное прошение для удостоверения печатью. Вы могли оформить второе прошение, которое редактировало первую версию, которая должна была быть подготовлена в соответствии с определенной руководящей линией, которую судья Мелвилл определял, что позволяло сдерживать непристойные выпадки. И вы должны были сделать третье прошение, которое было ходатайством для утверждения. Это была очень специфическая процедура. Я думаю, что она работала очень хорошо, и я действительно благодарю судью Мелвилла за очень, очень эффективный способ , который сдерживал эти нападки прессы. Как я сказал прежде, я никогда не расследовал дело в этом округе, и мы сделали несколько звонков для инспектирования в начале консультаций жюри , чтобы выяснить , что думали и чувствовали люди. Хочу повторить, что все мы делаем нашу работу , когда мы должны делать это, но, со всем должным уважением, то урегулирование было тяжкой ношей на моих плечах, я обнаружил, что это было типичным настроением жюри, настроенного за сторону обвинения , и показателем, вещью, которая заставляла жюри беспокоиться , было это урегулирование.
Существовало это представление : " Кто платит деньги за такие дела , если ты невиновен?" Я делал пресс релиз и делал публичное заявление, с разрешения судьи Мелвилла, конечно. Я должен был это сделать. Это беспокоило большое количество людей. И в основном сказал, что мистер Джексон принял это урегулирование, потому что советники по бизнесу сказали ему сделать это. Они не подписывали чек. Они хотели , чтобы он продолжил свой бизнес и прекратил этот очень непристойный юридический процесс, и что он сожалеет о том, что сделал это. Это то, что я просто обязан был сделать, потому что , по моему мнению, это убивало нас. В тот момент у него были причины сделать это. Те $20 миллионов, как думали многие люди, были тем отступным букетом, который он должен был дать, что он и сделал , и что он мог бы сделать это в будущем. Но, как бы то ни было , это беспокоило многих людей. Поэтому я, в самом деле, должен был обратиться с тем заявлением.
Пресса все время хотела быть в курсе дела. Постоянно пыталась достать меня через различных людей, различными способами. Я никогда не забуду тот звонок от этого идиота, который узнал номер моего сотового телефона, и я не знаю, кто он, и он был очень, очень настойчив. Он сказал: " Если вы дадите мне какие-нибудь сенсационные документы, я расскажу вам, кто из офиса обвинителя спит с репортером!" Я сказал: " Мне все равно, кто из них с кем спит! Существует подписка о неразглашении!" и повесил трубку. Но там постоянно были попытки найти способ, чтобы получить выгоду их этого дела. Линда Датч, которую я очень уважаю, она работала на the Associated Press. Она рассказывала мне, что это был ужасный опыт. Она сказала, что возненавидела суд над Джексоном. Она жила в соседнем отеле.
Она сказала, что она никогда не видела так много злорадства над теми фактами, из которых они собирались извлечь выгоду в том деле, и это по-настоящему возмущало ее. Экстраординарная таблоидизация всего, что происходило в деле. Но с другой стороны, поддерживая подписку о неразглашении, я мог говрить Майклу и его семье :" Я не могу обратиться с таким заявлением. Мы должны выиграть это дело в зале суда. Мы не должны им позволить. " Это было большим облегчением для меня иметь возможность следовать этим курсом , потому что , как я сказал ранее:" Вы выигрываете эти дела через жюри. Вы не выигрываете их через прессу, на мой взгляд. " Вы хотите сконцентрироваться на прессе. Вы хотите открыть некоторую хорошую информацию, если вы можете. Но не заботьтесь об этом слишком много. Вы теряете фокус. Вы начнете думать, что это все про вас. Это не про вас, это о вашем клиенте. И я думаю, что мы справились с этим очень хорошо.
Сьюзан Ю, мой соконсул и юридический партнер, имела свою собственную квартиру недалеко от здания суда. На хорошем расстоянии от отеля. У меня была моя квартира. Наш штат имел их собственные квартиры. У нас был один дуплекс, который мы называли комнатой войны, и в сущности, мы были, как военный лагерь. Не рядом с прессой, и не рядом с отелем. Мой распорядок был составлен таким образом, что я ложился спать в 7:30 - 8 часов вечера, и вставал в 3 часа утра. Меня никогда не видели в ресторане, никогда не видели в баре, никто не имел возможности сделать фотографию и попытаться застать меня в компрометирующем положении. Я бы этого не допустил. Сьюзан шла спать рано, вставала в 3 часа утра, ее сотрудники иногда не спали всю ночь, внося поправки в свидетельские показания. И это так, как мы жили. Мы жили очень, очень дисциплинированно, очень закрыто, очень сфокусировано над тем, что было настоящим моментом во время этого суда, который продолжался почти 5 месяцев.
По мере продвижения дела, я должен вам сказать, что я никогда не видел такое количество свидетелей , дающих такие пошлые, настораживающие показания, и я никогда не видел такое количество свидетелей , которые бы так быстро сломались под перекрестным допросом! Возможно, я больше никогда этого не увижу. Я имею ввиду, что это почти представляло из себя цирк. Люди могли стоять и говорить, что они видели самые ужасающие вещи на планете. В зале суда была просто невыносимая атмосфера. Вы могли бы резать тишину ножом. И под перекрестным допросом они могли едва лепетать. Сейчас, позвольте мне привести пример того , о чем я вам говорю. Обвинение представило вещественные доказательства, говорящие о том, что 5 молодых людей были развращены отдельно и независимо от обвинителя того дела. И все из ученых мужей говорили: " Этот закон в Калифорнии такой строгий, такой драконовский, вы не переживете его."
Раз уж эти вещественные доказательства относительно других подобных действий вышли наружу, вы мертвец, не важно, что произошло. " Мы начали наше дело с тремя из тех пяти молодых людей, которые заявили, что их развращали, и они все сказали :" Он никогда не прикасался ко мне ". Четвертый никогда не появлялся, и, если бы он был там, я думаю, мы были хорошо вооружены, чтобы пообщаться с ним. И это был клиент Ларри Фелдмана. Было много всякого, о чем я хотел бы вам рассказать, но не имею времени. Но позвольте просто сказать, что у меня было много информации , чтобы достать его, не упоминая мотив выгоды: " Почему вы взяли деньги, а не обратились в полицию и не обвинили? В особенности, если вы член семьи, вы предпочтете взять деньги вместо того, чтобы заставить полицию и прокурора расследовать преступление? " Что вы скажете о такой ситуации? Пятый молодой человек, который был так называемый " молодой пастор ", который заявил,что Майкл Джексон щекотал его через джинсы, и ему понадобилось 5 лет терапии, чтобы справиться с этой травмой. И между прочим, он хотел миллионы долларов, его мать хотела этого, и его мать продала историю таблоидам. Итак, обвинение представило 5 молодых человек, которые, как утверждало обвинение, были совращены независимо от обвинителя.
И вот, что я вам скажу, Рон понимал это очень хорошо, и я на самом деле тоже. Человек был невиновен! Дальше, обвинитель в том деле, о котором Рон думает в таких возвышенных тонах, и это явялется его абсолютным правом, на мой взгляд, и я думаю, что мы это доказали, он соучаствовал со своей матерью в фальшивых обвинениях в сексуальном домогательстве против магазина JC Penney . Он был ребенком, который сделал показания под присягой, чтобы поддержать свою мать в ее заявлении о том, что она подверглась попытке сексуального нападения на парковке со стороны охраны магазина, и мы доказали, что это было полностью, неопровержимой фальшивкой! Мы получили внутреннюю информацию из департамента полиции. У нее не было синяков на теле или на ее голове после того, как она покинула место, она сказала, что не нуждается в медицинской помощи. Она неожиданно возникла через несколько недель с фотографиями, показывающими все ее тело, покрытое синяками. И у нас был парамедик из той юридической фирмы, которая представляла ее в том деле, она звонила мне в слезах. Она была просто подавлена тем, что ей пришлось сделать.
Она сказала: " Эта женщина рассказывала мне о том, чего никогда не было. А я боялась потерять свою работу." У нас был один из юристов из той фирмы, который заканчивал дело, он сказал мне, что разговаривал с той женщиной о тех событиях. Она сказала, что на нее напали, но никогда не говорила, что с сексуальными намерениями до ее показаний. Она сказала, что это был первый раз, когда она вышла со своей историей. Он был в шоке! Я имею ввиду, что даю вам возможность увидеть , что там была другая сторона всего, или же очень консервативное жюри в Санта Мария, Калифорния, не сняло бы бремя с Майкла Джексона столь явно и окончательно. Посмотрите, этот молодой человек, вы знаете, здесь уже сказали, чего он хочет, и он , возможно, отлично поживает, но я думаю, что он попался в такое количество лжи, такое количество фальшивых показаний. У нас было видео, где он и его семья все сказали " этого никогда не было." У нас была аудиозапись , сделанная следователем, на которой все они сказали " этого никогда не было ". И неожиданно, даты предполагаемого совращения передвинулись за дату снятого видео.
Первоначально обвинители утверждали, что совращение началось в твердые даты, и когда эти вещественные доказательства были раскрыты, они передвинули даты после этих материалов. Я имею ввиду, это было подобно этому " давайте просто подгоним под то, что у нас есть, и, будьте уверены, мы возьмем это дело ", это мое личное убеждение. Я знаю, что мы собирались поговорить об отборе жюри, но я просто должен сказать вам, что это был очень быстрый отбор жюри. Многие люди думают, что в высокопрофильных делах юристы имеют месяцы для расследования прошлого каждого кандидата, но тогда это был только один день и полдня для решения всех трудностей. Я отказался от половины того, что я применяю в качестве моего научного отбора жюри и просто взял предложенное мне, что выглядело таким шокирующим для некоторых людей. Я имею ввиду, цель заключалась не в том, чтобы использовать ваши научные навыки , цель заключалась в том, чтобы получить лучший состав из того, что , как вы думали, вы могли получить ! Это то, что тогда было действительностью.
И у нас было чувство, что мы получили такой состав, который мог бы быть справедливым. Там было несколько противоположных решений, к которым мы пришли во время процесса. Суд был мучительным. Возможно, через свидетельское кресло прошло около 140 свидетелей. Судья Мелвилл был тягловой лошадью. Мы находились там пять дней в неделю. Едва ли можно насчитать несколько темных дней во время суда. Мне на самом деле нравилось то расписание, с небольшими перерывами вместо одного большого ланча. Я думал, что это действительно хорошо соответствовало нашим возможностям вернуться домой и подготовиться к следующему дню. Но это было утомительно, это было мучительно. Преса, тот способ, которым она освещала дело, были просто поразительными! Они могли услышать похотливые показания, и репортеры бежали и публиковали их! Они не могли дождаться перекрестного допроса в большинстве случаев, или они хотели игнорировать перекрестные допросы.
Их целью были рейтинги и доходы, что и можно было ожидать, потому что они ничто иное, как часть бизнеса. Их целью было увидеть его идущим на дно. Если рассматривать ситуацию с точки зрения контроля со стороны клиента, усилий клиента, это был самый лучший клиент, с которым Сьюзан и мне когда-либо приходилось иметь дело. Он был абсолютно ходящим по земле человеком, очень сотрудничающим, очень хорошим, никогда не вмешивался в то, что мы считали необходимым делать. Проблема заключалась в тех людях, которые окружали его. Несчастный Майкл Джексон всегда привлекал просто огромное количество очень хитроумных и лицемерных личностей, которые старались заслужить его расположение к себе. Они старались уверить его в том, что были его друзьями, а затем поворачивались против него. Они всегда наступали нам на пятки, адвокаты всегда хотели заполучить его, всегда пытались критиковать то, что мы делали.
Иногда мне казалось, что я был на войне со своим собственным лагерем против кого-то еще, потому что я никогда не знал, кто ехал в Неверленд , стараясь уверить его , что дела идут в неправильном направлении, и они ему очень нужны. Но что происходит со знаменитостями так часто, это: люди хотят относиться к их кругу, и они стараются создать нужду в самих себе. Что они пытаются делать, это держать знаменитость в неуравновешенном состоянии, в неуверенном положении, запуганным и устрашенным. Они создают нужду в себе, и они не хотят, чтобы стало очевидным, что нужда в них не соответствует моменту , или они они не хотят быть ненужными никому. Поэтому, в сущности, они постоянно стараются вложить свои 2 цента , чтобы держать знаменитость в дисбалансе, напуганными, и они создают причины, почему им следует быть там, и Майкл был, вероятно, самой большой мишенью для этого, какую я когда либо видел.
Первым свидетелем от обвинения был Мартин Башир. Я думаю, что он стал для них катастрофой. Он аппелировал к Правам Журналистики. Он не стал бы отвечать на основополагающие вопросы, чтобы не иметь возможности быть уязвленным в какой-либо точке или форме, если бы он захотел ответить на них, и он просто не стал. И восновном, что я собирался сделать, это , как я думал, провести как можно лучше перекрестный допрос, рассказав ту историю, которую я знал, посредством тех вопросов, на которые он все равно не стал бы отвечать. И я продолжал задавать ему нудные вопросы, вроде: " Разве это не является правдой, что Майкл говорил вам, что он никогда не прикасался к ребенку с сексуальными намерениями, никогда бы не сделал этого, бла-бла-бла ", и он начинал прибегать к поправке, и тогда я мог задать ему следующий вопрос, и я мог рассказать свою историю, и я мог приводить свои факты, вроде: " Разве это неправда, когда вы спорили с Майклом Джексоном по пунктам A,B,C,D и E , он говорил вам, что он никогда бы не сделал ничего подобного? "
И: " Разве вы не говорили ему, что он прекрасный родитель и проч. ", и так далее и так далее и так далее. Множество людей по всей стране, с которыми я разговаривал, были удивлены тем, что обвинение сочло возможным показать его фильм, но я должен сказать, что, по счастью, Майкл Джексон был достаточно умен, чтобы сделать свою собственную видеоверсию того интервью, также там были нарезки дублей, которые Башир изъял из фильма, которые судья Мелвилл разрешил нам показать, потому что, в сущности, обвинители показали их кадры с очень отобранными отредактированными пучками слухов, а мы сделали нашу редакцию из изъятых кадров также хорошо, и он отверг каждое отдельное обвинение, и сказал, что он скорее разрежет себе вены нежели причинит вред ребенку. Я думаю, что большинство из тех вещей, которые пыталось сделать обвинение, мы могли нейтрализовать , в сущности, показав их с другой точки зрения.
Обвинители, которых я услышал сегодня вечером сказали, что он " спит с мальчиками, он спит с мальчиками, он спит с мальчиками ". А мы показали, что он спит с матерями, он спит с сестрами, он спит со всеми людьми, независимо от их пола и возраста, потому что они хотели выспаться в его комнате, которая была такой же большой, как это здание. Обвинение выходило из себя, чтобы достать его самым лучшим способом, которым они могли, и я понимаю это, но я думаю, что человек, которого они выбрали в качестве жертвы, в качестве обвинителя, и в особенности семья этого человека, стали настоящей катастрофой для них. Они выдвинули обвинение в заговоре, который вынашивал Майкл Джексон с целью выкрасть детей, потребовать выкуп и держать семью под замком. Майкл Джексон не смог бы даже помыслить такое поведение, не говоря уже о том, чтобы руковолить этим. И что это обвинение сделало для них, я не могу проникнуть в мозг обвинителей, но это было то, о чем они думали, они позволили матери, которая была настоящим ключевым моментом всего того, что составляло дело, принести слухи о заговоре под изъятие. Это позволило им запугать свидетелей, которые были в Неверленде, потому что они могли бы испугаться того, что их могут обвинить в соучастии в заговоре.
Это был великий заговор! Единственный человек, которого они обвиняли, был Майкл Джексон. Все остальные были вне подозрений. Она принесла слухи в качестве показания, свидетели, которые могли бы опровергнуть это были напуганы прийти в суд из-за боязни подвергнуться обвинениям, поэтому они отказались через адвокатов. К тому же, это сделало из Майкла Джексона кого-то , похожего на такого " гуру-мафиози", которым он просто не в состоянии был быть. Но, по мере продвижения суда, мы получили тонны сюрпризов. Большее количество времени я делал свои перекрестные допросы очень протяженными. Некоторые из них длились несколько дней, и один из них я проводил в течение четырех полных дней. Я просто решил, что там было столько много фактов в нашу пользу, чтобы нейтрализовать этих свидетелей, особенно этих обвинителей, что я просто почувствовал, что там не было способа, чтобы эти люди могли выиграть, не было способа, чтобы они могли устоять под фактами. И я не думаю, что они это сделали. Я не думаю, что они абсолютно не могли этого сделать. У нас было очень ответственное жюри, которое совещалось семь или восемь дней. Это был правильный вердикт. Я жду вопросы. Спасибо.
Дополнительные материалы:
Статья, написанная во вторую годовщину вынесения вердикта:
http://site2.mjeol.com/mjeol-bullet...ars-mb-323.html
День, когда пресса и другие стервятники потеряли миллионы долларов.
Июнь 2007 - Где вы находились в этот день два года назад? Если вы не помните этого, значит вы не придавали значения новостям в то время.
Два года назад консервативное жюри, в котором не было ни одного представителя черного сообщества в Санта Мария, Калифорния, эффектно стащило сотни миллионов - если не миллиардов - долларов у медиа сообщества , руководствуясь вещественными уликами вместо общественного мнения. Все, включая кухонную раковину, было брошено в суд 2005 в попытках осудить Джексона за преступление, которого никогда не было.
Обвинители хотели, чтобы жюри осудило , основываясь на описанных заключениях , сделанных на спекуляциях, в то время, как защита хотела, чтобы жюри оправдало, основываясь на неопровержимых доказательствах. Когда члены жюри не смогли заставить себя толкнуть Джексона под каток, игнорируя действительность в пользу общественного мнения и собственного финансового успеха, многие представители прессы были ошеломлены.
В тот день я сидел у своего компьютера, готовый отправить сообщение о решении жюри для тысяч членов сообщества, которые сами одним глазом смотрели в компьютер, а другим - в телевизор.
В то время, как я сидел в ожидании, я посмотрел на потолок в течение нескольких секунд, говоря со вздохом: " Я знаю, Ты не позволишь ему пройти через это. Он один из тех, кто является одним из твоих лучших творений , которые ты поставил здесь в это время."
Это было моей короткой молитвой о том, чтобы Джексону не пришлось продолжать переживать тот ад несправедливо. Во время чтения вердикта я думал , что многие из нас, кто были вовлечены в это дело, были совершенно и интенсивно сконцентрированы на каждом слове. Мы смотрели, как свершалось правосудие.
Пресса, тем не менее, увидела нечто обратное. Вместе с этим оправданием медиа сообщество увидело миллионы и миллионы долларов, которые могли быть ими получены за рекламу, продажу книг и прочих выгод уплывали от них в трубу.
Могли быть написаны сопутствующие отчеты относительно того, как Джексон был препровожден в тюрьму. Не будет специального выпуска Paris Hilton, показывающего полицейскую машину, прибывающую в тюрьму, чтобы доставить туда Джексона. Не будет документального фильма " Возвышение и трагическое падение " Короля поп-музыки. Не будет сенсационных интервью или шоу о Джексоне, которые могли бы принести миллионы по самое горло. Не будет книг, рассказывающих в деталях о том, как он " делал это ". Вместо этого мы получили молчание.
Молчание. Они не получили того, чего они хотели , и поэтому они выбрали НЕ продолжать историю.
Никто не хотел говорить о суде потом, потому что это означало бы , что они опубликовали бы вещи, которые были прямопротвоположны тому, что они все время писали. И определенно, те, которые ожидали, расправив крылья, как стервятники , чтобы заполучить миллиарды долларов из активов Джексона, не собирались сходить с их пути, чтобы разубедить прессу в других фальшивых обвинениях , которые были раскинуты вокруг Джексона.

http://www.youtube.com/watch?v=YP-804ZI … r_embedded

На видео рассказываются новости, которые были показаны на канале MTV 15 сентября 1993 года, в которых излагаются события, произошедшие в жизни Майкла Джексона в течение последних 8 месяцев .
На первой минуте рассказывается о концерте, который накануне вечером Майкл дал в Москве. Показываются кадры его встречи с российскими военными .
После отрывка из выступления Jackson5 показан приезд Майкла с Джорди и его сестрой на вручение World Music Awards. ( май )
Далее упоминается интервью с Опрой, которое MJ дал впервые за последние 10 лет, когда Майкл подтвердил, что отец бил его в детстве.
17 августа обвинения предоставлены властям. Проведен рейд в Неверленде и других апартаментах Майкла. Никаких ериминальных вещественных доказательств не обнаружено.
Ховард Вейцман и Энтони Пелликано дают прессконференцию, на которой говорят, что это попытка вымогательства.
25 - 26 августа отменены концерты в Бангкоке.
29 августа - 35й день рождения Майкла.
31 августа адвокат Джексона предъявил аудиозапись разговора Энтони Пелликано с адвокатом Чендлера, которая неоднозначно показывала, что существовал " заговор с целью вымогательства ". Кусок аудиозаписи включен в видео.
2 сентября адвокат Эвана Чендлера, который был на тот момент в деле, Глория Олдред провела прессконференцию, на которой однозначно заявила, что " мальчик готов дать показания ".
ЛаТойа Джексон говорит о том, что " Майкл прекрасная личность , но как он живет на самом деле они не знают ".
Глория Олред: " Мой клиент хочет правды. Он готов , он хочет, он в состоянии дать показания. Он смотрит вперед, ожидая того дня, когда он сможет сделать это. "
Семья Майкла присоединилась к нему в туре в Тайбее для поддержки и дала прессконференцию.
10 сентября Глория Олред отказалась представлять дело Чендлеров. Адвокат матери обвинителя , Майкл Фримен , также отказался от дела. Оба без комментариев.
На следующий день Майкл приехал в Москву.
--------------------------------------------------
Только один комментарий: теперь, после разбора выступлений юристов, принимавших участие в семинаре, мы знаем, почему Глория Олред была отстранена семьей Чендлеров от ведения их иска и заменена на Ларри Фелдмана. Ее слова о том, что " мальчик готов, хочет, в состоянии дать показания ", стоили ей потери дела.
" Правда " - была последней в списке того, чего хотели Чендлеры и К.

Транскрипты:lcpledwards©
Перевод:Keep_The_Faith_MJJ©

+3

39


http://www.youtube.com/watch?v=Betf3jnPpZA

не знаю, в какую ветку :dontknow: перенесите, плиз

0

40

0

41

Томас "Ураган" Месеро-младший в Лос-Анжелесе принял участие в телевизионном шоу Comcast.  Это было 90-минутное Интервью LIVE, без репетиции для тысяч местных зрителей ТВ. Было получено его одобрение на подготовку истинного документального фильма  о судах 2005 года.
Фильм должен показать то, чего никогда не было на национальном телевидении США - фальшивость и продажность прокуроров, подтасовку доказательств и преданность поклонников Джексона ...
Будет создан специальный веб-сайт для сбора средств и материалов. Он даст возможность миллионам поклонников Майкла внести вклад в размере $ 10.oo от каждого для формирования фонда в  $ 10 миллионов долларов, необходимых для подготовки фильма. Планируется Премьера в США и дальнейший показ и в других странах.

+1

42


http://www.youtube.com/watch?v=hC1UTzq0Kjw :glasses:

0

43


http://www.youtube.com/watch?v=9-Wj4d7m … r_embedded

This is more than a seasonal view of Neverland. Watch to the end. this is a call to ARMS to set the M.J.J. Innocent record straight for the NON-fans. Fans of MJJ and Fans of Justice... 5 years after the Jury said NOT GUILTY, and the malicious prosecutors of Santa Barbara were thoroughly defeated, by a mostly white Jury, 14-0 against a black man, M.J.J. most People do NOT know how bias and corrupt the Main Stream American Media, and the District Attorneys office was. Just after Christmas a New WEB site to coordinate the true to the record Documentary of the 2005 INQUISITION of Michael J. JACKSON, will appear and give information on how 1 - 2 million fans can choose or not choose to fund, at ten dollars, each that documentary. We hope to raise that money in a single week. Thomas Mesereau, who I call "Hurricane" Mesereau for his blowing away and the smoke, mirrors and crappy lies and so called "Evidence" in 2005 has endorsed that effort on a Live TV show done in Santa Maria, CA. on Dec. 10th, 2010. Let me add, that "Hurricane" Mesereau was paid nothing to spend 6 hours of his own expensive time driving to and from, nor did he even ask to have his motel room paid. He simply wanted a one on one interview. He would not participate in the National trash "media" in one of those panel of atty's. rudely cutting each other off, which of course could also edit out his words. We did a one on one marathon interview. It is running on local TV Ch. 25 Comcast in Santa Maria, Ca. now and on Ch 24 in Solvang, Buelton & Lompoc Ca. When the new Web site for the documentary is established [ we will not even tell you the name until Dec. 27th ] instructions on how fans of Justice and fans of Michael Joe Jackson around the world can be a part of the FUNDING, of this documentary, which will accurately follow the court record, but also show what the court record could not. The media bias, the set ups, and worse.

Then we will buy TV commercial AIR time, and AIR the Documentary. We will depict the significant events of the Trial and the circumstances around the trial.
Not for the gratification of MJJ fans, but to clear the air, Educate the deceived NON-fans on the TRUTH. Michael Joe Jackson was NOT guilty, in fact he was
the victim of an arrogant, self delusional Prosecutor, and a greedy family of grifters, and a media who was billions in profits in a conviction of even a misdemeanor. Who am I? I am William J. Wagener, a local TV producer, who attended more days of the trial, nearly every day, than any National report. And after trial did a lot of snooping among the media, which mostly did NOT know who I was.

You read this to the end. Watch this clip to the end, and then go see on my channel here. "Tom Hurricane Mesereau". If your a fan of justice or MJJ Share this with those who care. If your NOT a MJJ fan, think of this... if Michael, with all his money, connections, and fame can have an "inquisition" like 2005 done to him, and the aftermath of nay sayers in the Media tabloidish types asking the
ridiculous question, "how could the Jury get it wrong?" THEN... if you were innocent and given the same treatment... what chance would you have? And if you lacked money , lacked fans, threatened with shear
lies and a Media that is paid to make you look guilty... could you prove your innocence? When you run out of money and your Public Defender-pretender threatens to quit if you do not take a PLEA BARGAN ? Could you even find a Tom "Hurricane" Mesereau to fight, to research, to prove your innocence? "Ye shall know the Truth , and the Truth shall set you Free".

the converse is also true. If you believe the lies and Deception, you will be a Slave to lies and deception.

I and those who stand with me, like Thomas "Hurricane" Mesereau, and thousands of you fans who have already told me your ready to give $10.oo or more... the moment of Truth is rapidly approaching. This is a Time of Great
REVEALATION. WE MUST DO this Documentary and reveal the Truth, not just for Michael Joe Jackson's sake, for his reputation's sake, but for all the children that will suffer needlessly if we allow Lies and Deception to win.

All that is necessary for Evil to win, is for people of good spirit, to do nothing. Ask a friend to SUBSCRIBE and Watch your subscription box for the kick off.

сорри, транслит:
Это больше чем сезонное представление Neverland. Смотрите до конца. Это призыв к оружию, чтобы установить невиновность  M.J.J. прямо для NON-fans. Поклонники MJJ и Поклонники Правосудия ... Спустя 5 лет после того, как Жюри сказало НЕ ВИНОВЕН, и злонамеренные обвинители Санта-Барбары были полностью побеждены, главным образом белым Жюри, 14-0 против черного человека, MJJ Большинство людей не знают, как смещение коррумпированной и основной поток американских СМИ, и служба окружных прокуроров было. Сразу после Рождества новый вебсайт, чтобы координировать истину для рекордного Документального фильма РАССЛЕДОВАНИЯ 2005 года Майкла Дж. ДЖЕКСОНА, появится и даст информацию о том, как 1 - 2 миллиона поклонников могут выбрать или не выбирать для финансирования в десять долларов каждый для документального фильма. Мы надеемся собрать эти деньги за одну неделю. Томас Месеро, которого я называю "Ураган" Месеро за его сносит и дыма, зеркала и дрянной лжи и так называемые "доказательства" в 2005 году поддержал эти усилия на Live TV шоу сделано в Санта-Мария, штат Калифорния 10 декабря 2010. Позвольте мне добавить, что "Ураган" Месеро не заплатили ничего, чтобы провести 6 часов его дорогого времени езды на автомобиле и из, и он даже не попросил, чтобы его номер отеля был оплачен. Он просто хотел один на один интервью. Он не будет участвовать в мусор Национальный "медиа" в одном из этих панели Адвокат's. грубо резки друг друга, что, конечно, могли бы также изменить его слова. Мы сделали один на один марафон интервью. Она работает на местном телевидении гл. 25 Comcast в Санта-Мария, Ca. Теперь и на гл 24 в Солванг, Buelton и Lompoc Са. Когда новый веб-сайт для документального фильма будет установлен [мы не будем даже говорить вам название до 27 декабря] инструкции о том, как поклонники правосудия и поклонники Майкла Джо Джексона во всем мире могут быть частью финансирования этого документального фильма, который будет точно следовать за протоколом суда, но также и показывать то, что не мог протокол суда. Предвзятость средств массовой информации, множество окон, и хуже.

Тогда мы купим рекламный ролик эфирного времени и ПЕРЕДАДИМ Документальный фильм. Мы изобразим значительные события в судебных испытаниях и обстоятельства вокруг судебного разбирательства. Не для удовлетворения поклонников MJJ, но очистить воздух, рассказать обманутым НЕ-ПОКЛОННИКАМ о ПРАВДЕ. Майкл Джо Джексон НЕ был виновен, фактически он был жертвой высокомерного, бредового прокурора, и жадной семьи мошенников, и СМИ, которые был миллиарды прибыли в осуждении даже проступка. Кто я? Я - Уильям Дж. Вагенер, местный телевизионный продюсер, который посетил больше дней испытания, почти каждый день, чем любой Национальный доклад. И после суда сделал много Snooping среди средств массовой информации, которые в основном не знали, кто я.

Прочтите это до конца. Посмотрите этот клип до конца, а затем пойти посмотреть на моем канале здесь. "Том Месеро Ураган". Если вы поклонник правосудия или MJJ поделись с теми, кто заботится. Если вы не поклонник MJJ, подумайте об этом ... если у Майкла со всеми его деньгами, связями, и славой может быть "расследование" как 2005 с ним сделали, и последствию нет Сэйерса в СМИ tabloidish типы, спрашивается смешной вопрос, "как Жюри могло понять это превратно?" ТОГДА..., если бы Вы были невинны и даны то же самое обращение..., какой шанс Вы имели бы? И если Вы испытывали недостаток в деньгах, испытывали недостаток в поклонниках, находясь под угрозой сдвига, ложь и СМИ, которым заплачено, чтобы заставить выглядеть вас виновными..., Вы бы могли доказать свою невиновность? Когда Вы остаетесь без денег, и ваш государственный защитник-претендент угрожает уйти, если вы не будете принимать заявление Барган? Не могли бы вы даже найти Тома "Ураган" Месеро к борьбе, к исследованиям, чтобы доказать свою невиновность? "Вы должны знать Правду, и Правда освободит Вас".

Верно и обратное. Если вы будете верить лжи и обману, вам будет рабом лжи и обмана.

Я и те, кто со мной, как Томас "Ураган" Месеро, и тысячи поклонников, которые уже сказали, что готовы дать $ 10.oo или более ... Момент истины стремительно приближается. Это время больших REVEALATION. Мы должны сделать этот документальный фильм и раскрыть правду, и не только ради Майкла Джо Джексона, ради своей репутации, но и для всех детей, которые будут страдать напрасно, если мы позволим лжи и обману победить.

Все, что необходимо для зла, чтобы победить, это для людей хорошее настроение, ничего не делать. Попросите друга подписаться и смотреть подписки коробка для стартует.

+1

44

http://community.livejournal.com/foreve … 03555.html

Томас Мезеро в Today Show 26/01/2011

Мэтт: Том Мезеро успешно защищал Майкла Джексона, когда его обвинили в растлении малолетнего в 2005 году. Рад вас видеть. Доброе утро.

Том: Доброе утро, Мэтт. Спасибо, что пригласили меня.

Мэтт: Надо упомянуть, что вы не имеете отношения к нынешнему делу. На основании информации, которая уже появилась, особенно в ходе предварительных слушаний, вы не верите словам доктора Мюррея, ведь так?

Том: Я не верю ни одному его слову. Я считаю, что он виновен. Я думаю, что его поступки были небрежными и безответственными, и это привело к смерти Майкла Джексона.

Мэтт: После всего, что мы услышали в ходе предварительных слушаний, вас не удивляет, что защита не пытается добиться сделки об признании вины (plea bargain)?

Том: Нет, я не удивлен, потому что защита вообще практически не проявила себя в ходе предварительных слушаний. Они задавали очень мало вопросов. Они не позвали ни одного свидетеля. Полагаю, что у них уже есть эксперты и свидетели, которые, по их мнению, им помогут.

Мэтт: Некоторое представление об их стратегии у нас есть. Они могут сказать, взгляните, он давал Майклу Джексону пропофол, потому что у Джексона были проблемы со сном, и пока доктора Мюррея не было в комнате, Майкл Джексон сам ввел себе препарат. Как адвокату защиты, вам нравится такая стратегия?

Том: Ну, что-то же им надо придумать. Все показания изобличающие. И я думаю, что если они начнут выдавать разные теории, чтобы добиться основания для сомнения присяжных, у них ничего не получится.

Мэтт: Если вы обвинитель, то у вас должно быть два важных вопроса об этом деле. Первый вопрос: почему вы вообще использовали пропофол в такой обстановке, ведь он для этого не предназначен, так?

Том: Все врачи, с которыми я говорил, шокированы тем, что пропофол использовался в домашних условиях. Они также шокированы тем, что пропофол в домашней обстановке использовал кардиолог, и тем, что у него не было никакого необходимого оборудования и ассистентов. Очевидно, он пытался остаться на работе у Майкла Джексона любой ценой и хотел поехать в этот большой тур. Он думал, что для него это станет большим прорывом, и ему это аукнулось. Я думаю, что он вел себя ужасно.

Мэтт: Будучи врачем, зачем оставлять дозу пропофола там, где пациент или клиент сможет до нее добраться. Это, по меньшей мере, проявление халатности.

Том: Я говорил с анестезиологами, нейрохирургами, патологоанатомом. Они все были шокированы тем, что пропофол был в домашней обстановке.

Мэтт: Непредумышленное убийство. Том, такое обвинение в лишении жизни (homicide) легче доказать?

Том: Да, легче. Это не обвинение в убийстве первой или второй степени. Я слышал, что в прокуратуре шли очень серьезные обсуждения, какое обвинение предъявить: убийство второй степени или непредумышленное убийство, и выбрали непредумышленное убийство. Его легче доказать. Я думаю, у них уже есть все улики, чтобы его доказать, и я думаю, что они его докажут.

Мэтт: Том, станьте на секунду адвокатом защиты. Если бы вы защищали Конрада Мюррея, вы бы вызвали его для дачи свидетельских показаний?

Том: Думаю, что ему придется объяснить, почему пропофол был в доме и почему он сделал то, что сделал. Трудно сказать заранее. Защита может решить, что может выиграть дело за счет перекрестных допросов, и дела выигрываются за счет перекрестных допросов, и клиентам не надо давать показания. На данном этапе, учитывая то, что мне известно, я думаю, что он, скорее всего, будет давать показания.

Мэтт: Том, как всегда, очень приятно вас видеть. Большое вам спасибо.

http://today.msnbc.msn.com/id/41254965/ … rtainment/

+2

45

МаринаMJ написал(а):

Том: Я не верю ни одному его слову. Я считаю, что он виновен. Я думаю, что его поступки были небрежными и безответственными, и это привело к смерти Майкла Джексона.

Месеро меня просто убивает.... :'(  буду цепляться к словам  http://smilies.net.ru/pics/funny/icon_smiley106.gif   

МаринаMJ написал(а):

он пытался остаться на работе у Майкла Джексона любой ценой и хотел поехать в этот большой тур.

наверно я чего то не понимаю.
Но по словам танцоров и по показаниям ортеги МД и репетировал то с трудом и приходил  на репы через раз (или через два раза)
КАК они рассчитывали что он поедет в этот тур (будь он трижды неладен!!!) и отпляшет им 50 (!!!) концертов???  :canthearyou:

МаринаMJ написал(а):

Том: Я говорил с анестезиологами, нейрохирургами, патологоанатомом. Они все были шокированы

а нейрохирурги здесь при чём? они ж вроде в деле не фигурировали  o.O

МаринаMJ написал(а):

учитывая то, что мне известно, я думаю, что он, скорее всего, будет давать показания.

ага...он же столько  месяцев ждал "чтобы рассказать свою историю"  :smoke:

0

46

МаринаMJ написал(а):

Мэтт: Том, станьте на секунду адвокатом защиты. Если бы вы защищали Конрада Мюррея, вы бы вызвали его для дачи свидетельских показаний?
Том: Думаю, что ему придется объяснить, почему пропофол был в доме и почему он сделал то, что сделал. Трудно сказать заранее. Защита может решить, что может выиграть дело за счет перекрестных допросов, и дела выигрываются за счет перекрестных допросов, и клиентам не надо давать показания. На данном этапе, учитывая то, что мне известно, я думаю, что он, скорее всего, будет давать показания.

вот совсем я не юрист ((
получается, что защита не заинтересована, чтобы док давал показания?
т.е. на показаниях других можно его отмазать?

viki написал(а):

а нейрохирурги здесь при чём?

мозг, видимо, исследовали на предмет разрушений от лекарственных средств
(только чей и было ли это)

0

47

Cпасибо morinen за перевод :flag:
http://community.livejournal.com/mj_ru/ … tml#cutid1

Том Мезеро о роли расы в деле Майкла Джексона, часть 1

В ноябре 2005 года институт расы и правосудия Чарльза Гамильтона при юридической школе Гарварда провел для адвокатов, студентов и широкой аудитории семинар, посвященный вопросу о том, как раса и положение обвиняемого в обществе влияет на работу системы правосудия. Вопрос рассматривался на примере прошедшего в том году суда над Майклом Джексоном. Выступить на семинаре были приглашены стороны, представлявшие обвинение и защиту, однако Том Снеддон и его команда наотрез отказались участвовать в мероприятии, а вот адвокат Майкла Том Мезеро приехал и выступил с развернутой речью. В блоге http://vindicatemj.wordpress.com/2011/0 … -mesereau/ недавно выложили транскрипт – я ее прочла с большим интересом и решила перевести.

Дело в том, что во время суда над Майклом, да и после, поговаривали, что в деле существенную роль играл расовый вопрос. Собственно, он играл существенную роль во всей карьере Майкла - тот факт, что черный исполнитель добился такого признания и финансового успеха, определенно не давал покоя некоторым белым людям. И ходили слухи, что Снеддон был одним из этих людей. Многие переживали, что Майкла будет судить жюри белых присяжных, и что защита недооценивает опасность расистских стереотипов в этом вопросе. Том в этом своем выступлении подробно комментирует, как он подошел к этой проблеме и почему. Кроме того, он рассказывает о тактиках, которые применяет обычно, в том числе и в деле Майкла Джексона, и объясняет, за счет чего ему удалось столь блестяще выиграть дело.

Речь довольно длинная (даже в двух частях) и не только о Майкле, но Том умница, и читать его легко и интересно.

Том Мезеро: Для меня большая честь выступить в школе юриспруденции. Я хочу поблагодарить профессора Оглетри, Институт, школу и всех, кто принимал участие в организации этого мероприятия. Я действительно тронут приглашением, и очень ждал сегодняшнего дня.

Институт, как я понимаю, занимается вопросами расы и правосудия, поэтому я хочу начать с рассказа о том, какую роль эти два фактора сыграли в деле Майкла Джексона и что они означают для адвоката вообще.

Когда дело касается расы в уголовном процессе, адвокат должен задать себе два вопроса. Первый: “Какова роль расы, если она вообще есть, в этом деле?” И второй вопрос: “Как с этим поступить?” В ряде случаев вы придете к выводу, что в деле, очевидно, замешана расовая несправедливость: расизм, нетерпимость, фаворитизм и т.п., основанные на цвете кожи или этнической принадлежности. Или на религиозных взглядах, не важно. И если вы идентифицировали эту проблему как присутствующую в деле, следующим вопросом будет: что с нею делать, чтобы как следует защитить вашего клиента и обеспечить его свободу? Стоит ли вообще поднимать расовый вопрос? Стоит ли поднимать его до суда? Стоит ли поднимать его во время суда? Как конкретно с ним поступить, чтобы оправдать вашего клиента? Потому что защита клиента – это ваша первейшая ответственность. Если посмотреть на американскую историю, особенно на роль расы в нашей системе правосудия, то известны случаи, когда адвокат и клиент решали, что дело является главным образом политическим и его основная цель – обнаружить расизм. Обнаружить нетерпимость. И если адвокат и клиент совместно принимают такое решение, эта цель может стать для защиты первичной. Но я говорю о случаях, где главная цель – это свобода вашего клиента, его репутация, спасение его жизни. Я кратко расскажу о трех делах, в которых имелась потенциальная расистская составляющая, и о том, как по-разному я поступил в каждом из случаев.

В начале 90-х я согласился на общественных началах выступить защитником в деле, рассматривавшемся в федеральном суде Лос-Анджелеса. Это был процесс «США против Патриции Мур». Патриция Мур была афро-американкой из Комптона, Калифорнии, и состояла в городском совете Комптона. В Лос-Анджелесе у нее была неоднозначная репутация из-за того, что она открыто выражала свои взгляды на расовые вопросы, особенно на расизм по отношению к черным со стороны белого населения. После проблем, вызванных случаем Родни Кинга, который многие из вас, должно быть, помнят, в Лос-Анджелесе был еще один инцидент, когда афроамериканская девушка зашла в винный магазин, вступила в ссору с владелицей магазина, американкой корейского происхождения, и была застрелена в голову, в затылок. Ее звали ЛаТаша Харлинс. Хозяйку магазина судили, и у нее был известный адвокат, афроамериканец. Ее признали виновной, но срок дали условный. Черное население Лос-Анджелеса негодовало по поводу столь мягкого наказания: они чувствовали, что будь жертва не афроамериканкой, приговор был бы гораздо более суровым. И Патриция Мур выражала свое мнение по этому вопросу очень недвусмысленно. К сожалению, она стала мишенью ФБР в расследовании коррупции в Комптоне. ФБР подготовило там очень сложную и запутанную секретную операцию. У них был человек, который выдавал себя за застройщика, способного принести этому району огромную экономическую выгоду. Это все было фальшивкой, выдумкой. Он обращался к членам городского совета и другим влиятельным лицам в Комптоне с проектом постройки завода по переработке отходов, который должен был обеспечить Комптон рабочими местами, повысить базу налогообложения, доходы и сулил множество других преимуществ. В рамках проекта обсуждалось открытие центра дневного ухода за детьми, практика для студентов, рабочие места для людей пожилого возраста. Иными словами, проект был призван помочь этому очень бедному городу и повысить его экономическое положение. Но все это было фальсификацией, подставной операцией. ФБР в течение трех или четырех лет прослушивали разговоры всех влиятельных лиц в городе – от министров и политиков до бизнесменов – и, к сожалению, у них имелись записи того, как миссис Мур в течение года брала деньги, которые не должна была брать. Большинство людей моей профессии, да и обычная публика понимает, что такое дело не захочет вести ни один адвокат. Тем более, вести его без оплаты. Но помимо этих компрометирующих Патрицию Мур записей, в том деле были и другие улики. ФБР целый год работало над тем, чтобы получить этот компромат на нее. Они наняли человека из Лас-Вегаса, афроамериканца, имевшего судимость и пытавшегося шантажировать правительство, и свели их вместе, подтолкнув к роману. Он приезжал к ней в офис с цветами и рассказывал, что он – президент компании по развитию бизнеса и может сильно помочь ее карьере. Он стал руководителем ее политической кампании. Они несколько раз ездили в Мексику. По сути дела ФБР решили сделать все, что потребуется, чтобы поставить Патрицию в компрометирующее положение. И даже свидетель, которого они пытались спрятать в другом штате и которого судья приказал вызвать, признал, что ему потребовался год, чтобы заставить ее взять деньги. Но, к сожалению, в итоге она их взяла и брала долгое время, делая при этом довольно компрометирующие заявления. Она была осуждена по некоторым обвинениям и оправдана по другим.

Остается вопрос: зачем было брать это дело? Я взял его, потому что считал, что действия правительства абсолютно возмутительны. Я никогда не слышал, чтобы что-либо подобное они позволяли себе в преимущественно белом районе. Я настаивал, что они использовали такие методы только потому, что это был бедный афроамериканский район. Они думали, что это сойдет им с рук, потому что ни во что не ставили людей в этом районе по расовому признаку. Моя стратегия защиты была основана на изобличении провокации, и я подал ходатайство о закрытии дела по причине избирательного обвинения по расовому признаку. В середине этого расследования, в ходе которого я прослушал около 600 кассет с записями разговоров и разобрал 50 коробок документов, мне попалась одна плёнка, которую я никогда не забуду. Однажды субботним вечером я сидел в своем офисе с затуманенным взором, потому что мне было уже плохо от прослушивания этих записей (я действительно прослушал все 600), и тут одна из них показалась мне довольно странной. В конце концов я понял, что двое агентов ФБР – оба белые – и старший осведомитель правительства, армянин, не заметили, что записывающее устройство включено. Они ожидали, когда моя клиентка придет за своим первым платежом. И эта пленка кардинально отличалась от всех остальных, что я слышал. В какой-то момент информатор-армянин сказал двум белым агентам: “У нас шикарное дело: они жадные, эти чёрные – сползаются отовсюду! Мы прищучим ее и мэра (тоже черного), а затем возьмемся за следующих”. Это было записано на пленке! Было ли этой записи достаточно, чтобы оправдать миссис Мур перед присяжными федерального суда? Нет. Но ее, несомненно, было достаточно для обличения расизма в правительственном расследовании. Расизма в том, как было заведено это уголовное дело. Ее было достаточно, чтобы пристыдить правительство: «Если будете использовать такие методы, вас выведут на чистую воду!» Таким образом, Патриция была осуждена лишь по некоторым обвинениям и получила минимальный тюремный срок – я убеждён, во многом благодаря тому, что мы вскрыли в этом деле. Мы также обнаружили письмо начальнику ФБР от осведомителя, который жаловался на то, что в Комптоне черным все сходит с рук. С моей точки зрения это было однозначно расистское письмо, подтверждавшее расистский мотив его работы – помочь правительству свергнуть черных политиков в Комптоне. В этом случае я нашёл расистские улики и с самого начала и до конца дела заявлял о расизме в правительстве. Я считал, что этот вопрос действительно необходимо поднять, этот мотив необходимо обнаружить.

Пару лет спустя я вел громкое уголовное дело в Лос-Анджелесе уже не в рамках общественной работы. Я представлял мужчину по имени Ларри Кэрол, известного диктора новостей в Лос-Анджелесе, с 30-летним стажем. Он афроамериканец. Он и двое других афроамериканцев были обвинены большим жюри штата в городе Сан-Бернардино, Калифорния, который находится вне округа Лос-Анджелес, в мошенничестве с ценными бумагами. По сути, было проведено несколько довольно сложных афер. Белый прокурор решил предъявить обвинение троим афроамериканцам, которые, как я выяснил в процессе своего расследования, были на самом деле жертвами аферы, а не правонарушителями. На самом деле мой клиент вложил в то предприятие свои собственные деньги, и у меня были доказательства, что ему обещали хороший возврат инвестиций. Всем троим обвиняемым были обещаны комиссии. Если послушать записи, добытые в ходе расследования, из них видно, что люди, стоявшие за этой аферой, белые. Было ясно, что белые люди задумали представить аферу таким образом, чтобы почти каждый им поверил, во всяком случае, на первый взгляд, не вникая в детали дела. Я узнал, что годом ранее в Гонконге состоялось собрание Международной торговой палаты, на котором банкиры и представители крупных финансовых учреждений всего мира обсуждали как раз подобного рода мошенничества, направленные на банки. У меня возник вопрос: почему трем чернокожим людям предъявлены обвинения, а белым, которые организовали это мошенничество, ничего не предъявлено? В деле, очевидно, была расовая составляющая. Но я решил не поднимать ее вообще. Чернокожие активисты в Южном Лос-Анджелесе уже хотели нагнать автобусы людей на ранчо Cuco Mongo в Сан-Бернардино, где проходил суд, но я сказал “нет”. Я сказал: “Мне известно, из кого будут выбирать присяжных: это преимущественно белые люди, и я не хочу ничего, что может повредить нашей защите. Мы выиграем это дело, не поднимая расовый вопрос, даже хотя он имеет место”. И после 11-недельных слушаний судья, который был председательствующим судьёй в том суде, сказал, что сделает нечто, чего никогда не делал за всю свою карьеру: не станет доводить дело до суда присяжных, а закроет его в интересах правосудия. И так он и делал. Вот пример случая, где есть явное свидетельство расизма, но вы не поднимаете этот вопрос, потому что ваша главная цель – спасти жизнь клиента.

Теперь о деле Майкла Джексона. Его дело рассматривалось в городе Санта-Мария, округа Санта-Барбара, который находится к северу от Лос-Анджелеса, между Лос-Анджелесом и Сан-Франциско. Послушав СМИ, можно было прийти к выводу, что жюри присяжных состояло из белых деревенщин, готовых вздернуть Майкла Джексона без суда. Такой вывод напрашивался. И это было абсолютно неверно! Этот округ Майкл Джексон выбрал своим домом. Там очень мало афроамериканцев. Население в основном состоит из белых и латиноамериканцев. И население этого района известно своей консервативностью. Там живут белые воротнички, консерваторы, но эти люди также имеют склонность к свободомыслию. Даже обвинители перед началом суда подали ходатайство о том, чтобы нам в выступлениях защиты запретили называть их «правительством». Это ходатайство отклонили, и, как вы догадываетесь, в своих речах я частенько указывал на тот факт, что обвинителем в этом деле выступает правительство.

Я никогда до этого не вел дел в округе Санта-Барбара, поэтому днем я надевал джинсы и отправлялся в местные бары и рестораны – в самые демократичные места – в одиночестве, чтобы посмотреть, что там происходит. И неизменно кто-нибудь узнавал меня (потому что это было громкое дело в округе) и заговаривал со мной. И я обнаружил – во всяком случае, в ходе своих скромных экспериментов, которые обычно проходили после полудня – что Майкл Джексон на самом деле очень популярен среди местного населения. Белые и латиноамериканцы, молодые и старые, дети и люди средних лет – они любили Майкла Джексона. Он был их знаменитостью. Он мог бы жить где угодно в мире, но выбрал их соседство. Он сделал много хорошего для людей этого района. Когда военно-воздушные войска хотели использовать Неверлэнд для съемок фильма, он сказал им: “Заходите!” У него были списки ожидающих детей, главным образом бедных детей, которые хотели приехать в Неверлэнд на день, в парк развлечений и зоопарк. И хотя Майкл Джексон нравился не всем, но он нравился многим.

У меня была консультант по присяжным, которая делала то, что должны делать консультанты: проводила опросы, собирала фокус-группы и соотносила данные. Она спрашивала у людей возраст, профессию, политические и религиозные воззрения, расу и устанавливала зависимость этих характеристик с их взглядами и отношением. Она вывела типичный профиль присяжного, сочувствующего обвинению, и типичный профиль присяжного, сочувствующего защите. И если бы я прислушался к этим данным (которыми обвинение также располагало), возможно, я не достиг бы такого успеха. Среди прочего те данные говорили, что женщины с детьми – для нас самые худшие присяжные. Это дело о совращении ребенка, и матери захотят защитить своих детей, что наихудшим образом отразится на исходе дела. Но я-то как раз хотел именно женщин с детьми! (В составе жюри в итоге было восемь женщин и четверо мужчин - прим. пер.) Потому что опросы среди потенциальных присяжных, цифры и подобного рода анализ никогда не заменят вам интуицию, чутье на людей, понимание того, кто ваш клиент и кто будет готов понять вашего клиента. Они не заменят вам инстинкт, подсказывающий, кто сможет увидеть свидетелей обвинения насквозь – если вы на самом деле считаете, что правда на вашей стороне, а я убежден, что в нашем случае это было так.

И тогда я сказал себе: “Раса не будет играть роли в этом случае”. Майкл и его семья были обеспокоены тем, что среди присяжных нет афроамериканцев. (У нас был один афроамериканец в альтернативном составе, но он так и не попал в действующий список присяжных.) Я же не волновался совсем. Чем дольше я изучал население, чем больше разбирался в этом деле, чем лучше узнавал своего клиента, чем больше узнавал об этом здании суда и о том, что происходило там в прошлом, тем больше я уверялся: игра будет честной.

Упомяну еще кое-что: как я уже говорил, я никогда до этого не вел дел в округе Санта-Барбара, но я заметил, что между Серверным и Южным округом существует некая разница в менталитете. Санта-Мария находится в Северном округе, где преобладают в основном работники производства – рабочий класс, и это население весьма консервативно. Южный округ считается более богатым и либеральным. Там находится Калифорнийский Университет, управление окружного прокурора. Я обнаружил, что в законодательные органы штата было подано два билля в попытке отделить Север от Юга. И я сказал себе: “Сыграем на этом. Это – сообщество Майкла. Он выбрал его. Людям он нравится. Давайте окружим Майкла его сообществом и противопоставим их этому мстительному окружному прокурору с юга”. И я думаю, это сработало, потому что, как я узнал, большинство людей в этом сообществе считали, что окружной прокурор лично мстит Майклу Джексону. В начале 90-х он созвал большое жюри в попытке выдвинуть обвинение, но ничего не вышло. Большое жюри встречалось около шести месяцев и ничего не предъявило Майклу Джексону! Недавно я разговаривал с женщиной, которая участвовала в созыве того большого жюри Лос-Анджелеса, - она сказала, что у них были серьезные вопросы к обвинениям. Похоже было, что люди пытаются получить деньги с Майкла Джексона, выдумывая эти обвинения. Так что в начале 90-х прокурор не смог ничего ему предъявить. Тогда в середине 90-х он полетел в Австралию и Канаду – это единственные страны, о которых мне известно, но возможно, он ездил и в другие – в поисках «жертв» Майкла Джексона. И снова остался ни с чем! Ему ответили: «Исчезни! Он ничего нам не сделал!» Тогда прокурор создал веб-сайт в департаменте шерифа для сбора информации на Майкла Джексона. И в конце концов он получил дело, о котором вы знаете, которое слушалось в этом году. И окончилось вердиктом “невиновен” по десяти обвинениям в тяжких преступлениях и таким же “невиновен” по четырем обвинениям в меньших правонарушениях. Он не доказал даже правонарушений! Дело, по моему мнению, было полнейшим обманом. Это была попытка беспринципных обвинителей и полиции любыми средствами и убеждениями получить обвинительный приговор хотя бы по одному пункту. И это совершенно не справедливо – то, что сделали с Майклом Джексоном в этом году. Но, тем не менее, мое заключение по расовому вопросу было таково. Я сказал людям, с кем имел возможность переговорить об этом, что для афроамериканцев Майкл Джексон - чёрный. Он чёрный. Если вы спросите у него, какой он расы, он ответит: чёрный. Но для многих белых людей Майкл Джексон превосходит расу. Он объединяет людей. Мы проиграли присяжным записи, где он рассказывает о том, почему любит людей всех континентов и всех рас. В какой-то момент он говорит: «Я бы хотел усыновить ребенка с каждого континента». Он говорит о том, как ненавидит расизм, ненавидит нетерпимость. И я совершенно убеждён, что присяжные увидели в Майкле Джексоне человека, который объединяет людей, а не разобщает их. Я никогда не волновался о том, что они вынесут несправедливое решение. Просто не волновался. Я никогда не думал, что эти присяжные встанут на сторону окружного прокурора, потому что «это их округ». Я никогда не думал, что эти присяжные накажут Майкла Джексона за то, что у него длинные волосы. У него серьёзная болезнь кожи, которую я видел, она называется витилиго. Он показывал мне симптомы. У него на спине видны коричневые пятна и белые пятна – болезнь прогрессирует и поглощает кожный пигмент. Он очень стесняется этого и предпочитает носить макияж вместо того, чтобы иметь пятна по всему лицу. Это его выбор. Я не думаю, что это преступление. СМИ изображали его таким странным и эксцентричным! Я говорил людям: «Включите телевизор вечером, и увидите людей, которые страннее Майкла Джексона». Он – творческая личность. Он живет в своем ритме жизни. В записи, которую мы проиграли для присяжных, он говорит: «Тебе нравится ходить на футбол, а мне нравится сидеть на своем дереве и сочинять музыку». Да, он другой. Да, он музыкальный гений. Да, у него есть свои проблемы. Да, он человек. И нет, он не преступник!

0

48

продолжение
http://community.livejournal.com/mj_ru/163489.html

Том Мезеро о роли расы в деле Майкла Джексона, часть 2

Том Мезеро: Итак, вот три примера, в которых сначала требовалось определить, есть ли расистский компонент, и определить объективно, а затем задать себе, как адвокату, вопрос: “Что я буду с ним делать?” И нельзя никого слушать в таких вопросах. Нельзя слушать СМИ. Нельзя слушать торговцев скандалами! Нужно понять самому, исходя из фактов, улик, того, что вы знаете о своем клиенте, свидетелях, о происходящем. Я не стал поднимать расовый вопрос. Я не думал, что Майкла Джексона обвинили из-за его расы, я думал, что его обвинили, потому что он - гигантская знаменитость!

Вот вам случай: последним свидетелем, которого я вызвал, был актёр-комедиант Крис Такер. И Крис Такер показал, что эта семья, которая обвиняла Майкла Джексона, пыталась добиться денег и от него тоже. Эти люди хотели получить его автомобиль. Они сказали ему, что у ребенка рак, как сказали и Майклу Джексону. Мальчика пригласили на день в Лас-Вегас, где Крис Такер снимал фильм "Rush Hour", и они жили там три недели, после выставив ему счет за всё. Они продолжили просить у него деньги, и тогда он полетел в Майами, встретился с Майклом Джексоном и предупредил его: “Осторожнее! Что-то не так!” Он предупредил Майкла Джексона об этом мальчике и его семье. Перекрёстный допрос вел окружной прокурор Том Снеддон. В какой-то момент он показал Крису Такеру увеличенный фотоснимок Криса с обвинителем и его семьей на свадьбе. Крис с юмором заметил: «Мне нравится фото. Где бы мне такое взять?» Все в зале усмехнулись, а окружной прокурор сказал: «Я достану его для тебя, если будешь хорошим мальчиком». (Обращение «boy» - «мальчик» было принято по отношению к чернокожим рабам, поэтому сейчас считается расистским. – прим. пер.) Насколько я могу судить (я тогда не следил пристально за СМИ, так как был занят работой и телерепортажи ухватывал только в перерывах), афроамериканское сообщество не очень обратило на это внимание. И я был этому рад. Потому что, опять же, возвращаясь к целям защиты и моим убеждениям о том, что эффективно: я не хотел поднимать вопрос расизма в этом деле. Я видел присяжных – я чувствовал присяжных – и я не думал, что это может нам помочь.

В день, когда присяжные удалились для вынесения решения, я чувствовал себя очень хорошо и считал, что наше дело прошло замечательно. И я сказал ряду людей, что не хочу примешивать сюда расовый вопрос. Я не хочу, чтобы меня ассоциировали с поднятием расовой проблемы в этом сообществе. Я не думаю, что это нам поможет. В начале разбирательств разные люди, связанные с Майклом Джексоном, спрашивали меня, как, по моему мнению, идет дело. Тогда я был весьма обеспокоен, и позвольте мне объяснить, почему. В ноябре 2003 года в Неверлэнде был совершен обыск 70-ю шерифами. Я получил звонок, будучи в дороге, когда возвращался в Лос-Анджелес из отпуска в Биг-Сэре, Калифорния. Меня спросили, не прилечу ли я в Лас-Вегас на встречу с Майклом Джексоном, потому что он хочет, чтобы я представлял его интересы. Я долго и серьезно обдумывал это, но в конце концов отклонил предложение, так как готовился защищать актера Роберта Блейка в деле об убийстве, назначенном на февраль 2004 года. Я подумал, что не смогу эффективно вести два дела сразу. Это только свело бы обоих клиентов с ума, если бы я был недоступен, когда они во мне нуждались. И люди Майкла были весьма удивлены, что кто-то отважился отказаться, но я отказался. Потом, дней за 10 до суда, в феврале 2004 года, у нас с Блейком случился разлад и я вышел из дела, и примерно через полтора месяца мне позвонил Рэнди Джексон, брат Майкла, с которым мы дружны многие годы. Он спросил, не передумал ли я и не прилечу ли во Флориду для встречи с ними. Я согласился. Я слетал туда, встретился с Майклом, вернулся, спустя пять или шесть дней меня спросили, возьму ли я дело, я ответил утвердительно и был нанят. Но то, что я видел по ТВ до того, как был нанят, вызывало у меня сильное беспокойство. Вы, вероятно, помните день предъявления обвинения. Я тогда еще не был его адвокатом. Во-первых, безопасность Майкла обеспечивала Нация Ислама, и их поведение в Санта-Марии в тот день очень бросалось в глаза. Не поймите меня неправильно, я работал с Нацией Ислама многие годы, и работаю до сих пор. Я даже согласился защищать их западного регионального лидера, в случае если ему предъявят обвинение в нападении на полицейского (что власти грозились сделать, но пока не сделали). Я прекрасно знаю, какую работу Нация Ислама проводит в Лос-Анджелесе. Знаю, как они борются с организованной преступностью. Знаю, как они борются с наркотиками. Знаю, как они стараются учить людей ответственности и духовности и как много делают, чтобы остановить насилие в городе, являющемся криминальной столицей Америки. Я работал с Нацией Ислама в деле Патриции Мур – они ее очень поддерживали. И, тем не менее, я считал, что выступление Нации Ислама в качестве охраны Майкла в Санта-Марии не пойдет на пользу его защите. Я чувствовал, что это отдаляет его от сообщества, в котором он живет и которое должно его судить, вместо того, чтобы делать его частью этого сообщества. И я выразил свою позицию очень ясно. Нельзя с этого начинать!

Я также видел его адвокатов и советников на собрании в отеле Беверли-Хиллс - шикарном отеле Лос-Анджелеса. У них прошла встреча, и об этом трубили все новости – о том, что эти жирные коты, которые советуют Майклу Джексону, собрались в отеле для выработки линии защиты. Они называли себя “командой мечты”. И, смотря новости, я сказал себе: «Это неправильно. Это не помогает Майклу в этом сообществе. Это отдаляет Майкла от сообщества». Подчеркните лучше, что он – такой же, как и люди, собравшиеся вокруг здания суда. Не подчёркивайте, что он – особенный, важнее этих людей или сильно отличается от них, потому что это не так. И я озвучил свои чувства по этому поводу. Я смотрел на это исключительно с позиции того, что ему поможет. Не с позиции того, что будет правильно выглядеть с политической или моральной точки зрения. Я отвечал на вопрос: “Как мне спасти жизнь Майкла Джексона?” Как вы, наверное, помните, если следили за процессом, во время второго вызова в суд, когда я уже был его адвокатом, Нации Ислама в центре картины не было. Да, мусульманская охрана в некотором составе присутствовала, но ее не было видно. И больше не было ни приемов в Неверлэнде, ни саммитов в Беверли-Хиллс и подобного рода вещей. Они не шли на пользу защите Майкла.

Но в конце дела – и, буду откровенен, к сожалению, это получило огласку на ТВ – появился Преподобный Джесси Джексон. Я очень уважаю его, в особенности за то, что он сделал для движения в защиту Гражданских Прав. Но тогда его появление огорчило меня. Я выпустил пресс-релиз о том, что никто не говорит от имени Майкла Джексона и его семьи, что суд запретил участникам процесса обсуждать подробности дела и мы будем уважать это решение. У меня состоялся разговор с Преподобным Джексоном, в котором я объяснил ему то же, что сейчас объясняю вам: это не дает нам никаких преимуществ. «Большинство белых людей при виде вас думают, что есть какая-то расовая проблема, расовая несправедливость, которую вы собираетесь разоблачить и с которой собираетесь бороться, – сказал я ему. – Это прекрасно, но в моей работе сейчас мне это не поможет». И он отступил. Он провел там пару дней, но он понял мои цели, мои мотивы. Я по-прежнему уважаю его, но в тот момент его присутствие было для меня нежелательно по причинам, которые я вам объяснил. Также меня спрашивали, хочу ли я, чтобы приехал Аль Шарптон. Я ответил, что это тоже не лучшая идея, и он меня прекрасно понял. Он тоже думал, что ему не стоит там находиться. Но, в конечном счете, это задача адвоката – сформулировать эти вопросы и ответить на них. Посмотреть на них объективно. Не стоит от них отворачиваться, не стоит притворяться, что наше общество подчиняется каким-то выдуманным стереотипам. Отдавайте себе отчет в том, каково оно на самом деле, и выстраивайте стратегию защиты соответственно. Именно это я пытался сделать. К счастью, мы преуспели, и я абсолютно уверен, что решение суда было справедливым.

Я знаю, что среди вас много студентов, изучающих тактику судопроизводства. Позвольте мне сказать пару слов о тактике, потому что я использовал некоторые неортодоксальные тактики, за которые меня критиковали вплоть до вердикта. Я просто кратко их резюмирую. Суд – это упражнение на знание людей. Если вы не понимаете людей, значит вы не готовы вести дело так хорошо, как возможно. Людей не изучают в школах юриспруденции. Правда, не изучают. На самом деле, по-моему, в школах вас учат, что судебная практика – это сплошь интеллектуальные упражнения. А это не так. Лучшие юристы и адвокаты понимают то, что происходит в сердцах и душах людей, так же хорошо, как то, что происходит в их умах. Вам придется работать с людьми, которые не учились в школах юриспруденции, не ходили в колледж. С людьми из самых разных слоев общества. Некоторые из них образованны, некоторые нет. Но кем бы они ни были, вы должны понимать, что человеческая природа – гораздо шире и многограннее, чем только интеллект. Вы должны научиться видеть мотивы поступков людей. Вы должны понять, какой тип людей обычно прислушивается к вам, как к юристу, в суде, а это можно познать только на опыте. Вы должны научиться чувствовать инстинкты людей, их интуицию, их стиль мышления. Не все поддается логике, поверьте мне. И я искренне считаю, что юридические академии вредят будущим юристам в том, что не учат их быть хорошими людьми.

Я часто говорю о важности благотворительной работы, потому что очень верю в неё и сам занимаюсь ею. Но многие студенты смотрят на меня вопросительно: «О чем он говорит? Я в долгу! Я еле свожу концы с концами. Я не могу платить за квартиру. Я хочу новую машину. Мне предложили хорошую работу. Ты с ума сошел?» Конечно, я никому не могу указывать, как им прожить свою жизнь. Только вы сами можете определить, что подходит лично вам. Всего нам в жизни все равно не успеть, и нужно выбирать то, что кажется лучшим. Но скажу вам вот что: с тех пор, как я окончил юридическую академию, все исследования на тему удовлетворенности юристов своей работой, что я видел, были печальными. Все исследования указывают, что подавляющее большинство юристов не счастливы на своей работе. И, кажется, они принимают это как данность. А на деле я видел следующее. Я видел как юристы – особенно умные, из хороших институтов, с хорошим академическим образованием, – получают очень престижные работы. После того, как флер новизны сходит, они понимают, что несчастны, и уходят на другую престижную работу. А потом на следующую. И им даже не приходит в голову, что, меняя работы, они не меняют работу совсем. Многие из них в конце концов оседают где-то в престижных организациях, на огромных деньгах, но удовлетворения так и нет. Кто-то делает более радикальные шаги. Некоторые юристы уходят в федеральную прокуратуру, где все считают себя элитой. И вот, они перепрыгивают из престижной фирмы в прокуратуру, а потом обратно в престижную фирму, и наконец однажды вечером вы встречаете их в баре за третьей или четвертой рюмкой и признанием: «Мне не нравится моя работа!» Но они все равно не сменят ее – это для них рутина.

Был такой юрист по имени Уильям Канслер – он скончался десять лет назад. Уильям написал прекрасную книгу под названием “My Life As A Radical Lawyer”, которую опубликовал за год до смерти в 1994 году. Я бы всем советовал ее прочитать. Это захватывающая книга. Правда, как соавтор признается во введении, Уильяму нравилось рассказывать красивый миф о себе и свойственно было немного приукрашивать. Но тем не менее. Это был человек, который все делал “правильно”. Он выпускник Йельского Университета, специализировался во французском языке и позже преподавал в Йеле. У него был замечательный послужной список во Вторую мировую войну. Он учился в Юридической Школе Колумбии и вместе с братом основал фирму в центре Манхэттена. Он купил хороший дом в Вестчестере и жизнь его шла как по маслу, вот только все это не приносила ему никакого удовлетворения. И однажды ему позвонил кто-то из Американского союза защиты гражданских свобод: “У нас есть дело по гражданским правам на крайнем Юге. Не поможете нам?” Он согласился и начал работать на Юге с Мартином Лютером Кингом-младшим. Эта работа для движения в защиту гражданских прав его затянула. Он прославился на всю страну после процесса “Чикагской Семерки” в конце 60-х, где решалось, спровоцировали ли подсудимые беспорядки перед Демократической Национальной Конвенцией 68-го года. Уильям решил посвятить свою дальнейшую карьеру защите париев - людей, к которым никто и близко подходить не хотел. Он получал удовольствие от идеи защищать людей, которые казались беззащитными. Под конец жизни он больше сосредоточился на арабо-американцах, которые в свете взрывов в Нью-Йорке в 1993 году становились главной целью расизма, несправедливости и нетерпимости. И все сходятся во мнении, что он прожил очень красочную, интересную, полноценную профессиональную жизнь. Через пару лет после его смерти профессор правоведения в Алабаме написал книгу “Уильямом Канслер: самый ненавистный юрист Америки”. Он проанализировал жизнь Канслера со своей точки зрения и пришел к выводу, что это был действительно счастливый в своей работе человек. Это было юрист, который что-то изменил в мире, повлиял на общество, нашёл удовлетворение в своей деятельности. Юрист, который чувствовал, что не зря получил свою степень. Он заставил юридическую систему работать там, где иначе она бы ни за что не сработала.

Сегодня я говорил с профессором Оглетри о другом знаменитом юристе из Чикаго, который жил гораздо раньше Уильяма Канслера, - человеке по имени Кларенс Дарроу, о котором многие из вас, наверное, слышали. Кларенс Дарроу тоже до какого-то момента своей карьеры делал все правильно. Он был юрисконсультом муниципалитета Чикаго, а эта должность тогда считалась отличным стартом на пути к славе и состоянию. Потом он стал главным юрисконсультом по железным дорогам в Иллинойсе, что также считалось очень перспективной должностью. Но ему этого просто не хватало. И он начал представлять профсоюзы, а в те времена люди, связанные с профсоюзами, считались преступниками. Профсоюзы считались преступными организациями, почти как мафия в более поздние годы. И он нашел желаемое удовлетворение в благотворительной работе, оказал огромное влияние на общество, и, безусловно, считается теперь очень деятельным и успешным юристом.

Жизнь по правилам не всегда приносит счастье и удовлетворение. Она может его принести, на время. Может даже и навсегда. Если это так, цените такую жизнь, но если нет, не бойтесь попробовать что-то иное. Я мог бы говорить об этом часами, поскольку сам выбрал для себя этот путь. В какой-то момент мне пришлось признать, что я, в общем-то, неприспособленный к нашей системе ренегат: я чужой в этих прекрасных местах, куда все так стремятся. Я был там, но они мне просто не подходят. И я люблю благотворительную работу. Я люблю на что-то влиять. Когда вы добиваетесь оправдательного приговора в деле об убийстве для кого-то, у кого иначе никогда не было бы шанса, для невиновного человека, не имеющего средств, нет ничего приятнее, чем видеть, что это означает для него и его семьи. И даже если вы представляете кого-то, кто виноват, просто заставить систему работать, заставить этих высокомерных обвинителей не злоупотреблять законом, не злоупотреблять фактами, и не использовать людей, которые кажутся беззащитными – это прекрасное чувство! Я не говорю, что все обвинители такие. Но такие есть! И полиция тоже, бывает, злоупотребляет своей властью и обязанностями. Выводить их на чистую воду и делать эту систему самой лучшей системой в мире – это работа, приносящая огромное удовлетворение.

Наконец, – возвращаясь к тактикам – нас, юристов, учат традиционно. Традиции передаются из поколения в поколение, и у большинства юристов нет ни времени, ни желания посмотреть на эти традиции под микроскопом и задать себе вопрос: “Сработает ли этот подход в данном случае?” Люди просто делают то, чему научены. Приведу пример: в своей вступительной речи в деле Майкла Джексона я сказал то, что многие специалисты по уголовному праву сочли бы ересью. Как мы все знаем, в деле всегда есть презумпция невиновности. Бремя доказательства преступления до такой степени, чтобы у жюри не осталось обоснованного сомнения, ложится на сторону обвинения, а защита не обязана ничего доказывать. Это всё звучит восхитительно. Но что это, по сути, означает в зале суда? Мне кажется, это означает вот что, и вот что это означало в деле Майкла Джексона. Во-первых, как правило, присяжные уверены, что юристы знают правду, независимо от того, так это на самом деле или нет. Во-вторых, они сами хотят знать, где правда. И когда адвокат, глядя на присяжных, во вступительной речи произносит: “У моего клиента есть презумпция невиновности и это обвинение должно вам что-то доказывать, а я сделаю так, что у вас в конце будет повод для сомнения”, я думаю, типичный присяжный посмотрит на такого адвоката и скажет: “Его клиент виноват! Он просто думает, что сможет помешать обвинению доказать это!” Мне так кажется. Идя на суд Джексона, я горячо верил, что правда на нашей стороне, улики на нашей стороне. И я не видел, почему бы не заявить об этом, почему бы не бросить это обвинению в лицо. Поэтому в своей вступительной речи я сказал: «Я дам вам обещания. Я заключу с вами договор. Я докажу, что этот человек невиновен». Я никогда не упоминал, на ком из нас лежит бремя доказательства. Я никогда не упоминал обоснованное сомнение. У меня была причина этого не делать, и причина эта в том, что я хотел быть носителем правды, а не уступать эту роль оппоненту. Мне не хотелось создавать впечатление, что я играю формальностями. Пусть их выступление выглядит так! И я чувствовал, что вступительная речь дала нам хороший импульс. Мне кажется, после этого так и не потеряли его и именно поэтому Майкл Джексон был оправдан в полной мере.

В юридической академии вы изучаете перекрестный допрос. Вас учат: «Не задавайте открытых вопросов, не задавайте вопросов, начинающихся с «как», не задавайте вопросов, начинающихся с «почему». Этим вы открываете дверь для потока ужасов». Ну, наверное, начинать действительно нужно с этого принципа. Но если вы будете следовать ему на протяжении всей карьеры, то никогда не станете асом перекрестных допросов. Если в какой-то момент вы не начнете идти на эти риски, то вам не добиться профессионализма. Вы должны достичь такого уровня мастерства, когда инстинкты подсказывают вам: «вот здесь это можно делать, а вот здесь нельзя». После предварительного слушания Роберта Блейка, которое три недели транслировалось по ТВ, какой-то репортер с Court TV сказал мне: «Мы еще не видели, чтобы кто-нибудь задавал столько открытых вопросов! Но вам всегда удается оборачивать их в свою пользу!» И это непросто! Мне пришлось долго работать над этим умением, потому что в академии меня учили тому же, чему и вас. Но нельзя бояться своего дела, особенно, если на вашей стороне правда. Не бойтесь своего дела. Не стоит чрезмерно осторожничать, как делают многие адвокаты. Эксперты говорили, что мне следовало прекратить допрос, когда обвинение закончило вызов свидетелей в деле Майкла Джексона, потому что наши перекрёстные допросы и так были эффективными. Но скажу вам, что если бы я не вызвал своих свидетелей, мы бы получили по крайней мере патовую ситуацию у присяжных. Не думаю, что мы непременно получили бы вердикт “невиновен”. Я знал, что даже если мы придем к патовой ситуации, я все равно прославлюсь, потому что считалось, что дело заведомо проигрышное. Сказали бы: «Он молодец: подвесил жюри в таком большом деле, прямо как Лесли Абрахмсон в том первом деле Менендез». Для меня это, наверное, было бы неплохо. Но что это означало бы для моего клиента? Прежде всего, прокуроры довели бы дело до суда повторно и исправили множество своих ошибок. Судья мог бы изменить некоторые из своих решений, которые были нам на пользу. Не думаю, что жизнь Майкла Джексона была бы спасена, если бы мы завершили допрос свидетелей тогда, когда его решило завершить обвинение. Конечно, применяя этот принцип к своему делу, вы рискуете, так как ваш свидетель будет подвергнут перекрестному допросу. Но опять же повторю: я чувствовал, что правда на нашей стороне. Я чувствовал, что улики на нашей стороне. Поэтому я не останавливался. Мы вызвали пятьдесят свидетелей, обвинение вызвало девяносто. И мы получили тот результат, который получили.

На все, чему вас учат, в какой-то момент нужно посмотреть под микроскопом. Я помню, в юридической академии – и я не могу поверить, что нас действительно этому учили, – нам говорили: «Просто изложите свою точку зрения в конце и резюмируйте ее». Это безумие! Присяжные принимают решение не только в конце! И они выбирают сторону быстро! Многие люди упрямы и цепляются за те выводы, к которым уже пришли. Поэтому нужно продвигать свою версию с первого дня. И нужно делать это убедительно. Свою историю нужно рассказывать уже в вопросах. Нельзя дожидаться конца, чтобы свести все воедино. И не стоит полагать, что присяжные рассуждают так же, как вы: нужно буквально вдолбить им вашу точку зрения. По сути, вы должны произносить вступительную речь во время вступительной речи, прямого допроса, перекрестного допроса и заключения. У вас есть четыре этапа, чтобы рассказать свою историю. Не думайте, что перекрёстный допрос нужен лишь для того, чтобы дискредитировать свидетеля: он нужен вам, чтобы рассказать вашу историю! И то, как вы дискредитируете свидетеля, очень зависит от того, что вы думаете об этом свидетеле. По некоторым свидетелям видно, что это хорошие актёры, социопаты, психопаты, и вы понимаете, что чем дольше они будут давать показания, тем больше выставят напоказ свою истинную суть. Они могут оступиться лишь на долю секунды, но рано или поздно они оступятся. Иногда бывает полезно держать свидетеля под присягой несколько дней. Меня, например, критиковали за избыточные допросы. Однажды вечером я переключал каналы, и попал на кого-то, кажется, из Бостона, кто заявил: «Мне кажется, он слишком детально рассматривает дело!» Этот товарищ за всю жизнь не был ни в одном зале суда и понятия не имел, о чем говорит, но, тем не менее, ему казалось, что я слишком детально рассматриваю дело! Полагаю, под этим имелось в виду: «Зачем он держит свидетеля так долго?» Про некоторых свидетелей, на которых полагалось обвинение, я заключил, что чем дольше они будут давать показания, тем хуже будут выглядеть. Даже если они говорят о мелочах, о вещах, которые не кажутся значительными, не важно. Важно позволить присяжным заглянуть этому свидетелю в душу и сердце. Покажите им, кто этот человек, покажите им, какой он лжец и мошенник. Держите его под присягой, держите его, держите его.

Здесь, очевидно, речь про мать Гэвина, Дженет Арвизо, которая на допросе выглядела почти ненормальной. Присяжные позже признались, что именно показания Дженет убедили их в том, что обвинения безосновательны. В интервью сразу после вынесения приговора они как раз говорят об этом:


http://www.youtube.com/watch?v=DUFehzZq … r_embedded

И в заключение скажу о средствах массовой информации. Я атакую СМИ с самого вынесения вердикта. Я очень уважаю профессиональных журналистов, следующих этическому кодексу. Журналистов, имеющих профессиональные ценности. Журналистов, которые, сообщая о том, что происходит в зале суда, не показывают своей заинтересованности в конкретном исходе дела. Если они сообщают о вердикте, вы никогда не узнаете, каково их личное мнение, потому что они профессионалы. И у нас были такие журналисты. У нас была Линда Дойтч из Associated Press, Марк Тиабби от NBC. Вот это профессионалы. Дон Хоббс из Santa Barbara News Press. Но помимо них у нас была и толпа клоунов! Я называю их желтыми репортёрами. Я не называю их журналистами, они недостойны этого звания. Люди с Court TV, люди с некоторых кабельных телеканалов. Люди, которые вопили и кричали о своем мнении, хотя сами в жизни не были в зале суда. Люди, которые пытались делать вид, будто знают, что происходит, – бывшие прокуроры и адвокаты в Нью-Йорке, которые ни разу в жизни не вели настоящего дела, но пылко рассуждали о важности или неважности того или иного свидетеля или улики, только чтобы попасть в камеру. И освещение дела было чудовищным. В общем и целом – чудовищным.

Всегда помните о том, что приоритеты СМИ отличаются от приоритетов тех, кто участвует в процессе. СМИ не находятся под присягой. Они не ответственны за то, что случится с ответчиком или жертвой – если есть жертва, – или с семьей жертвы и семьей ответчика. Они никогда не будут винить себя в исходе дела, каков бы он ни был. К ним практически не относятся распоряжения суда. Судья может велеть им сидеть в определенном месте или парковаться в определенном месте, но не более того. И единственное, что их волнует, это рейтинг и деньги. Это может быть самый скучный день в суде, но потом вы включите телевизор и услышите о том, какой захватывающий и драматичный это был день. Потому что они пытаются завоевать аудиторию и удержать аудиторию – это их бизнес. И обычно, предсказывая исход громких процессов, они ошибаются! В деле Менендез они предсказали, что вердикт будет “виновен”, но дело было подвешено. Про О. Джея Симпсона говорили, что он будет признан виновным, но приговор был оправдательным. В деле Роберта Блейка они предсказали обвинительный приговор, но подсудимого оправдали. Скотту Питерсону предсказывали оправдание или подвешенный вердикт, но его признали виновным и приговорили к смерти. И в деле Майкла Джексона все СМИ сходились во мнении, что его осудят, но мы получили четырнадцать вердиктов “невиновен”. Дела выигрываются в зале суда, а не за его дверями. Конечно, на средства массовой информации нужно обращать внимание. Положительные репортажи о вашем клиенте не повредят, но если вы уделяете слишком много времени происходящему в СМИ и отвлекаетесь от подготовки к тому, чтобы выиграть дело перед двенадцатью присяжными, то в конце вы, вероятно, будете сильно разочарованы. Дела выигрываются внутри зала суда.

По моим наблюдениям американские присяжные в массе своей очень почтенные, трудолюбивые, серьезно относящиеся к своим обязанностям люди, не подверженные влиянию СМИ. Некоторые юристы позиционируют себя как специалисты по отбору жюри или эксперты по средствам массовой информации, но я на это не покупаюсь. Хороший юрист должен знать, как вести дело, и уметь сосредоточиться на ведении дела. И ничего больше. Да, можно нанять кого-то, кто попытается сгладить эффект от негативных репортажей – ради бога. Лучше иметь положительную информацию о вашем клиенте, чем отрицательную. Но не стоит заблуждаться, думая, что таким образом вы выиграете дело. Мне кажется, в деле Скотта Питерсона, защита выиграла PR-битву, но проиграла битву в зале суда. Мы видели совершенно изумительные репортажи о том, как блистает защита и как плохо выступает обвинение, как в деле об убийстве у них нет ни одного очевидца, нет судебных экспертов, и т.д. и т.п. А в итоге это оказалось очень мощное дело, выигранное в суде на основе косвенных доказательств. Сам я там не был, поэтому не могу сказать, кто выступал хорошо, а кто плохо. Все, что я знаю, это что я видел много прекрасных пресс-репортажей с предсказаниями оправдательного исхода, и все мы знаем результат. Я предпочту быть поджаренным в прессе, но выиграть при этом суд. Средства массовой информации обладают соблазном и притягательностью: вы начинаете думать, что дела выигрываются там. Юристы легко попадаются на эту удочку и забывают о том, что на самом деле важно. Важен не адвокат и не его репутация в СМИ. Благополучие клиента и вердикт присяжных – вот что важно.

+2

49

http://www.legendarymichaeljackson.nl/?p=5365

Празднование в начальной школе Св. Гарднера с Томом Месеро 25 июня

Ранее в этом году мы сообщили что имя Майкла на Начальной школе Св Гарднера The Michael Jackson Auditorium восстановлено, как это должно быть. Элизабет Олни написала статью о группе занимавшуюся этим вопросом (Майкл вдохновляет истинную гордость), и теперь специальное празднование запланировано на 25 июня. 25 июня в 16.00 Начальная школа Св. Гарднера устроит “Празднование Жизни M.J.J”. Специальные  гости - Том Месеро, Уильям Вагнер, Джеральдин Хьюз, Ларри Ниммер и Маджестик Магнифисент. Более подробная информация будет объявлена по мере ее появления.

+1

50

МаринаMJ написал(а):

Празднование в начальной школе Св. Гарднера с Томом Месеро 25 июня


http://www.youtube.com/watch?v=4Uhp2ngGYkk

http://i054.radikal.ru/1106/e7/b7c36382c17b.jpg

Отредактировано Классный руководитель (27-06-2011 18:07:45)

+1

51

http://reflectionsonthedance.blogspot.c … efend.html

Tom Mesereau Continues To Defend Michael Jackson 2 Years After His Death And A Side Note About Their Divine Connection

http://4.bp.blogspot.com/-IO3sou7b6tI/TgnzD0tZgZI/AAAAAAAAARw/E0EEn3EDf_E/s1600/Michael+and+Tom+Mesereau.jpg

Michael Jackson: Two years later
By Jacob Rohn

Genius frozen in time

Looking back on it, June 25, 2009, will forever be an indelible chapter in the history of Los Angeles. The announcement of Michael Jackson’s death was a moment eternally suspended in time – a moment when the whole world would simultaneously feel a loss, so sudden and so keen, it was like losing a family member.

In Los Angeles, where Jackson passed away, the emotional blow was especially visceral. Disbelief was overcome by sorrow as reality began to set in. In a city built on fame, Jackson crafted a legacy that was closer to mythology than it was to mere stardom.

In both life – and now, two years after his death – Michael Jackson casts multiple reflections. To some he is the “King of Pop,” a magnanimous philanthropist, an icon and a superstar of the highest caliber. To others he was a criminal and a monster.

Attorney Thomas Mesereau Jr., got to know Jackson well. Mesereau defended Jackson in the pop star’s 2005 child molestation case. He is thoroughly familiar with the allegations against his former client, but also spent a lot of time with Jackson and got to know the real man in the mirror.

LA Canvas interviewed Mesereau because his track record as an attorney, coupled with his reputation as a man of uncompromising integrity, speaks volumes about his credibility.

http://2.bp.blogspot.com/-bNcAZvXnnJk/Tgnk5SqAVAI/AAAAAAAAARo/SDdmY_caQTA/s1600/thomas-mesereau-1-sized.jpg

Dozens of people utilized the coverage of Jackson’s death to get in on as much airtime as they could; Mesereau was not one of them.

The Michael Jackson he knew was a kind and gentle man, trapped by distorted public perceptions of his reclusive personal life. Mesereau opened up about his memories of the case, meeting Jackson and his thoughts on how the media handled the whole thing.

“Michael just might be the nicest client I’ve ever represented,” said Mesereau without hesitation. He added, “The biggest surprise about Michael was how down to earth he was to deal with.”

As Michael’s fame grew, so, too, did the target on his back. And with every accusation against him, members of the media constantly had him in their sights. “People took what they thought was unusual about him and tried to magnify it into criminal conduct,” noted Mesereau.

“The way he was tortured by people that wanted to profit off of his eccentricity was one of the great tragedies of our time.”

If the public thought his life was a media circus, his death provided an even more blatant example of just how selfish and abhorrent people could be. The coverage was a Who’s Who of pundits, and Michael Jackson “associates,” presenting a twisted display of unfounded thoughts on why he died, presented as fact.

“There were people, including lawyers saying they were close to him and to the family, and making all sorts of representations that were not true,” recalled Mesereau about the coverage surrounding Jackson’s death. He continued, “It was absolutely disgusting. I was hearing outside the hospital, there were people claiming they were close to him that were running from media booth to media booth trying to capitalize on his passing.”

It is impossible to overstate what Michael Jackson meant to the world. The effect of his death, much like the effect of his life, superseded race, ignored socioeconomic status, and required no cultural translation. From the hardest of criminals to the most innocent of children (some of whom were not even born when Jackson last recorded an album), Jackson’s impact was and still is universal. As both an artist and a humanitarian, Michael Jackson has humbly set world records that will probably never be broken.

While he did have serious criminal accusations lodged against him, it is often overlooked that his accusers always stood to profit from these alleged transgressions, none of which he was ever convicted.

“The biggest misconception is that he was a criminal and a child molester,” said Mesereau. “Nothing could be further from the truth. “And unfortunately, because he was so famous, and because he was an eclectic artist and an artistic genius, people took what they thought was unusual about him and tried to magnify it into criminal conduct.”

Mesereau added, “He was not a pedophile. He was not a criminal. He was not a child molester. And the way he was tortured by people that wanted to make him controversial and profit off of his eccentricity was one of the great tragedies of our time.”

Above all else, Jackson leaves behind an uncanny ability to unify people through his music. Like Michael Jackson the man, Michael Jackson the musician promoted peace, love and equality. Though he is no longer with us, his music and his permanent effect on humanity will forever be frozen in time.

http://1.bp.blogspot.com/-5u-MxokC-sE/TgnlvT3FGDI/AAAAAAAAARs/VCmFI_D0smI/s320/TomMesereauandMikewithumbrella.jpg

    Divine Connection

    By Deborah L. Kunesh

    What many do not realize is that while this trial was going on, attorney Tom Mesereau was also dealing with very real and deep personal pain. While getting ready for trial, Mesereau found out that his sister was diagnosed with terminal cancer. After being released from the hospital, she came home to find a bouquet of flowers larger than her front door with a poem tucked inside, written by Michael himself. Despite his loss after his sister passed, Mesereau went forward into trial to defend Michael’s innocence.

    I wanted to share this story because it speaks so highly of 2 very special human beings and their character. Tom Mesereau, who wholeheartedly believed in Michael’s innocence and worked diligently, even through his own personal pain and loss, to vindicate someone he knew was innocent, and Michael Jackson, despite the pain he was going through of being falsely accused of disgusting acts and of having his caring, giving nature turned against him by a family whom he had helped and who the family themselves admitted that Michael’s love and care had helped heal their son of cancer, continued to be the kind, caring, generous, sweet person that he always was, reaching out to others in their pain despite the personal pain he was going through. God definitely brought these two extraordinary individuals together.

    http://www.reflectionsonthedance.com/In … ereau.html ~
------------------------------------------------------------------------------------------------------
перевод tatka_tatka http://forum.exler.ru/index.php?s=03897 … mp;st=2400

Том Мезеро продолжает защищать Майкла Джексона через два года после его смерти. Заметки на полях об их божественной общности.

Майкл Джексон: два года спустя.
By Jacob Rohn.

ГЕНИЙ, ЗАСТЫВШИЙ ВО ВРЕМЕНИ.

Оглядываясь назад на дату, 25 июня 2009 года навсегда останется нестираемой главой в истории Лос-Анджелеса. Навеки застывший во времени момент - обьявление о смерти Майкла Джексона. Момент, когда весь мир одновременно почувствовал утрату, столь внезапную и острую, как будто потерял родного человека.

В Лос-Анджелесе, где Майкл Джексон ушел из жизни, эмоциональный удар был особенно глубоким. Неверие сменилось печалью, когда люди осознали, что это правда. В этом городе, построенном на славе, Джексон создал наследие, вознесшее его не к простым звездам, но к богам. Сейчас, через два года после смерти, он как и прежде, многоликий. Для одних он "Король Поп Музыки", великодушный меценат, икона и суперзвезда высочайшего калибра. Для других он - преступник и монстр.

Адвокат Томас Мезеро младший хорошо знал Джексона. Мезеро защищал Майкла в деле по растлению малолетних в 2005 году и тщательно ознакомлен с обвинениями, выдвинутыми против его бывшего клиента. Но он также провел много времени с Джексоном и узнал настоящего Человека в Зеркале.

LA Canvas взял интервью у Мезеро потому, что его послужной список в качестве адвоката в сочетании с репутацией человека безупречной честности не дают сомневаться в его словах.

Множество людей использовали освещение смерти Джексона, чтобы урвать себе как можно больше эфирного времени; Мезеро не был одним из них.

Майкл Джексон, которого он знал, был добрым и благородным человеком, попавшим в ловушку искаженного восприятия обществом
его затворнической личной жизни. Мезеро открыл перед нами воспоминания обстоятельств этого дела, знакомства с Джексоном и свои мысли о том, как СМИ манипулировали всем этим.

"Майкл был, наверное, самым милым клиентом, из всех, кого я когда-либо представлял", - решительно сказал Мезеро, а потом добавил:" Что меня больше всего удивило в Майкле, это способность спускаться с небес на землю, когда речь шла о делах."

Одновременно с тем, как росла его слава, росла и мишень на его спине. И скаждым новым предъявленным ему обвинением представители средств массовой информации методично в него целились. "Люди взяли то, что, как они думали, необычно в нем, преувеличили и придали ему криминальный оттенок", - отметил Мезеро.

"То, как истязали его люди, желавшие заработоть на его эксцентричности - это величайшая трагедия нашего времени."

Если общественность считала, что СМИ превратили его жизнь в цирковое представление, то его смерть представляет собою еще более вопиющий пример того, какими эгоистичными и гнусными могут быть люди. Это было шоу, под названием "Кто-Самый-Шустрый", где "особы, приближенные" к Майклу Джексону, выставляли перевернутое изображение своих собственных необоснованных мыслей о причинах его смерти, представляя их как факт.

"Были люди, в том числе и среди юристов, говорившие, что они были близки к Майклу и его семье и делавшие всевозможные заявления, которые не соответствуют действительности", - сказал Мезеро об освещении смерти Джексона. Он продолжил:" Это было абсолютно отвратительно. Я слышал, вокруг больницы ошивались люди, заявлявшие, что были близки к нему. Они бегали от одного журналиста к другому, пытаясь нажиться на его уходе."

Невозможно переоценить, что Майкл значил для мира. Эффект от его смерти, так же, как и от жизни, отменял расовую принадлежность, игнорировал социально-экономический статус и не требовал культурного перевода. От самого ужасного из преступников, до самого невинного из детей (многие из них еще не родились, когда он записал последний альбом) - влияние Джексона было и есть глобальным. И как артист, и как гуманист, Майкл Джексон скромно устанавливал мировые рекорды которые, вероятно, уже никто никогда не побьет.

Хотя против него были выдвинуты серьезные уголовные обвинения, часто упускается из виду, что его обвинители ВСЕГДА имели целью заработать на этих предполагаемых преступлениях, ни за одно из которых он никогда не был осужден.

"Самое наибольшее заблуждение в том, что люди считают его преступником и растлителем", - говорит Мезеро. "Ничто не может быть дальше от истины. И к несчастью, из-за того, что он был настолько знаменит, настолько эклектичен* в своем творчестве и художественном гении, люди взяли то, что, как они думали, необычно в нем (читай, чего они не понимали - прим.пер.), преувеличили и придали ему криминальный оттенок."

Мезеро добавил:"Он не был педофилом. Он не был преступником. Он не растлевал детей. И то, как истязали его люди, желавшие подвергнуть его сомнению и нажиться на его эксцентричности - это величайшая трагедия нашего времени."

Но что важнее всего, Майкл Джексон оставляет за собою сверхъестественную способность объединять людей посредством своей музыки. Как и Майкл-Джексон-Человек, Майкл-Джексон-Музыкант провозглашает мир, любовь и равенство. И хотя он больше не с нами, его музыка и постоянное воздействие на человечество будет навсегда застывшим во времени.

By Jacob Rohn.

[* Термин "эклектика" ввел Потамон из Александрии, назвавший свою школу эклектической. Под эклектикой понимается "соединение разнородных взглядов, идей, принципов или теорий". Дидро утверждал, что эклектик - это тот, намерение которого "быть не учителем рода человеческого, а его учеником, преобразовывать не других, а себя, не поучать истине, а познавать ее".-прим. пер.-по-моему, определение очень подходит Майклу.]

**********************************************
БОЖЕСТВЕННАЯ ОБЩНОСТЬ.

By Deborah L. Kunesh.

Чего действительно многие не понимают, так это того, что, в то время, как шел суд, адвокат Том Мезеро также столкнулся с очень реальной и глубоко личной болью. Готовясь к суду он узнал, что у его сестры обнаружили последнюю стадию рака. После того, как ее выписали из больницы, она вернулась домой, где ее ждал букет цветов, больший чем ее входная дверь. К букету была приложена записка со стихами, написанная рукой Майкла Джексона. После смерти сестры Мезеро, несмотря на боль утраты, вышел перед судом, чтобы защитить невиновность Майкла.
Я хотела поделиться с вами этой историей, потому что она так много говорит об этих двух необычных людях, об их характерах. Том Мезеро, всем сердцем веривший в невиновность Майкла, усердно работавший, не взирая на личную утрату, чтобы оправдать того, кто (как он знал) был невиновен. И Майкл Джексон
-ложно обвиненный в отвратительных действиях;
-за свою заботу отплаченный темной сущностью человеческой, восставшей против него в лице семьи, которой он помог и которая сама признала, что любовь и забота Майкла помогла исцелить их сына от рака ;
-несмотря на боль, которую он испытывал, проходя через все это, остающийся таким же добрым, заботливым, щедрым, милым человеком, каким он был всегда;
-протягивающий руку помощи другим, не взирая на свою собственную боль, через которую проходил. [выделенно для удобства понимания-прим.пер.]
Определенно, Сам Бог свел этих двух выдающихся людей вместе.

Отредактировано Diana77 (30-06-2011 18:49:01)

+2

52

ИНТЕРВЬЮ С ТОМОМ МЕЗЕРО.

Адвокат Том Мезеро младший глубоко уважаем в своей сфере. Широко известный как один из лучших судебных юристов страны, г-н Мезеро был выбран своими коллегами "Лучшим Адвокатом Америки" и был заявлен в списке "Сто Самых Влиятельных Адвокатов Калифорнии" в Los Angeles Daily Journal. И это только некоторые из его наград.
Г-н Мезеро представлял Майкла Джексона в суде в деле о растлении малолетних в 2005 году(он сменил адвокатов Mark Geragos и Benjamin Brafman) и имеет очень острый взгляд на Майкла и на суд.

DK: Deborah Kunesh
TM: Tom Mesereau

DK: Каким клиентом был Майкл? Каково было с ним работать?
TM:С ним было восхитительно работать. Он был очень отзывчивый, всегда прислушивался и очень уважительно относился ко мне, адвокату Сюзан Ю и всем нашим сотрудникам. Самое худшее, что я могу о нем сказать это то, что временами он был недоступен. Иногда его было трудно найти и я думаю, что причиной этому было то, что этот процесс ужасал и пугал его; в остальном же с ним было очень приятно работать.

DK: Должно быть, ужасно слышать людей, говорящих о тебе такие вещи! Как он справлялся с этим?
TM: Думаю, ему было очень трудно справляться! Знаете, мы с ним часто говорили, обычно рано утром, это из-за моего графика, потому что я должен был тогда ложиться спать в 7:30 или, самое позднее, в 8 часов вечера и в три часа утра я уже был на ногах, и так каждый день. Майкл тоже часто просыпался рано утром и гулял по Неверленду чтобы расслабиться, побыть наедине с природой, посмотреть на небо, на луну и звезды, так что часто он мне звонил в 3 - 4 часа утра. Его мучила тревога, по правде говоря, в то время он был очень угнетен и имел проблемы со сном. Но ведь это нормально для человека, который столкнулся с такими серьезными обвинениями, как он.

DK: Когда я брала интервью у Афродиты Джонс, она упомянула, что сторона обвинения вызывала свидетелей, друзей и людей, которые были близки к Майклу и ему было трудно слышать то, что некоторые из них говорили...
TM: Это был ужасный опыт! Было больно, это был кошмар, он не мог поверить, что слышит некоторые сказанные утверждения! Он не мог поверить, что кто-то может обвинить его в причинении вреда детям. Он не мог даже представить, что его обвинят в организации заговора с целью ложно засадить семью в тюрьму, в похищении детей и вымогательстве. Майкл не был способен сделать или даже подумать о таких вещах, поэтому то, что они устроили, с официальным обвинением, с вызовом свидетелей, которые откровенно врали, чтобы выстроить против него обвинение, это ужасно угнетало его.

DK: Суд длился 4 месяца?
TM: Почти пять. Он начался 31 января и закончился в середине июля.

DK: Как часто проходили заседания?
TM: 5 дней в неделю.

DK: Как Майкл реагировал, когда читали оправдательный приговор?
TM: В тот особый день он выглядел ужасно! Запавшие щеки, очень слабый, шел очень медленно. Он очень плохо выглядел! Он не сказал ни слова, пока последний раз не произнесли "не виновен". Всего "не виновен" было сказано 14 раз. 10 преступлений и 4 проступка меньшей важности. Потом мы обнялись и он сказал:"Спасибо!"

DK: Я слышала, что перед этим последним днем суда, когда был зачитан этот вердикт, вы чувствовали почти определенно, что его оправдают. Это было только ваше чувство?
TM: У меня было очень сильное чувство, что присяжные не собираются осудить его.
Прежде всего, вы должны понимать процессуальное право Калифорнии в отношении уголовных дел. В Калифорнии суд присяжных состоит из 12 человек. Закон требует единогласного вердикта присяжных, чтобы оправдать или осудить кого-либо в преступлении. Это значит, что все 12 присяжных должны сойтись во мнении, чтобы человека оправдали. Если присяжные не могут единогласно решить оправдать или осудить, они должны "подвесить" этот пункт приговора. Это значит, что прокуроры могут провести повторное слушание дела с совершенно другими присяжными.
Очевидно, что если присяжные осуждают ответчика по одному или более пунктах, это рассматривается как победа обвинения. Если присяжные оправдали по всем статьям, побеждает защита. Если суд присяжных осуждает по одним статьям и оправдывает по другим, считают, что победило обвинение. Если же присяжные по одним пунктам оправдывают, а другие "подвешивают", это рассматривается как победа защиты.
Майклу Джексону первоначально было предъявлено обвинение по 10 пунктам уголовного преступления (felony). К концу судебного разбирательства судья добавил 4 пункта обвинений в менее тяжких проступках (misdemeanor). По последним четырем пунктам у присяжных было два варианта: если они оправдают Майкла по любым четырем пунктам уголовного преступления (felony) , они имели возможность осудить его по проступку (misdemeanor). Иными словами, суду присяжных было предложено осудить, оправдать или не согласиться ("подвесить") по 14 пунктам обвинения.
Я никогда не ожидал, что Майкла Джексона осудят по какому-либо пункту, уголовному преступлению или проступку. Я верил и до сих пор верю, что он был полностью невиновен в этих ложных обвинениях. Тем не менее, никто и никогда не знает, как поступит суд присяжных. Суд состоял из 12 присяжных и я их не знал. Так как суд длился 5 месяцев, у меня было время понаблюдать за их движениями, поведением и реакцией на свидетельские показания и доказательства. Я был твердо убежден, что обвинение не сможет заставить все 12 человек осудить Майкла.
Но я не знал, будут ли они единодушны в оправдании по каждой из 14 статей. Этого не мог знать никто. Однако, когда я услышал, что присяжные единодушно достигли согласия по всем 14 пунктам, я уже знал в глубине души, что они достигли согласия в ОПРАВДАНИИ. Это судебное преследование было пародией на правосудие и одним из самых подлых нападений на невинного человека в истории права."

DK: В чем разница между "оправдан" и "признан невиновным"?
TM: Нет никакой разницы между этими понятиями...

DK: Есть ли что-то особенное, чем бы вам хотелось поделиться о Майкле, о том, кем он был?
TM: Майкл был одним из самых хороших, добрых людей, которых я когда-либо встречал. Он очень хотел быть больше, чем просто музыкальным гением. Он хотел исцелить и изменить мир посредством любви, через искусство и музыку. И я верю, что мир сейчас лучше, потому что он был с нами.
Он был очень благородным, очень добрым. Я его описываю его в двух лицах: Майкл-Человек и Майкл-Планета (индивидуальный и универсальный). Майкл-Планета хотел изменить мир. Хотел видеть мир, сфокусированный на детях и чувствовал, что если бы дети получали должную любовь и заботу, этим можно было бы значительно уменьшить жестокость в мире, подлость, сократить масштабы бедности и всех наиболее важных мировых проблем. Он чувствовал, что для этого необходимо обратить внимание на детей мира. Вот такой он, Майкл планетарного масштаба, который верил, что может исцелить мир музыкой, любовью, человечностью. Он ведь и в Книгу Рекордов Гиннесса попал как величайший жертвователь на нужды детей, о чем СМИ не любят упоминать.
Есть также Майкл-Человек, с которым я имел дело, который был личностью и любил видеть детские улыбки. Он построил Неверленд, чтобы видеть счастливых детей. Он был одним из самых богатых людей в мире. Он мог бы потратит все свои деньги на себя. Но вместо этого купил зоопарк, парк развлечений, кинотеатр, статуи, изображающие детей всего мира. Если вы обратили внимание, все предметы искусства в его доме посвящены детям, изображая их счастливыми и уважаемыми за то, кем они есть... Их рассы, религии, части света, откуда они родом, традиции их народов...Он был тем, кто как человек, любил смотреть на смеющихся детей. Любил видеть как ребенок из маленького городка, выросший в бедности и жестокости приезжает в Неверленд и улыбается, видит жирафа и слона и улыбается . Получает бесплатное мороженое и улыбается. Это так много значило для Майкла, потому что он был очень хорошим человеком. Но, к несчастью, если ты так гениален и так богат, все эти акулы готовы бросится на тебя, особенно если в тебе есть определенная доля наивности. А Майкл просто не хотел погружаться во все эти денежные и юридические дела. Он хотел творить и заниматься благотворительностью. Это делает его еще большей мишенью для необоснованных исков и заявлений.

DK: То, что вы сказали - это здорово, мне правда хочется, чтобы через это люди увидели кем он действительно был и кого нам так не хватает!
TM: Конечно, СМИ хотят шокировать, хотят видеть человека, проходящего через огонь и они отчаянно надеялись, что его осудят, ведь означало бы для них, что годами можно рассказывать как он выглядит, что делает в тюрьме, как пытался покончить с собой. Поверьте мне, они истекали слюной над его осуждением, они пытались исказить все отчеты, надеясь повлиять на присяжных и заставить осудить его. В то время было много холостых выстрелов и в мою сторону.

DK: Что, правда?
TM: Да.

DK: Это так грустно, что мир такой злой, вы понимаете, о чем я говорю...
TM: Все надеялись получить прибыль от его падения. Это было ужасно. Но есть один из моментов моей жизни, когда я горжусь собой...то, что мы добились его оправдания, подтвердили невиновность. Он прожил с того времени только около четырех лет, но по крайней мере, он был здесь, со своими детьми и был оправдан. Судебный процесс был несправедлив. Не хватало справедливости и доверия.
Я участвовал в похоронах, там был человек, чей случай был хорошо известен в южной Калифорнии в 80-е: отец облил своего сына бензином и поджег, он очень обгорел, особенно лицо (сейчас его зовут Dave Dave, бывшее имя David Rothenberg). Майкл заботился о нем. Так вот, он взял речь на похоронах Майкла и говорил о том, каким добрым, порядочным, щедрым и замечательным человеком он был. Я знаю, что такие дети были по всему миру, кому Майкл помог. Больные дети, инвалиды и калеки. Майкл выписывал им чеки и никто об этом даже не знал. Он это делал не для того, чтобы прославиться как благодетель, а потому, что так подсказывало сердце. Понимаете? И я думаю, что самая жестокая вещь, которая могла случится, это взять его любовь к детям, его желание им помочь и обратить это против него, назвав его монстром, как они сделали на том суде. Это был просто кошмар!

DK: Да, вы правы. Самое худшее, это взять у человека то, что ему дорого и повернуть против него!
TM: Мне было очень больно быть там, смотреть на него и видеть все; знаете, это разбило его сердце и я не знаю, оправился ли он от такого удара вообще!

DK: Мне кажется, такое очень трудно преодолеть. Спасибо за все, чем вы поделились с нами.

Перевод: tatka_tatka
Источник

+3

53

16 сентября в Отеле Киото (что в 3 кварталах от здания суда над Мюрреем) состоится банкетный ужин с Томом Мезеро. Также будут присутствовать основатель фонда M.J.J. Innocent Forever Foundation, INC. Уильям Вагнер, певица Санн и MJ Tribute Artist

http://mjjforeverinnocentfoundation.org/

+2

54

http://www.legendarymichaeljackson.nl/?p=5921

Мезеро говорит о предстоящем суде и фильме Дэвида Геста

Конрад Мюррей "должен быть" подвергнут преследованию в связи со смертью Майкла Джексона, чтобы его семья могла двигаться дальше, утверждает бывший адвокат Майкла Томас Мезеро, который защищал Майкла в 2005 по делу о растлении малолетних, закончившееся оправданием Майкла по всем пунктам обвинения, - считает что врач должен понести наказание если обвинения в непредумышленном убийстве вызванного передозировкой анестетика пропофола окажутся правдой. Он эксклюзивно сказал BANG Showbiz: "У меня смешанные чувства по поводу процесса. С одной стороны, я бы хотел, чтобы семья Джексон добилась справедливости, я думаю, то что доктор якобы делал, было возмутительно и на основе всего, что я слышал, он поступил очень опрометчиво, очень глупо и должен был противостоять и сказать, ‘Это опасно, у нас нет необходимого оборудования и мы не имеем надлежащей помощи." Вот так должен был бы вели себя медицинский работник ... ". "Я думаю, он должен быть привлечен к ответственности, чтобы помочь реабилитировать семью, а также, чтобы послать сообщение, что врачи не должны вести себя таким образом." Несмотря на то, что он хочет, чтобы правосудие свершилось, Mезеро  не ждет с нетерпением что скажут адвокаты Мюррея, которые попытаются уничтожить репутацию его бывшего клиента, когда 8 сентября начнется судебное разбирательство. Он добавил: "Я подозреваю, что защита будет пытаться  запачкать репутацию Майкла и я не жду этого вообще. Я не жду встречи с фотографиями вскрытия и тому подобным ... Я рад, что офис Окружного прокурора преследует его по суду, но мои проблемы - адвокаты защиты, будут пытаться девальвировать Майкла и попытаются бросить много грязи на него и держаться этого. Mезеро появится в предстоящем документальном фильме Дэвида Геста Michael Jackson: The Life of an Icon - который содержит интервью с более чем 50 друзьями и членами семьи - и он подробно говорит о суде 2005 г.61-летний адвокат настаивает что фильм, который в настоящее время будет выпущен на DVD 31 октября, что это замечательный трибьют Майклу. Он сказал - "Это красивый документальный фильм, это очень оригинально, это очень чувствительно, и в нем есть много интервью с некоторыми из старых великих людей Motown о том, на что походил этот вундеркинд. Я не видел никакой другой документальный фильм, который делает это так же как документальный фильм Дэвида Геста. Это красиво, это чувствительно, это информативно, и я думаю, что все должны увидеть это.”

Также участие в фильме принимают:

Abdul ‘Duke’ Fakir
Billy Paul
Bobby Taylor
Brenda Holloway
Brian Holland, Lamont Dozier & Eddie Holland
Dennis Edwards
Dexter Wansel
Dionne Warwick
Don Black
Eddie Floyd
Frank Cascio
Frank DiLeo
Freda Payne
J. Randy Taraborrelli
Jimmy Ruffin
Keith & Ronald Jackson
Kenny Gamble & Leon Huff
Kim Weston
Marilyn McCoo & Billy Davis, Jr.
Mark Lester
Martha Reeves
Mickey Rooney
Milford Hite & Robert Hite
Nick Ashford & Valerie Simpson
Paul Anka
Peabo Bryson
Percy Sledge
Petula Clark
Reynaud Jones
Ron Alexenberg
Ronnie Rancifer
Russell Thompkins, Jr.
Smokey Robinson
Thomas Mesereau
Weldon A McDougal III
Whitney Houston

Katherine Jackson (34:40)
Tito Jackson (25:49)
Rebbie Jackson (13:55)

+2

55


http://www.youtube.com/watch?v=n-peVk8-Q5c

0

56


http://www.youtube.com/watch?v=-bXE7rVAQgo

+1

57

перепост tangr из жж (спасибо) (вроде не было здесь)

На днях Том Мезеро принял приглашение от поклонников Майкла Джексона и целых полтора часа отвечал на их вопросы.
Делал он это абсолютно безвозмездно!
К семье Майкла Джексона Том Мезеро никакого отношения сейчас не имеет,
денег на защите MJ-я не зарабатывает,
заинтересованности у него никакой нет.
Он просто искренне хочет помочь людям разобраться в ситуации.
И ещё… он просто очень уважает Майкла Джексона!

Мезеро назвал Майкла гением, величайшим гуманистом и благотворителем в мире.
Том возмущён тем, как ведёт себя пресса по отношению к Майклу... тем, как она, не взирая на факты, ради рейтингов и тиражей старается опорочить его и втоптать в грязь.
Том говорит, что Майкл не заслужил такого отношения. Он был очень чувствительным и ранимым человеком... и он действительно хотел помогать людям, стремился объединить людей всех рас и национальностей.

Том Мезеро рассказал о том, что думает о суде, проходящем сейчас в Лос-Анжелесе.
Он находится на стороне обвинения, и считает, что обвинение хорошо ведёт дело.

Том не осуждает обвинение за то, что они показали посмертные фотографии Майкла Джексона.
Говорит, что сделать это было необходимо, потому что Мюррэй постоянно пытается давить на жалость.
Обвинению нужно было показать, к чему привели безответственные поступки Мюррэя, как живой и подвижный человек с репетиций всего за ночь превратился в бездыханное тело на столе патологоанатома.
Однако Том согласился с поклонниками и сказал, что фотографии не должны были быть показаны широкой публике.

Мезерро говорит, что Мюррэй сам себя привёл на скамью подсудимых.
Том бы, на месте защиты Мюррэя, никогда не позволил своему клиенту самому разговаривать с полицией, т.к. в тот момент ещё не было ясно, какой стратегии полиция намерена придерживаться.
Но Мюррэй пошёл в полицию и дал ей интервью, пытаясь представить себя кристально честным и порядочным человеком.
Обернулось всё иначе. Интервью сыграло не на Мюррэя, а против него.
Если до этого интервью полиция склонялась к версии несчастного случая, то после интервью у них появились реальные основания заподозрить Мюррэя в убийстве.

Также Том рассказал о суде 2005 года.
Он вспомнил о суде над O J Симпсоном и ещё парочку громких дел.
Сказал, что суд над Майклом был более масштабным и серьёзным, чем все эти дела вместе взятые.
Майкла судили не только из-за подозрений в растлении, но и по целому ряду других пунктов.
На том суде рассматривались и факты предыдущих обвинений (1993его года)
После суда 2005ого года Майкл был окончательно оправдан по этим двум делам (и по обвинениям 2005ого года, и по обвинениям 1993его года)!
В итоге, с него сняли все обвинения!

Пресса же (как тогда, так и сейчас) трубила свою версию.
Они хотели, чтобы Майкл был признан виновным.
Они искали свидетелей и платили им бешеные деньги за интервью.
На суде стало ясно, что за этими интервью никаких реальных фактов не стояло, было только желание заработать, получить большие деньги просто так.

Том говори, что видел, как все эти журналисты буквально потеряли свои лица в зале суда, когда Майкла признали невиновным.
После оправдания Майкла им нужно было придумывать новую версию, чтобы она продавалась не хуже предыдущей.
Они хотели, чтобы Майкла осудили, они хотели падения самого известного человека в мире, поэтому, не смотря на оправдательный вердикт, продолжали гнуть свою линию... просто ради денег, без реальных оснований.

Майкл очень искренне относился к своим поклонникам и был им бесконечно благодарен за ту поддержку, которую поклонники оказывали ему во время судов.

Том Мезеро поблагодарил всех поклонников за ту работу, которую они делают ради Майкла, защищая его.
Он сказал, что он был счастлив и горд принять приглашение поклонников на этот всемирный чат.
(На чате присутвовали Том Мезеро и представители самых крупных мировых форумов и проектов, созданных поклонниками Майкла Джексона)

Обо всём об этом и о многом другом вы можете узнать сами, послушав это интервью (англ.):

Послушать online можно здесь:
http://www.talkshoe.com/talkshoe/web/au … p;cmd=apop

Скачать можно здесь:
http://files.mail.ru/U980LR

+5

58

Вивьен написал(а):

Делал он это абсолютно безвозмездно!

угу...

Вивьен написал(а):

К семье Майкла Джексона Том Мезеро никакого отношения сейчас не имеет,

угу...

Вивьен написал(а):

денег на защите MJ-я не зарабатывает,

угу..

Вивьен написал(а):

заинтересованности у него никакой нет.
Он просто искренне хочет помочь людям разобраться в ситуации.
И ещё… он просто очень уважает Майкла Джексона!

угу два раза... :flirt:

Вивьен написал(а):

Том не осуждает обвинение за то, что они показали посмертные фотографии Майкла Джексона.

конечно не осуждает! тем более что это была фотография НЕ Майкла Джексона...

простите, не сдержалась)) http://www.smayli.ru/data/smiles/smushenie-207.gif

0

59

viki написал(а):

конечно не осуждает! тем более что это была фотография НЕ Майкла Джексона

Неужели, правда? :jumping:

0

60

Том Мезеро о роли расы в деле Майкла Джексона.

В ноябре 2005 года институт расы и правосудия Чарльза Гамильтона при юридической школе Гарварда провел для адвокатов, студентов и широкой аудитории семинар, посвященный вопросу о том, как раса и положение обвиняемого в обществе влияет на работу системы правосудия. Вопрос рассматривался на примере прошедшего в том году суда над Майклом Джексоном. Выступить на семинаре были приглашены стороны, представлявшие обвинение и защиту, однако Том Снеддон и его команда наотрез отказались участвовать в мероприятии, а вот адвокат Майкла Том Мезеро приехал и выступил с развернутой речью. В блоге vindicatemj.wordpress.com недавно выложили транскрипт – я ее прочла с большим интересом и решила перевести.

Дело в том, что во время суда над Майклом, да и после, поговаривали, что в деле существенную роль играл расовый вопрос. Собственно, он играл существенную роль во всей карьере Майкла - тот факт, что черный исполнитель добился такого признания и финансового успеха, определенно не давал покоя некоторым белым людям. И ходили слухи, что Снеддон был одним из этих людей. Многие переживали, что Майкла будет судить жюри белых присяжных, и что защита недооценивает опасность расистских стереотипов в этом вопросе. Том в этом своем выступлении подробно комментирует, как он подошел к этой проблеме и почему. Кроме того, он рассказывает о тактиках, которые применяет обычно, в том числе и в деле Майкла Джексона, и объясняет, за счет чего ему удалось столь блестяще выиграть дело.

Речь довольно длинная (даже в двух частях) и не только о Майкле, но Том умница, и читать его легко и интересно.

Том Мезеро: Для меня большая честь выступить в школе юриспруденции. Я хочу поблагодарить профессора Оглетри, Институт, школу и всех, кто принимал участие в организации этого мероприятия. Я действительно тронут приглашением, и очень ждал сегодняшнего дня.

Институт, как я понимаю, занимается вопросами расы и правосудия, поэтому я хочу начать с рассказа о том, какую роль эти два фактора сыграли в деле Майкла Джексона и что они означают для адвоката вообще.

Когда дело касается расы в уголовном процессе, адвокат должен задать себе два вопроса. Первый: “Какова роль расы, если она вообще есть, в этом деле?” И второй вопрос: “Как с этим поступить?” В ряде случаев вы придете к выводу, что в деле, очевидно, замешана расовая несправедливость: расизм, нетерпимость, фаворитизм и т.п., основанные на цвете кожи или этнической принадлежности. Или на религиозных взглядах, не важно. И если вы идентифицировали эту проблему как присутствующую в деле, следующим вопросом будет: что с нею делать, чтобы как следует защитить вашего клиента и обеспечить его свободу? Стоит ли вообще поднимать расовый вопрос? Стоит ли поднимать его до суда? Стоит ли поднимать его во время суда? Как конкретно с ним поступить, чтобы оправдать вашего клиента? Потому что защита клиента – это ваша первейшая ответственность. Если посмотреть на американскую историю, особенно на роль расы в нашей системе правосудия, то известны случаи, когда адвокат и клиент решали, что дело является главным образом политическим и его основная цель – обнаружить расизм. Обнаружить нетерпимость. И если адвокат и клиент совместно принимают такое решение, эта цель может стать для защиты первичной. Но я говорю о случаях, где главная цель – это свобода вашего клиента, его репутация, спасение его жизни. Я кратко расскажу о трех делах, в которых имелась потенциальная расистская составляющая, и о том, как по-разному я поступил в каждом из случаев.

В начале 90-х я согласился на общественных началах выступить защитником в деле, рассматривавшемся в федеральном суде Лос-Анджелеса. Это был процесс «США против Патриции Мур». Патриция Мур была афро-американкой из Комптона, Калифорнии, и состояла в городском совете Комптона. В Лос-Анджелесе у нее была неоднозначная репутация из-за того, что она открыто выражала свои взгляды на расовые вопросы, особенно на расизм по отношению к черным со стороны белого населения. После проблем, вызванных случаем Родни Кинга, который многие из вас, должно быть, помнят, в Лос-Анджелесе был еще один инцидент, когда афроамериканская девушка зашла в винный магазин, вступила в ссору с владелицей магазина, американкой корейского происхождения, и была застрелена в голову, в затылок. Ее звали ЛаТаша Харлинс. Хозяйку магазина судили, и у нее был известный адвокат, афроамериканец. Ее признали виновной, но срок дали условный. Черное население Лос-Анджелеса негодовало по поводу столь мягкого наказания: они чувствовали, что будь жертва не афроамериканкой, приговор был бы гораздо более суровым. И Патриция Мур выражала свое мнение по этому вопросу очень недвусмысленно. К сожалению, она стала мишенью ФБР в расследовании коррупции в Комптоне. ФБР подготовило там очень сложную и запутанную секретную операцию. У них был человек, который выдавал себя за застройщика, способного принести этому району огромную экономическую выгоду. Это все было фальшивкой, выдумкой. Он обращался к членам городского совета и другим влиятельным лицам в Комптоне с проектом постройки завода по переработке отходов, который должен был обеспечить Комптон рабочими местами, повысить базу налогообложения, доходы и сулил множество других преимуществ. В рамках проекта обсуждалось открытие центра дневного ухода за детьми, практика для студентов, рабочие места для людей пожилого возраста. Иными словами, проект был призван помочь этому очень бедному городу и повысить его экономическое положение. Но все это было фальсификацией, подставной операцией. ФБР в течение трех или четырех лет прослушивали разговоры всех влиятельных лиц в городе – от министров и политиков до бизнесменов – и, к сожалению, у них имелись записи того, как миссис Мур в течение года брала деньги, которые не должна была брать. Большинство людей моей профессии, да и обычная публика понимает, что такое дело не захочет вести ни один адвокат. Тем более, вести его без оплаты. Но помимо этих компрометирующих Патрицию Мур записей, в том деле были и другие улики. ФБР целый год работало над тем, чтобы получить этот компромат на нее. Они наняли человека из Лас-Вегаса, афроамериканца, имевшего судимость и пытавшегося шантажировать правительство, и свели их вместе, подтолкнув к роману. Он приезжал к ней в офис с цветами и рассказывал, что он – президент компании по развитию бизнеса и может сильно помочь ее карьере. Он стал руководителем ее политической кампании. Они несколько раз ездили в Мексику. По сути дела ФБР решили сделать все, что потребуется, чтобы поставить Патрицию в компрометирующее положение. И даже свидетель, которого они пытались спрятать в другом штате и которого судья приказал вызвать, признал, что ему потребовался год, чтобы заставить ее взять деньги. Но, к сожалению, в итоге она их взяла и брала долгое время, делая при этом довольно компрометирующие заявления. Она была осуждена по некоторым обвинениям и оправдана по другим.

Остается вопрос: зачем было брать это дело? Я взял его, потому что считал, что действия правительства абсолютно возмутительны. Я никогда не слышал, чтобы что-либо подобное они позволяли себе в преимущественно белом районе. Я настаивал, что они использовали такие методы только потому, что это был бедный афроамериканский район. Они думали, что это сойдет им с рук, потому что ни во что не ставили людей в этом районе по расовому признаку. Моя стратегия защиты была основана на изобличении провокации, и я подал ходатайство о закрытии дела по причине избирательного обвинения по расовому признаку. В середине этого расследования, в ходе которого я прослушал около 600 кассет с записями разговоров и разобрал 50 коробок документов, мне попалась одна плёнка, которую я никогда не забуду. Однажды субботним вечером я сидел в своем офисе с затуманенным взором, потому что мне было уже плохо от прослушивания этих записей (я действительно прослушал все 600), и тут одна из них показалась мне довольно странной. В конце концов я понял, что двое агентов ФБР – оба белые – и старший осведомитель правительства, армянин, не заметили, что записывающее устройство включено. Они ожидали, когда моя клиентка придет за своим первым платежом. И эта пленка кардинально отличалась от всех остальных, что я слышал. В какой-то момент информатор-армянин сказал двум белым агентам: “У нас шикарное дело: они жадные, эти чёрные – сползаются отовсюду! Мы прищучим ее и мэра (тоже черного), а затем возьмемся за следующих”. Это было записано на пленке! Было ли этой записи достаточно, чтобы оправдать миссис Мур перед присяжными федерального суда? Нет. Но ее, несомненно, было достаточно для обличения расизма в правительственном расследовании. Расизма в том, как было заведено это уголовное дело. Ее было достаточно, чтобы пристыдить правительство: «Если будете использовать такие методы, вас выведут на чистую воду!» Таким образом, Патриция была осуждена лишь по некоторым обвинениям и получила минимальный тюремный срок – я убеждён, во многом благодаря тому, что мы вскрыли в этом деле. Мы также обнаружили письмо начальнику ФБР от осведомителя, который жаловался на то, что в Комптоне черным все сходит с рук. С моей точки зрения это было однозначно расистское письмо, подтверждавшее расистский мотив его работы – помочь правительству свергнуть черных политиков в Комптоне. В этом случае я нашёл расистские улики и с самого начала и до конца дела заявлял о расизме в правительстве. Я считал, что этот вопрос действительно необходимо поднять, этот мотив необходимо обнаружить.

Пару лет спустя я вел громкое уголовное дело в Лос-Анджелесе уже не в рамках общественной работы. Я представлял мужчину по имени Ларри Кэрол, известного диктора новостей в Лос-Анджелесе, с 30-летним стажем. Он афроамериканец. Он и двое других афроамериканцев были обвинены большим жюри штата в городе Сан-Бернардино, Калифорния, который находится вне округа Лос-Анджелес, в мошенничестве с ценными бумагами. По сути, было проведено несколько довольно сложных афер. Белый прокурор решил предъявить обвинение троим афроамериканцам, которые, как я выяснил в процессе своего расследования, были на самом деле жертвами аферы, а не правонарушителями. На самом деле мой клиент вложил в то предприятие свои собственные деньги, и у меня были доказательства, что ему обещали хороший возврат инвестиций. Всем троим обвиняемым были обещаны комиссии. Если послушать записи, добытые в ходе расследования, из них видно, что люди, стоявшие за этой аферой, белые. Было ясно, что белые люди задумали представить аферу таким образом, чтобы почти каждый им поверил, во всяком случае, на первый взгляд, не вникая в детали дела. Я узнал, что годом ранее в Гонконге состоялось собрание Международной торговой палаты, на котором банкиры и представители крупных финансовых учреждений всего мира обсуждали как раз подобного рода мошенничества, направленные на банки. У меня возник вопрос: почему трем чернокожим людям предъявлены обвинения, а белым, которые организовали это мошенничество, ничего не предъявлено? В деле, очевидно, была расовая составляющая. Но я решил не поднимать ее вообще. Чернокожие активисты в Южном Лос-Анджелесе уже хотели нагнать автобусы людей на ранчо Cuco Mongo в Сан-Бернардино, где проходил суд, но я сказал “нет”. Я сказал: “Мне известно, из кого будут выбирать присяжных: это преимущественно белые люди, и я не хочу ничего, что может повредить нашей защите. Мы выиграем это дело, не поднимая расовый вопрос, даже хотя он имеет место”. И после 11-недельных слушаний судья, который был председательствующим судьёй в том суде, сказал, что сделает нечто, чего никогда не делал за всю свою карьеру: не станет доводить дело до суда присяжных, а закроет его в интересах правосудия. И так он и делал. Вот пример случая, где есть явное свидетельство расизма, но вы не поднимаете этот вопрос, потому что ваша главная цель – спасти жизнь клиента.

Теперь о деле Майкла Джексона. Его дело рассматривалось в городе Санта-Мария, округа Санта-Барбара, который находится к северу от Лос-Анджелеса, между Лос-Анджелесом и Сан-Франциско. Послушав СМИ, можно было прийти к выводу, что жюри присяжных состояло из белых деревенщин, готовых вздернуть Майкла Джексона без суда. Такой вывод напрашивался. И это было абсолютно неверно! Этот округ Майкл Джексон выбрал своим домом. Там очень мало афроамериканцев. Население в основном состоит из белых и латиноамериканцев. И население этого района известно своей консервативностью. Там живут белые воротнички, консерваторы, но эти люди также имеют склонность к свободомыслию. Даже обвинители перед началом суда подали ходатайство о том, чтобы нам в выступлениях защиты запретили называть их «правительством». Это ходатайство отклонили, и, как вы догадываетесь, в своих речах я частенько указывал на тот факт, что обвинителем в этом деле выступает правительство.

Я никогда до этого не вел дел в округе Санта-Барбара, поэтому днем я надевал джинсы и отправлялся в местные бары и рестораны – в самые демократичные места – в одиночестве, чтобы посмотреть, что там происходит. И неизменно кто-нибудь узнавал меня (потому что это было громкое дело в округе) и заговаривал со мной. И я обнаружил – во всяком случае, в ходе своих скромных экспериментов, которые обычно проходили после полудня – что Майкл Джексон на самом деле очень популярен среди местного населения. Белые и латиноамериканцы, молодые и старые, дети и люди средних лет – они любили Майкла Джексона. Он был их знаменитостью. Он мог бы жить где угодно в мире, но выбрал их соседство. Он сделал много хорошего для людей этого района. Когда военно-воздушные войска хотели использовать Неверлэнд для съемок фильма, он сказал им: “Заходите!” У него были списки ожидающих детей, главным образом бедных детей, которые хотели приехать в Неверлэнд на день, в парк развлечений и зоопарк. И хотя Майкл Джексон нравился не всем, но он нравился многим.

У меня была консультант по присяжным, которая делала то, что должны делать консультанты: проводила опросы, собирала фокус-группы и соотносила данные. Она спрашивала у людей возраст, профессию, политические и религиозные воззрения, расу и устанавливала зависимость этих характеристик с их взглядами и отношением. Она вывела типичный профиль присяжного, сочувствующего обвинению, и типичный профиль присяжного, сочувствующего защите. И если бы я прислушался к этим данным (которыми обвинение также располагало), возможно, я не достиг бы такого успеха. Среди прочего те данные говорили, что женщины с детьми – для нас самые худшие присяжные. Это дело о совращении ребенка, и матери захотят защитить своих детей, что наихудшим образом отразится на исходе дела. Но я-то как раз хотел именно женщин с детьми! (В составе жюри в итоге было восемь женщин и четверо мужчин - прим. пер.) Потому что опросы среди потенциальных присяжных, цифры и подобного рода анализ никогда не заменят вам интуицию, чутье на людей, понимание того, кто ваш клиент и кто будет готов понять вашего клиента. Они не заменят вам инстинкт, подсказывающий, кто сможет увидеть свидетелей обвинения насквозь – если вы на самом деле считаете, что правда на вашей стороне, а я убежден, что в нашем случае это было так.

И тогда я сказал себе: “Раса не будет играть роли в этом случае”. Майкл и его семья были обеспокоены тем, что среди присяжных нет афроамериканцев. (У нас был один афроамериканец в альтернативном составе, но он так и не попал в действующий список присяжных.) Я же не волновался совсем. Чем дольше я изучал население, чем больше разбирался в этом деле, чем лучше узнавал своего клиента, чем больше узнавал об этом здании суда и о том, что происходило там в прошлом, тем больше я уверялся: игра будет честной.

Упомяну еще кое-что: как я уже говорил, я никогда до этого не вел дел в округе Санта-Барбара, но я заметил, что между Серверным и Южным округом существует некая разница в менталитете. Санта-Мария находится в Северном округе, где преобладают в основном работники производства – рабочий класс, и это население весьма консервативно. Южный округ считается более богатым и либеральным. Там находится Калифорнийский Университет, управление окружного прокурора. Я обнаружил, что в законодательные органы штата было подано два билля в попытке отделить Север от Юга. И я сказал себе: “Сыграем на этом. Это – сообщество Майкла. Он выбрал его. Людям он нравится. Давайте окружим Майкла его сообществом и противопоставим их этому мстительному окружному прокурору с юга”. И я думаю, это сработало, потому что, как я узнал, большинство людей в этом сообществе считали, что окружной прокурор лично мстит Майклу Джексону. В начале 90-х он созвал большое жюри в попытке выдвинуть обвинение, но ничего не вышло. Большое жюри встречалось около шести месяцев и ничего не предъявило Майклу Джексону! Недавно я разговаривал с женщиной, которая участвовала в созыве того большого жюри Лос-Анджелеса, - она сказала, что у них были серьезные вопросы к обвинениям. Похоже было, что люди пытаются получить деньги с Майкла Джексона, выдумывая эти обвинения. Так что в начале 90-х прокурор не смог ничего ему предъявить. Тогда в середине 90-х он полетел в Австралию и Канаду – это единственные страны, о которых мне известно, но возможно, он ездил и в другие – в поисках «жертв» Майкла Джексона. И снова остался ни с чем! Ему ответили: «Исчезни! Он ничего нам не сделал!» Тогда прокурор создал веб-сайт в департаменте шерифа для сбора информации на Майкла Джексона. И в конце концов он получил дело, о котором вы знаете, которое слушалось в этом году. И окончилось вердиктом “невиновен” по десяти обвинениям в тяжких преступлениях и таким же “невиновен” по четырем обвинениям в меньших правонарушениях. Он не доказал даже правонарушений! Дело, по моему мнению, было полнейшим обманом. Это была попытка беспринципных обвинителей и полиции любыми средствами и убеждениями получить обвинительный приговор хотя бы по одному пункту. И это совершенно не справедливо – то, что сделали с Майклом Джексоном в этом году. Но, тем не менее, мое заключение по расовому вопросу было таково. Я сказал людям, с кем имел возможность переговорить об этом, что для афроамериканцев Майкл Джексон - чёрный. Он чёрный. Если вы спросите у него, какой он расы, он ответит: чёрный. Но для многих белых людей Майкл Джексон превосходит расу. Он объединяет людей. Мы проиграли присяжным записи, где он рассказывает о том, почему любит людей всех континентов и всех рас. В какой-то момент он говорит: «Я бы хотел усыновить ребенка с каждого континента». Он говорит о том, как ненавидит расизм, ненавидит нетерпимость. И я совершенно убеждён, что присяжные увидели в Майкле Джексоне человека, который объединяет людей, а не разобщает их. Я никогда не волновался о том, что они вынесут несправедливое решение. Просто не волновался. Я никогда не думал, что эти присяжные встанут на сторону окружного прокурора, потому что «это их округ». Я никогда не думал, что эти присяжные накажут Майкла Джексона за то, что у него длинные волосы. У него серьёзная болезнь кожи, которую я видел, она называется витилиго. Он показывал мне симптомы. У него на спине видны коричневые пятна и белые пятна – болезнь прогрессирует и поглощает кожный пигмент. Он очень стесняется этого и предпочитает носить макияж вместо того, чтобы иметь пятна по всему лицу. Это его выбор. Я не думаю, что это преступление. СМИ изображали его таким странным и эксцентричным! Я говорил людям: «Включите телевизор вечером, и увидите людей, которые страннее Майкла Джексона». Он – творческая личность. Он живет в своем ритме жизни. В записи, которую мы проиграли для присяжных, он говорит: «Тебе нравится ходить на футбол, а мне нравится сидеть на своем дереве и сочинять музыку». Да, он другой. Да, он музыкальный гений. Да, у него есть свои проблемы. Да, он человек. И нет, он не преступник!

Том Мезеро: Итак, вот три примера, в которых сначала требовалось определить, есть ли расистский компонент, и определить объективно, а затем задать себе, как адвокату, вопрос: “Что я буду с ним делать?” И нельзя никого слушать в таких вопросах. Нельзя слушать СМИ. Нельзя слушать торговцев скандалами! Нужно понять самому, исходя из фактов, улик, того, что вы знаете о своем клиенте, свидетелях, о происходящем. Я не стал поднимать расовый вопрос. Я не думал, что Майкла Джексона обвинили из-за его расы, я думал, что его обвинили, потому что он - гигантская знаменитость!

Вот вам случай: последним свидетелем, которого я вызвал, был актёр-комедиант Крис Такер. И Крис Такер показал, что эта семья, которая обвиняла Майкла Джексона, пыталась добиться денег и от него тоже. Эти люди хотели получить его автомобиль. Они сказали ему, что у ребенка рак, как сказали и Майклу Джексону. Мальчика пригласили на день в Лас-Вегас, где Крис Такер снимал фильм "Rush Hour", и они жили там три недели, после выставив ему счет за всё. Они продолжили просить у него деньги, и тогда он полетел в Майами, встретился с Майклом Джексоном и предупредил его: “Осторожнее! Что-то не так!” Он предупредил Майкла Джексона об этом мальчике и его семье. Перекрёстный допрос вел окружной прокурор Том Снеддон. В какой-то момент он показал Крису Такеру увеличенный фотоснимок Криса с обвинителем и его семьей на свадьбе. Крис с юмором заметил: «Мне нравится фото. Где бы мне такое взять?» Все в зале усмехнулись, а окружной прокурор сказал: «Я достану его для тебя, если будешь хорошим мальчиком». (Обращение «boy» - «мальчик» было принято по отношению к чернокожим рабам, поэтому сейчас считается расистским. – прим. пер.) Насколько я могу судить (я тогда не следил пристально за СМИ, так как был занят работой и телерепортажи ухватывал только в перерывах), афроамериканское сообщество не очень обратило на это внимание. И я был этому рад. Потому что, опять же, возвращаясь к целям защиты и моим убеждениям о том, что эффективно: я не хотел поднимать вопрос расизма в этом деле. Я видел присяжных – я чувствовал присяжных – и я не думал, что это может нам помочь.

В день, когда присяжные удалились для вынесения решения, я чувствовал себя очень хорошо и считал, что наше дело прошло замечательно. И я сказал ряду людей, что не хочу примешивать сюда расовый вопрос. Я не хочу, чтобы меня ассоциировали с поднятием расовой проблемы в этом сообществе. Я не думаю, что это нам поможет. В начале разбирательств разные люди, связанные с Майклом Джексоном, спрашивали меня, как, по моему мнению, идет дело. Тогда я был весьма обеспокоен, и позвольте мне объяснить, почему. В ноябре 2003 года в Неверлэнде был совершен обыск 70-ю шерифами. Я получил звонок, будучи в дороге, когда возвращался в Лос-Анджелес из отпуска в Биг-Сэре, Калифорния. Меня спросили, не прилечу ли я в Лас-Вегас на встречу с Майклом Джексоном, потому что он хочет, чтобы я представлял его интересы. Я долго и серьезно обдумывал это, но в конце концов отклонил предложение, так как готовился защищать актера Роберта Блейка в деле об убийстве, назначенном на февраль 2004 года. Я подумал, что не смогу эффективно вести два дела сразу. Это только свело бы обоих клиентов с ума, если бы я был недоступен, когда они во мне нуждались. И люди Майкла были весьма удивлены, что кто-то отважился отказаться, но я отказался. Потом, дней за 10 до суда, в феврале 2004 года, у нас с Блейком случился разлад и я вышел из дела, и примерно через полтора месяца мне позвонил Рэнди Джексон, брат Майкла, с которым мы дружны многие годы. Он спросил, не передумал ли я и не прилечу ли во Флориду для встречи с ними. Я согласился. Я слетал туда, встретился с Майклом, вернулся, спустя пять или шесть дней меня спросили, возьму ли я дело, я ответил утвердительно и был нанят. Но то, что я видел по ТВ до того, как был нанят, вызывало у меня сильное беспокойство. Вы, вероятно, помните день предъявления обвинения. Я тогда еще не был его адвокатом. Во-первых, безопасность Майкла обеспечивала Нация Ислама, и их поведение в Санта-Марии в тот день очень бросалось в глаза. Не поймите меня неправильно, я работал с Нацией Ислама многие годы, и работаю до сих пор. Я даже согласился защищать их западного регионального лидера, в случае если ему предъявят обвинение в нападении на полицейского (что власти грозились сделать, но пока не сделали). Я прекрасно знаю, какую работу Нация Ислама проводит в Лос-Анджелесе. Знаю, как они борются с организованной преступностью. Знаю, как они борются с наркотиками. Знаю, как они стараются учить людей ответственности и духовности и как много делают, чтобы остановить насилие в городе, являющемся криминальной столицей Америки. Я работал с Нацией Ислама в деле Патриции Мур – они ее очень поддерживали. И, тем не менее, я считал, что выступление Нации Ислама в качестве охраны Майкла в Санта-Марии не пойдет на пользу его защите. Я чувствовал, что это отдаляет его от сообщества, в котором он живет и которое должно его судить, вместо того, чтобы делать его частью этого сообщества. И я выразил свою позицию очень ясно. Нельзя с этого начинать!

Я также видел его адвокатов и советников на собрании в отеле Беверли-Хиллс - шикарном отеле Лос-Анджелеса. У них прошла встреча, и об этом трубили все новости – о том, что эти жирные коты, которые советуют Майклу Джексону, собрались в отеле для выработки линии защиты. Они называли себя “командой мечты”. И, смотря новости, я сказал себе: «Это неправильно. Это не помогает Майклу в этом сообществе. Это отдаляет Майкла от сообщества». Подчеркните лучше, что он – такой же, как и люди, собравшиеся вокруг здания суда. Не подчёркивайте, что он – особенный, важнее этих людей или сильно отличается от них, потому что это не так. И я озвучил свои чувства по этому поводу. Я смотрел на это исключительно с позиции того, что ему поможет. Не с позиции того, что будет правильно выглядеть с политической или моральной точки зрения. Я отвечал на вопрос: “Как мне спасти жизнь Майкла Джексона?” Как вы, наверное, помните, если следили за процессом, во время второго вызова в суд, когда я уже был его адвокатом, Нации Ислама в центре картины не было. Да, мусульманская охрана в некотором составе присутствовала, но ее не было видно. И больше не было ни приемов в Неверлэнде, ни саммитов в Беверли-Хиллс и подобного рода вещей. Они не шли на пользу защите Майкла.

Но в конце дела – и, буду откровенен, к сожалению, это получило огласку на ТВ – появился Преподобный Джесси Джексон. Я очень уважаю его, в особенности за то, что он сделал для движения в защиту Гражданских Прав. Но тогда его появление огорчило меня. Я выпустил пресс-релиз о том, что никто не говорит от имени Майкла Джексона и его семьи, что суд запретил участникам процесса обсуждать подробности дела и мы будем уважать это решение. У меня состоялся разговор с Преподобным Джексоном, в котором я объяснил ему то же, что сейчас объясняю вам: это не дает нам никаких преимуществ. «Большинство белых людей при виде вас думают, что есть какая-то расовая проблема, расовая несправедливость, которую вы собираетесь разоблачить и с которой собираетесь бороться, – сказал я ему. – Это прекрасно, но в моей работе сейчас мне это не поможет». И он отступил. Он провел там пару дней, но он понял мои цели, мои мотивы. Я по-прежнему уважаю его, но в тот момент его присутствие было для меня нежелательно по причинам, которые я вам объяснил. Также меня спрашивали, хочу ли я, чтобы приехал Аль Шарптоно. Я ответил, что это тоже не лучшая идея, и он меня прекрасно понял. Он тоже думал, что ему не стоит там находиться. Но, в конечном счете, это задача адвоката – сформулировать эти вопросы и ответить на них. Посмотреть на них объективно. Не стоит от них отворачиваться, не стоит притворяться, что наше общество подчиняется каким-то выдуманным стереотипам. Отдавайте себе отчет в том, каково оно на самом деле, и выстраивайте стратегию защиты соответственно. Именно это я пытался сделать. К счастью, мы преуспели, и я абсолютно уверен, что решение суда было справедливым.

Я знаю, что среди вас много студентов, изучающих тактику судопроизводства. Позвольте мне сказать пару слов о тактике, потому что я использовал некоторые неортодоксальные тактики, за которые меня критиковали вплоть до вердикта. Я просто кратко их резюмирую. Суд – это упражнение на знание людей. Если вы не понимаете людей, значит вы не готовы вести дело так хорошо, как возможно. Людей не изучают в школах юриспруденции. Правда, не изучают. На самом деле, по-моему, в школах вас учат, что судебная практика – это сплошь интеллектуальные упражнения. А это не так. Лучшие юристы и адвокаты понимают то, что происходит в сердцах и душах людей, так же хорошо, как то, что происходит в их умах. Вам придется работать с людьми, которые не учились в школах юриспруденции, не ходили в колледж. С людьми из самых разных слоев общества. Некоторые из них образованны, некоторые нет. Но кем бы они ни были, вы должны понимать, что человеческая природа – гораздо шире и многограннее, чем только интеллект. Вы должны научиться видеть мотивы поступков людей. Вы должны понять, какой тип людей обычно прислушивается к вам, как к юристу, в суде, а это можно познать только на опыте. Вы должны научиться чувствовать инстинкты людей, их интуицию, их стиль мышления. Не все поддается логике, поверьте мне. И я искренне считаю, что юридические академии вредят будущим юристам в том, что не учат их быть хорошими людьми.

Я часто говорю о важности благотворительной работы, потому что очень верю в неё и сам занимаюсь ею. Но многие студенты смотрят на меня вопросительно: «О чем он говорит? Я в долгу! Я еле свожу концы с концами. Я не могу платить за квартиру. Я хочу новую машину. Мне предложили хорошую работу. Ты с ума сошел?» Конечно, я никому не могу указывать, как им прожить свою жизнь. Только вы сами можете определить, что подходит лично вам. Всего нам в жизни все равно не успеть, и нужно выбирать то, что кажется лучшим. Но скажу вам вот что: с тех пор, как я окончил юридическую академию, все исследования на тему удовлетворенности юристов своей работой, что я видел, были печальными. Все исследования указывают, что подавляющее большинство юристов не счастливы на своей работе. И, кажется, они принимают это как данность. А на деле я видел следующее. Я видел как юристы – особенно умные, из хороших институтов, с хорошим академическим образованием, – получают очень престижные работы. После того, как флер новизны сходит, они понимают, что несчастны, и уходят на другую престижную работу. А потом на следующую. И им даже не приходит в голову, что, меняя работы, они не меняют работу совсем. Многие из них в конце концов оседают где-то в престижных организациях, на огромных деньгах, но удовлетворения так и нет. Кто-то делает более радикальные шаги. Некоторые юристы уходят в федеральную прокуратуру, где все считают себя элитой. И вот, они перепрыгивают из престижной фирмы в прокуратуру, а потом обратно в престижную фирму, и наконец однажды вечером вы встречаете их в баре за третьей или четвертой рюмкой и признанием: «Мне не нравится моя работа!» Но они все равно не сменят ее – это для них рутина.

Был такой юрист по имени Уильям Канслер – он скончался десять лет назад. Уильям написал прекрасную книгу под названием “My Life As A Radical Lawyer”, которую опубликовал за год до смерти в 1994 году. Я бы всем советовал ее прочитать. Это захватывающая книга. Правда, как соавтор признается во введении, Уильяму нравилось рассказывать красивый миф о себе и свойственно было немного приукрашивать. Но тем не менее. Это был человек, который все делал “правильно”. Он выпускник Йельского Университета, специализировался во французском языке и позже преподавал в Йеле. У него был замечательный послужной список во Вторую мировую войну. Он учился в Юридической Школе Колумбии и вместе с братом основал фирму в центре Манхэттена. Он купил хороший дом в Вестчестере и жизнь его шла как по маслу, вот только все это не приносила ему никакого удовлетворения. И однажды ему позвонил кто-то из Американского союза защиты гражданских свобод: “У нас есть дело по гражданским правам на крайнем Юге. Не поможете нам?” Он согласился и начал работать на Юге с Мартином Лютером Кингом-младшим. Эта работа для движения в защиту гражданских прав его затянула. Он прославился на всю страну после процесса “Чикагской Семерки” в конце 60-х, где решалось, спровоцировали ли подсудимые беспорядки перед Демократической Национальной Конвенцией 68-го года. Уильям решил посвятить свою дальнейшую карьеру защите париев - людей, к которым никто и близко подходить не хотел. Он получал удовольствие от идеи защищать людей, которые казались беззащитными. Под конец жизни он больше сосредоточился на арабо-американцах, которые в свете взрывов в Нью-Йорке в 1993 году становились главной целью расизма, несправедливости и нетерпимости. И все сходятся во мнении, что он прожил очень красочную, интересную, полноценную профессиональную жизнь. Через пару лет после его смерти профессор правоведения в Алабаме написал книгу “Уильямом Канслер: самый ненавистный юрист Америки”. Он проанализировал жизнь Канслера со своей точки зрения и пришел к выводу, что это был действительно счастливый в своей работе человек. Это было юрист, который что-то изменил в мире, повлиял на общество, нашёл удовлетворение в своей деятельности. Юрист, который чувствовал, что не зря получил свою степень. Он заставил юридическую систему работать там, где иначе она бы ни за что не сработала.

Сегодня я говорил с профессором Оглетри о другом знаменитом юристе из Чикаго, который жил гораздо раньше Уильяма Канслера, - человеке по имени Кларенс Дарроу, о котором многие из вас, наверное, слышали. Кларенс Дарроу тоже до какого-то момента своей карьеры делал все правильно. Он был юрисконсультом муниципалитета Чикаго, а эта должность тогда считалась отличным стартом на пути к славе и состоянию. Потом он стал главным юрисконсультом по железным дорогам в Иллинойсе, что также считалось очень перспективной должностью. Но ему этого просто не хватало. И он начал представлять профсоюзы, а в те времена люди, связанные с профсоюзами, считались преступниками. Профсоюзы считались преступными организациями, почти как мафия в более поздние годы. И он нашел желаемое удовлетворение в благотворительной работе, оказал огромное влияние на общество, и, безусловно, считается теперь очень деятельным и успешным юристом.

Жизнь по правилам не всегда приносит счастье и удовлетворение. Она может его принести, на время. Может даже и навсегда. Если это так, цените такую жизнь, но если нет, не бойтесь попробовать что-то иное. Я мог бы говорить об этом часами, поскольку сам выбрал для себя этот путь. В какой-то момент мне пришлось признать, что я, в общем-то, неприспособленный к нашей системе ренегат: я чужой в этих прекрасных местах, куда все так стремятся. Я был там, но они мне просто не подходят. И я люблю благотворительную работу. Я люблю на что-то влиять. Когда вы добиваетесь оправдательного приговора в деле об убийстве для кого-то, у кого иначе никогда не было бы шанса, для невиновного человека, не имеющего средств, нет ничего приятнее, чем видеть, что это означает для него и его семьи. И даже если вы представляете кого-то, кто виноват, просто заставить систему работать, заставить этих высокомерных обвинителей не злоупотреблять законом, не злоупотреблять фактами, и не использовать людей, которые кажутся беззащитными – это прекрасное чувство! Я не говорю, что все обвинители такие. Но такие есть! И полиция тоже, бывает, злоупотребляет своей властью и обязанностями. Выводить их на чистую воду и делать эту систему самой лучшей системой в мире – это работа, приносящая огромное удовлетворение.

Наконец, – возвращаясь к тактикам – нас, юристов, учат традиционно. Традиции передаются из поколения в поколение, и у большинства юристов нет ни времени, ни желания посмотреть на эти традиции под микроскопом и задать себе вопрос: “Сработает ли этот подход в данном случае?” Люди просто делают то, чему научены. Приведу пример: в своей вступительной речи в деле Майкла Джексона я сказал то, что многие специалисты по уголовному праву сочли бы ересью. Как мы все знаем, в деле всегда есть презумпция невиновности. Бремя доказательства преступления до такой степени, чтобы у жюри не осталось обоснованного сомнения, ложится на сторону обвинения, а защита не обязана ничего доказывать. Это всё звучит восхитительно. Но что это, по сути, означает в зале суда? Мне кажется, это означает вот что, и вот что это означало в деле Майкла Джексона. Во-первых, как правило, присяжные уверены, что юристы знают правду, независимо от того, так это на самом деле или нет. Во-вторых, они сами хотят знать, где правда. И когда адвокат, глядя на присяжных, во вступительной речи произносит: “У моего клиента есть презумпция невиновности и это обвинение должно вам что-то доказывать, а я сделаю так, что у вас в конце будет повод для сомнения”, я думаю, типичный присяжный посмотрит на такого адвоката и скажет: “Его клиент виноват! Он просто думает, что сможет помешать обвинению доказать это!” Мне так кажется. Идя на суд Джексона, я горячо верил, что правда на нашей стороне, улики на нашей стороне. И я не видел, почему бы не заявить об этом, почему бы не бросить это обвинению в лицо. Поэтому в своей вступительной речи я сказал: «Я дам вам обещания. Я заключу с вами договор. Я докажу, что этот человек невиновен». Я никогда не упоминал, на ком из нас лежит бремя доказательства. Я никогда не упоминал обоснованное сомнение. У меня была причина этого не делать, и причина эта в том, что я хотел быть носителем правды, а не уступать эту роль оппоненту. Мне не хотелось создавать впечатление, что я играю формальностями. Пусть их выступление выглядит так! И я чувствовал, что вступительная речь дала нам хороший импульс. Мне кажется, после этого так и не потеряли его и именно поэтому Майкл Джексон был оправдан в полной мере.

В юридической академии вы изучаете перекрестный допрос. Вас учат: «Не задавайте открытых вопросов, не задавайте вопросов, начинающихся с «как», не задавайте вопросов, начинающихся с «почему». Этим вы открываете дверь для потока ужасов». Ну, наверное, начинать действительно нужно с этого принципа. Но если вы будете следовать ему на протяжении всей карьеры, то никогда не станете асом перекрестных допросов. Если в какой-то момент вы не начнете идти на эти риски, то вам не добиться профессионализма. Вы должны достичь такого уровня мастерства, когда инстинкты подсказывают вам: «вот здесь это можно делать, а вот здесь нельзя». После предварительного слушания Роберта Блейка, которое три недели транслировалось по ТВ, какой-то репортер с Court TV сказал мне: «Мы еще не видели, чтобы кто-нибудь задавал столько открытых вопросов! Но вам всегда удается оборачивать их в свою пользу!» И это непросто! Мне пришлось долго работать над этим умением, потому что в академии меня учили тому же, чему и вас. Но нельзя бояться своего дела, особенно, если на вашей стороне правда. Не бойтесь своего дела. Не стоит чрезмерно осторожничать, как делают многие адвокаты. Эксперты говорили, что мне следовало прекратить допрос, когда обвинение закончило вызов свидетелей в деле Майкла Джексона, потому что наши перекрёстные допросы и так были эффективными. Но скажу вам, что если бы я не вызвал своих свидетелей, мы бы получили по крайней мере патовую ситуацию у присяжных. Не думаю, что мы непременно получили бы вердикт “невиновен”. Я знал, что даже если мы придем к патовой ситуации, я все равно прославлюсь, потому что считалось, что дело заведомо проигрышное. Сказали бы: «Он молодец: подвесил жюри в таком большом деле, прямо как Лесли Абрахмсон в том первом деле Менендез». Для меня это, наверное, было бы неплохо. Но что это означало бы для моего клиента? Прежде всего, прокуроры довели бы дело до суда повторно и исправили множество своих ошибок. Судья мог бы изменить некоторые из своих решений, которые были нам на пользу. Не думаю, что жизнь Майкла Джексона была бы спасена, если бы мы завершили допрос свидетелей тогда, когда его решило завершить обвинение. Конечно, применяя этот принцип к своему делу, вы рискуете, так как ваш свидетель будет подвергнут перекрестному допросу. Но опять же повторю: я чувствовал, что правда на нашей стороне. Я чувствовал, что улики на нашей стороне. Поэтому я не останавливался. Мы вызвали пятьдесят свидетелей, обвинение вызвало девяносто. И мы получили тот результат, который получили.

На все, чему вас учат, в какой-то момент нужно посмотреть под микроскопом. Я помню, в юридической академии – и я не могу поверить, что нас действительно этому учили, – нам говорили: «Просто изложите свою точку зрения в конце и резюмируйте ее». Это безумие! Присяжные принимают решение не только в конце! И они выбирают сторону быстро! Многие люди упрямы и цепляются за те выводы, к которым уже пришли. Поэтому нужно продвигать свою версию с первого дня. И нужно делать это убедительно. Свою историю нужно рассказывать уже в вопросах. Нельзя дожидаться конца, чтобы свести все воедино. И не стоит полагать, что присяжные рассуждают так же, как вы: нужно буквально вдолбить им вашу точку зрения. По сути, вы должны произносить вступительную речь во время вступительной речи, прямого допроса, перекрестного допроса и заключения. У вас есть четыре этапа, чтобы рассказать свою историю. Не думайте, что перекрёстный допрос нужен лишь для того, чтобы дискредитировать свидетеля: он нужен вам, чтобы рассказать вашу историю! И то, как вы дискредитируете свидетеля, очень зависит от того, что вы думаете об этом свидетеле. По некоторым свидетелям видно, что это хорошие актёры, социопаты, психопаты, и вы понимаете, что чем дольше они будут давать показания, тем больше выставят напоказ свою истинную суть. Они могут оступиться лишь на долю секунды, но рано или поздно они оступятся. Иногда бывает полезно держать свидетеля под присягой несколько дней. Меня, например, критиковали за избыточные допросы. Однажды вечером я переключал каналы, и попал на кого-то, кажется, из Бостона, кто заявил: «Мне кажется, он слишком детально рассматривает дело!» Этот товарищ за всю жизнь не был ни в одном зале суда и понятия не имел, о чем говорит, но, тем не менее, ему казалось, что я слишком детально рассматриваю дело! Полагаю, под этим имелось в виду: «Зачем он держит свидетеля так долго?» Про некоторых свидетелей, на которых полагалось обвинение, я заключил, что чем дольше они будут давать показания, тем хуже будут выглядеть. Даже если они говорят о мелочах, о вещах, которые не кажутся значительными, не важно. Важно позволить присяжным заглянуть этому свидетелю в душу и сердце. Покажите им, кто этот человек, покажите им, какой он лжец и мошенник. Держите его под присягой, держите его, держите его.

Здесь, очевидно, речь про мать Гэвина, Дженет Арвизо, которая на допросе выглядела почти ненормальной. Присяжные позже признались, что именно показания Дженет убедили их в том, что обвинения безосновательны. В интервью сразу после вынесения приговора они как раз говорят об этом:


http://www.youtube.com/watch?v=DUFehzZq … r_embedded

И в заключение скажу о средствах массовой информации. Я атакую СМИ с самого вынесения вердикта. Я очень уважаю профессиональных журналистов, следующих этическому кодексу. Журналистов, имеющих профессиональные ценности. Журналистов, которые, сообщая о том, что происходит в зале суда, не показывают своей заинтересованности в конкретном исходе дела. Если они сообщают о вердикте, вы никогда не узнаете, каково их личное мнение, потому что они профессионалы. И у нас были такие журналисты. У нас была Линда Дойтч из Associated Press, Марк Тиабби от NBC. Вот это профессионалы. Дон Хоббс из Santa Barbara News Press. Но помимо них у нас была и толпа клоунов! Я называю их желтыми репортёрами. Я не называю их журналистами, они недостойны этого звания. Люди с Court TV, люди с некоторых кабельных телеканалов. Люди, которые вопили и кричали о своем мнении, хотя сами в жизни не были в зале суда. Люди, которые пытались делать вид, будто знают, что происходит, – бывшие прокуроры и адвокаты в Нью-Йорке, которые ни разу в жизни не вели настоящего дела, но пылко рассуждали о важности или неважности того или иного свидетеля или улики, только чтобы попасть в камеру. И освещение дела было чудовищным. В общем и целом – чудовищным.

Всегда помните о том, что приоритеты СМИ отличаются от приоритетов тех, кто участвует в процессе. СМИ не находятся под присягой. Они не ответственны за то, что случится с ответчиком или жертвой – если есть жертва, – или с семьей жертвы и семьей ответчика. Они никогда не будут винить себя в исходе дела, каков бы он ни был. К ним практически не относятся распоряжения суда. Судья может велеть им сидеть в определенном месте или парковаться в определенном месте, но не более того. И единственное, что их волнует, это рейтинг и деньги. Это может быть самый скучный день в суде, но потом вы включите телевизор и услышите о том, какой захватывающий и драматичный это был день. Потому что они пытаются завоевать аудиторию и удержать аудиторию – это их бизнес. И обычно, предсказывая исход громких процессов, они ошибаются! В деле Менендез они предсказали, что вердикт будет “виновен”, но дело было подвешено. Про О. Джея Симпсона говорили, что он будет признан виновным, но приговор был оправдательным. В деле Роберта Блейка они предсказали обвинительный приговор, но подсудимого оправдали. Скотту Питерсону предсказывали оправдание или подвешенный вердикт, но его признали виновным и приговорили к смерти. И в деле Майкла Джексона все СМИ сходились во мнении, что его осудят, но мы получили четырнадцать вердиктов “невиновен”. Дела выигрываются в зале суда, а не за его дверями. Конечно, на средства массовой информации нужно обращать внимание. Положительные репортажи о вашем клиенте не повредят, но если вы уделяете слишком много времени происходящему в СМИ и отвлекаетесь от подготовки к тому, чтобы выиграть дело перед двенадцатью присяжными, то в конце вы, вероятно, будете сильно разочарованы. Дела выигрываются внутри зала суда.

По моим наблюдениям американские присяжные в массе своей очень почтенные, трудолюбивые, серьезно относящиеся к своим обязанностям люди, не подверженные влиянию СМИ. Некоторые юристы позиционируют себя как специалисты по отбору жюри или эксперты по средствам массовой информации, но я на это не покупаюсь. Хороший юрист должен знать, как вести дело, и уметь сосредоточиться на ведении дела. И ничего больше. Да, можно нанять кого-то, кто попытается сгладить эффект от негативных репортажей – ради бога. Лучше иметь положительную информацию о вашем клиенте, чем отрицательную. Но не стоит заблуждаться, думая, что таким образом вы выиграете дело. Мне кажется, в деле Скотта Питерсона, защита выиграла PR-битву, но проиграла битву в зале суда. Мы видели совершенно изумительные репортажи о том, как блистает защита и как плохо выступает обвинение, как в деле об убийстве у них нет ни одного очевидца, нет судебных экспертов, и т.д. и т.п. А в итоге это оказалось очень мощное дело, выигранное в суде на основе косвенных доказательств. Сам я там не был, поэтому не могу сказать, кто выступал хорошо, а кто плохо. Все, что я знаю, это что я видел много прекрасных пресс-репортажей с предсказаниями оправдательного исхода, и все мы знаем результат. Я предпочту быть поджаренным в прессе, но выиграть при этом суд. Средства массовой информации обладают соблазном и притягательностью: вы начинаете думать, что дела выигрываются там. Юристы легко попадаются на эту удочку и забывают о том, что на самом деле важно. Важен не адвокат и не его репутация в СМИ. Благополучие клиента и вердикт присяжных – вот что важно.

morinen

+4

61


http://www.youtube.com/watch?v=gb-0y4cuPpc

0

62

http://s17.rimg.info/21468924bdf02f41072087f1d6d969e1.gif  \гугл

Томас Мезеро, объясняющий Франка Кассио (@fdcascio) свидетельствующий при испытании 2005 года, выходит в @posmike подкасте
. Всех остальных назвали unidicted cо-заговорщиком. Франк Кассио, Винни Амен, Дитер, Konitzer, Марк Шэффель. То, что я думаю, что он сделал, было, он хотел отпугнуть дневные светы от этих потенциальных свидетелей Майкла Джексона, потому что они были там, когда Арвизо был вокруг. И сделать это он вид вешает возможность зарядки их по их головам, он вынудил их всех получить адвокатов, и он испугал их. Давайте столкнемся с этим.

Как я сказал в других обсуждениях были другие технические причины, которые он предъявлял тому обвинению. Это позволило бы Арвизо свидетельствовать о Cascio, Shaffer, Аминь, Дитере и Коницере и в то же самое время отпугивать их так, Майкл не мог ввести их, чтобы противоречить или опровергнуть то, что сказал Арвизо. Это было очень очень зловещим, по моему мнению.

Таким образом, Франк Кассио и остальные весь получили адвокатов, Вы будете ожидать их к. Они смотрели на возможность обвинений в уголовном преступлении заговора и годы тюремного заключения. Мы были видом подготовки нашей защиты и попытки выяснить, кем все были и что они могут внести в нашу защиту и что они должны были сказать и что они сказали другим людям, говорите с ними Sneddon и компания. Вы знаете, что это - какова преступная защита. Это было огромным случаем, все было увеличено миллион раз.
Всех остальных назвали unidicted cо-заговорщиком. Франк Кассио, Винни Амен, Дитер, Konitzer, Марк Шэффель. То, что я думаю, что он сделал, было, он хотел отпугнуть дневные светы от этих потенциальных свидетелей Майкла Джексона, потому что они были там, когда Арвизо был вокруг. И сделать это он вид вешает возможность зарядки их по их головам, он вынудил их всех получить адвокатов, и он испугал их. Давайте столкнемся с этим.

Как я сказал в других обсуждениях были другие технические причины, которые он предъявлял тому обвинению. Это позволило бы Арвизо свидетельствовать о Cascio, Shaffer, Аминь, Дитере и Коницере и в то же самое время отпугивать их так, Майкл не мог ввести их, чтобы противоречить или опровергнуть то, что сказал Арвизо. Это было очень очень зловещим, по моему мнению.

Таким образом, Франк Кассио и остальные весь получили адвокатов, Вы будете ожидать их к. Они смотрели на возможность обвинений в уголовном преступлении заговора и годы тюремного заключения. Мы были видом подготовки нашей защиты и попытки выяснить, кем все были и что они могут внести в нашу защиту и что они должны были сказать и что они сказали другим людям, говорите с ними Sneddon и компания. Вы знаете, что это - какова преступная защита. Это было огромным случаем, все было увеличено миллион раз.
Таким образом, Франк Кассио получил адвоката, и я не хотел Майкла, говорящего с ним или им говорящий с Майклом, потому что это откроет дверь в типы экзамена ДЕСЯТЬЮ КУБОМЕТРОВ в испытании. Хотя я полагаю, что они говорили так или иначе, потому что они были друзьями много лет.

И адвокат Кассио Джо Такопина из Нью-Йорка начал называть меня и спрашивать меня, что продолжалось и что я думал. Я сказал бы ему, что я мог и я спросить его, что был готов Франк. Моим впечатлением был Франк, слушал его адвоката. Его адвокат шел очень тщательно, очень профессионально, очень изящно через доказательства и пытался узнать, как защитить его клиента. Какова его работа была. Таким образом, его адвокат сразу же не говорил, что "сделает то, что Вы хотите", он был осторожен относительно этого, и я думаю, что Франк слушал своего адвоката. Я не знаю то, что он сказал Майклу или что Майкл сказал ему. Я знаю, что его члены семьи говорили с Майклом, я не был посвящен в те беседы. Вы знаете, что они - все очень близкие друзья.

В некоторый момент восприятие, что Франк не был совместным, развилось. Я не настолько уверен, почему это, возможно, развилось. Это, возможно, был только его адвокат, являющийся осторожным и осторожным. Но я могу сказать это в конце, о котором он был готов свидетельствовать. Его адвокат сказал мне, что был готов свидетельствовать, у него было много бесед. То, что я думаю, произошло, был, он боялся, он слушал своего адвоката, его адвокат был осторожен, который, возможно, был рассмотрен как он не быть совместным, но я скажу это в конце, о котором он был готов войти и свидетельствовать. Это - то, что я думаю, действительно произошел с Франком Кассио.
Теперь Вы знаете, что я не могу обвинить его в том, что он был испуган. Он действительно говорит в своей книге, что я должен указать, что Sneddon предложил ему иммунитет от судебного преследования. То, что это означало, было то, если бы он выступал вперед и сотрудничал с Sneddon и офисом DA, то он не мог бы быть преследован по суду. Он также должен был быть готов свидетельствовать против Майкла, и он отказался от этого. Даже при том, что это было бы очень безопасным способом пойти, чтобы удостовериться, что Вы не обвинены. Вы должны дать ему кредит на это. Должен дать ему кредит, для которого, должен понять, насколько испуганный они были о том, чтобы быть обвиненным в заговоре уголовного преступления, идущем в тюрьму. Вы должны ценить, он слушал своего адвоката, который продолжал осторожно и тщательно выяснять, как лучше всего защитить его клиента. Таким образом, я не думаю, что любой должен обвинить Франка. Действительно не делайте.

Теперь другие люди не были столь испуганы, как он был. Например Крис Такер и Макулей Калкин не были unidicted cо-заговорщиками. Они никогда не сталкивались с обвинениями. Таким образом, они прибыли право и сказали их адвокатам и агентам и менеджерам и советникам, "мы свидетельствуем для Майкла всякий раз, когда он нуждается в нас. Вы знаете нет сомнения, что об этом". И они сделали это. Я сидел с Макулеем Калкиным и его адвокатом развлечения, и его адвокат развлечения боялся до смерти. Где, поскольку Maculay был прохладен, как может быть сказан, "когда Майкл нуждается во мне, я там". Я встретился с Крисом Такером и его адвокатом в его адвокатах домой, и его отношение было точно тем же самым, "Когда Майкл хочет меня, я не забочусь, что я делаю, я там". Но они также не сталкивались с возможностью обвинения в заговоре. Таким образом, я не строг с Франком, я понимаю целую ситуацию в конце, о котором он был готов свидетельствовать.
И поскольку он правильно сказал в своей книге, и я прочитал ее, и я наслаждался книгой, я решил, что не должен был назвать его. Я хотел получить этот случай жюри, я фактически сокращал наш список свидетеля, мы первоначально ожидали испытание к в последний раз еще нескольким месяцам. Но я хотел, чтобы это добралось до жюри, я думал, что мы действительно качали их мир так говорить, и я думал, что этот случай был готов к оправданию. Это - то, что произошло, к счастью.
http://www.twitlonger.com/show/ehs71k

+1

63

Liss написал(а):

Томас Мезеро, объясняющий Франка Кассио (@fdcascio) свидетельствующий при испытании 2005 года, выходит в @posmike подкасте

http://www.twitlonger.com/show/ehs71k

Томас Месеро о свидетельских показаниях Франка Кассио на суде 2005 года

Прежде всего, это была очень сложная, запутанная, ужасающая  ситуация.  То, что сделал Снеддон, окружной прокурор который, как всем известно, преследовал Майкла… То,что он сделал, он выдвинул эти обвинения в заговоре по многим различным причинам.   

И то, что он делал, это было очень странно.  У  него был большой список обвинений против Майкла по многим пунктам,  первым из которых был заговор.  Но  Майкл был единственным человеком, который обвинялся в заговоре. Всех, кто сразу же отверг мысль, что Майкл имел гнусные намерения, он назвал необвиняемыми сообщниками в осуществлении заговора.

Так Майкл был обвинен в заговоре.  Помните, что заговор  - это соглашение  между различными лицами для совершения преступления.  Соглашение может быть в письменной форме или не в письменной форме. It can also be an understanding. Но тем не менее, заговор включает в себя больше одного человека, и это требует требует некоего соглашения на совершение преступления.  Но единственным обвиняемым был Майкл Джексон.  Так что должен сказать, кое-что тут  неправильно.

Все остальные были  называны необвиняемыми сообщниками.  Frank Cascio, Vinnie Amen, Dieter, Konitzer, Marc Shaffel. Я думаю, что Снеддон хотел запугать и спутать этих потенциальных свидетелей в пользу  Майкла Джексона, потому что они были там, когда Arvizo было рядом. И для этого он стал угрожать им возможностью быть обвиненными, он принудил их к поиску адвокатов, и  он запугивал их. Давайте смотреть правде в глаза.

Как я говорил в ходе других обсуждений были и другие технические причины того, что он выдвинул это обвинение.  Это позволило бы Arvizo к свидетельствовать о Cascio, Shaffer, Amen, Dieter and Konitzer , одновременно отпугнуть их. Майкл не мог привлечь их в качестве свидетелей, чтобы опровергнуть  и отвергнуть то, что заявлял Арвизо. На мой взгляд это была зловещая тактика.

Как и следовало ожидать, Фрэнк Cascio и все остальные наняли  юристов. Они ожидали возможного уголовного преступления по  обвинению в заговоре, которое могло привести к нескольким годам  лишения свободы.  Занимаясь подготовкой к защите, мы пытались  выяснить о каждом, кем он являлся, и какой вклад он может внести в нашу защиту,  что им нужно говорить, и что они уже сказали другим людям, говорили ли они со Снеддоном и его приближенными.  В этом и заключается  уголовно-правовая защита.  Это был экстраординарный случай,  все преувеличивалось в миллионов раз.

Так Фрэнк Cascio нанял адвоката, и я не хотел, чтобы Майкл говорил с ним или, чтобы оон разговаривает с Майклом, потому что это открыло бы дверь для дополнительных проверок со стороны окружного прокурора в суде.  Хотя я считаю, что они говорили все равно, потому что они были друзьями на протяжении многих лет.

Адвокат Cascio Джо Tacopina из Нью-Йорка стал мне звонить и  спрашивать меня, что происходит и что я об этом думаю.  Я рассказал ему, то что мог, и спросил у него о Френке.   У меня сложилось впечатление, Френк слушал его адвоката.  Его адвокат действовал очень тщательно, очень профессионально, очень деликатно, посредством доказательств, и старался защитить своего клиента.  Это была его работа.  Так что его адвокат не сказал сразу же "он будет делать все, что хотите", он  был очень осторожен,  и я думаю, Франк слушал его адвоката.  Я не знаю, что он говорил  Майклу или, что Майкл говорил ему.  Я знаю, члены его семьи говорили с Майклом, я не был посвящен в эти разговоры.  Вы знаете, все они очень близкие друзья.

Наступил момент, когда стало понятно, что Френк не настроен на сотрудничество.  Я не совсем уверен, почему так произошло. Возможно, из-за того, что его адвокат был осторожным и подстраховывался.  Но я могу сказать, что в конце, он был готов давать показания.  Его адвокат сказал мне, что он готов давать показания, у него было много бесед.  Я думаю, все, что  случилось, было из-за того, что ему было страшно, он слушал своего адвоката, адвокат его предупреждал, что  лучше остаться в стороне. Но я должен сказать, что в конце концов он выразил желание сотрудничать и давать свидетельские показания .  Вот что я думаю, на самом деле произошло с Фрэнком Кассио.

Теперь вы знаете, я не могу винить его в том, что он был напуган.  Я должен отметить,  что он в своей книге он говорит правду о том, что Снеддон предложил ему иммунитет от судебного преследования.  Ему говорили, что  если бы он начал сотрудничать со Снеддоном и офисом окружного прокурора, его бы не привлекли к ответственности.  Он также должен был быть готовым дать показания против Майкла, и он отказался.  Хотя это был бы очень безопасный путь для снятия потенциального обвинения.  Нужно отдать ему за это должное. За это стоит его уважать, нужно понимать, как они были напуганы возможным обвинением в заговоре и возможностью попасть в тюрьму.  Вы должны понимать, что он слушал своего адвоката, который действовал осторожно и тщательно, чтобы выяснить, как наилучшим образом защитить своего клиента.  Так что я думаю, никто не должен винить Френка.  Не самом деле, не должен.

Другие не были так запуганы, как Френк. Например,  Крис Такер и Maculay Калкин не были необвиняемыми сообщниками.   Им никогда не были предъявлены обвинения.  Поэтому они пришли и прямо сказали, своим  адвокатам, агентам ,менеджерам и консультантам  "мы будем свидетельсвовать в пользу Майкла, как только мы ему понадобимся. В этом нет сомнений".  И они это сделали.  Я сидел с Maculay Калкин и его entertainment юристом и его entertainment юрист был напуган до смерти.  А Маккалей спокойно, насколько было возможно, сказал: "когда Майкл нуждается во мне, я рядом".  Я встречался с Крисом Такером и его адвокатом  в доме его адвоката, и его отношение было точно так же "Когда Майкл захочет, чтобы я был рядом, не важно чем я занят, я буду там".  Но им не угрожала возможность быть обвиненными в заговоре.  Так, что я не обвиняю Френка, я понимаю ситуацию в целом, в конце концов он захотел давать показания.

И, как он правильно сказал в своей книге,( а  я прочитал ее, и она мне понравилась), я решил, что мне не нужно вызывать его в качестве свидетеля.  Я хотел, чтобы это решил суд. На самом деле я старался сократить список наших свидетелей. Мы ожидали, что суд продлится не долго. Но я оставил это на усмотрение суда. Я считал, что мы поколебали их уверенность, и что приговор будет оправдательным. К счастью, так и случилось
Источник: Positively Michael Podcast December 4 , 2011

+3

64

Мушу, Катя, спасибо!  http://yoursmileys.ru/tsmile/bouquet/t4422.gif

+1

65

Michael Jackson Lawyer On How He Got a Great Deal for Joe Pesci’s Ex-Wife  наш симпатяга не сдается))

http://s1.uploads.ru/t/wC7ON.jpg

Tom-Mesereau

09/28/12 3:20pm Roger Friedman

Michael Jackson’s triumphant defense lawyer Thomas Mesereau is featured on NBC’s “Dateline” tonight. Maybe he’ll share some of his magic with the audience. Mesereau recently pulled off one of his better coups, managing to keep Joe Pesci’s ex wife from going to jail for the rest of her life. Claudia Haro was accused of trying to kill her ex husband (the one she had after Pesci), a stuntman named Garrett Warren. Someone shot Warren in the face after conspiring to kill him. Prosecutors decided it was Haro, who was in a highly contentious divorce and custody battle with Warren.

The government said that Haro had paid her brother to kill her ex. In the end, the brother–who had his own problems–went to prison for life. Haro got a mere 8 years in a settlement arrived at before the trial actually began, and had not had to make an admission of guilt. It was quite a coup for Mesereau, whose most famous case was the acquittal of Michael Jackson from child molestation and conspiracy back in 2005.  Pesci stood by his ex valiantly– letting her stay in his house during the trial, and — I am told by sources–paying for her defense.

Mesereau also continues to do amazing work in Alabama, where he works pro bono defending poor people accused of capital crimes but who are unable to get a fair defense.
http://www.showbiz411.com/2012/09/28/mi … is-ex-wife

Адвокат Майкла Джексона, как он  оградил бывшую жену Джо Пеши

Торжествующий адвокат защиты Майкла Джексона Томас Мезеро показан на "Демаркационной линии суточного времени" NBC сегодня вечером. Возможно он разделит часть своего волшебства с аудиторией. Мезеро недавно осуществил один из своих лучших переворотов, умея препятствовать бывшей жене Джо Пеши попадать в тюрьму за остальную часть ее жизни. Клодия Харо обвинялась в попытке убить ее исключая мужем (тот, который она имела после Пеши), каскадер по имени Гарретт Уоррен. Кто-то выстрелил Уоррену в лицо после организации заговора убить его. Обвинители решили, что это была Харо, которая была в очень спорном разводе и сражении заключения с Уорреном.

Правительство сообщило, что Аро заплатил ее брату, чтобы убить ее напр. В конце брат – у кого были его собственные проблемы – пошел в тюрьму для жизни. Аро получил простые 8 годы в урегулировании, достигнутом прежде, чем испытание фактически началось и не должно было сделать признание вины. Это был настоящий переворот для Mesereau, самый известный случай которого был оправданием Майкла Джексона от растления малолетних и заговора назад в 2005. Пеши поддержал его исключая отважно – разрешение ей остаться в его доме во время испытания, и — мне говорит платеж источников за ее защиту.

Mesereau также продолжает делать удивительную работу в Алабаме, где он работает про bono защита бедных людей, обвиняемых в преступлениях, наказуемых смертной казнью, но кто неспособен получить справедливую защиту.

0

66

MJ FANS PLEASE READ RE: Direct Message from Thomas Mesereau about his interview participation in the Randall Sullivan Book "Untouchable"

Mr. Mesereau was recently sent an email by a fan who was upset over his participation in this book citing extreme disappointment and a sense of betrayal over Mr. Mesereau's giving interviews to Mr. Sullivan.

Mr. Mesereau has asked me to (and given his permission), to post his response to this email as he feels this is very important for the fan community due to all that is going on in regards to the uproar over this book. He would like his position to be heard in the fan community and feels that there are people attempting to turn the fan base away from reading the book and getting the book stopped without knowing full details of what is in there and the very important aspect of further proof and details that will reach the general public about Michael NOT being a pedophile.

First, Mr. Mesereau's message to the fans: "Powerful people who are criticized in this book are attempting to manipulate the Michael Jackson fan base into not reading it." ~ Tom Mesereau

I myself have not read this book yet. I browsed it quickly at the bookstore today to get a glimpse, and I did notice that Mr. Sullivan used many resources, including Charles Thomson, myself and the ROTD website (via pulling info from the site), and others that some fans may not feel are in Michael's corner... I need to peronally read it in order to get a thorough feel for it. What I do know is, I have never known Mr. Mesereau to involve himself in anything that was not upright. He has always gone the extra mile to put truth out there about Michael.

Mr. Mesereau's response to the email he received:

"Thank you for your email. I respectfully disagree with your approach to Mr. Sullivan’s book.

First of all, I am less concerned with issues like Vitiligo, plastic surgery and sexuality than the hideous, false charges of pedophilia. The main question, for me, is how to restore Michael Jackson’s damaged reputation.

In my opinion, labeling one as a child molester is worse than being called a murderer. However, please remember, the authorities called Michael Jackson a particularly horrific form of child molester. They said that he took a cancer-stricken child and filled him with alcohol to “soften him up” for sexual abuse. They also claimed that Michael tried to tear children away from their families. They charged him with abducting children and falsely imprisoning them. Michael was also charged with conspiracy to extort the family of the child he allegedly abused.

There are three general groups of people that are relevant to this issue. They are:

Group One: The Michael Jackson fan community;

Group Two: People who enjoy Michael Jackson’s music and art but suspect him of being a pedophile;

Group Three: Individuals who either don’t like Michael Jackson’s music or are indifferent to him, yet believe he was a child molester.

The main question for me is “How to convince Groups Two and Three that Michael Jackson was not a pedophile?”

With all due respect to you and the Michael Jackson community, Group One has virtually no influence on Groups Two and Three. When supporters of Michael Jackson claim that he was not a child molester, people in Groups Two and Three give little credence to their position. The reaction is simply “Who cares what they have to say. They are Michael Jackson fans. What do you expect?”

Obviously, there is a similar reaction to my position. I know that Michael Jackson was not a pedophile. But, unfortunately, the general reaction from people in Groups Two and Three is “What do you expect? Mesereau was his lawyer.”

Randall Sullivan’s book will do more to dispel these horrific, false charges than anything that you or I have to say.

When Michael Jackson supporters state their beliefs in Michael Jackson’s innocence, they are usually “preaching to the choir.”

Mr. Sullivan’s book, with his conclusions that Michael Jackson was not a pedophile, has an enormous capacity to reach a large audience that continues to attack Michael’s reputation. This is because Mr. Sullivan did not approach his work as a Michael Jackson fan or supporter. His work clearly demonstrates that he is willing to address troubling, controversial issues in Michael Jackson’s life, as well as present relevant information that certain individuals don’t like. For this reason, his conclusions that Michael was not a child molester can have more persuasive weight.

On a personal note, I don’t like censorship or group boycotts. I believe that certain individuals who are criticized in this book are orchestrating a negative campaign. Some of the negative comments suggest that the critics did not even read the book. This is disturbing to me.

You say that questioning the sexuality of a “famous, talented, powerful black man is racism”. Do you think this is worse than calling a famous, talented black man a pedophile? If you do, we are in very strong disagreement.

I don’t judge people by their sexuality. Nor do I judge them by their race, religion or spiritual beliefs. Michael told me he was heterosexual and I believe him. But if he were not, it would make no difference to me.

Again, I believe we both share the same goals. We both want to restore Michael Jackson’s reputation because we know what a wonderful, kind and talented person he was. We simply have a different view of priorities.

Thank you for sharing your views with me.

Sincerely,

Tom Mesereau

via https://www.facebook.com/ReflectionsOnTheDance

Фаны Майкла Джексонадолжны это прочитать: Прямое сообщение от Томаса Мезеро о его участии интервью в "Неприкосновенной" Книге Рэндалла Салливана

Г-н Мезеро  недавно послал электронное письмо поклонникам, который был расстроен по его участию в этой книге, цитирующей чрезвычайное разочарование и ощущение предательства по предоставлению г-на Мезеро интервью г-ну Салливану.

Г-н Мезеро спросил меня к (и дал его разрешение), чтобы объявить о его ответе на эту электронную почту, поскольку он чувствует, что это очень важно для сообщества поклонника из-за всего, что продолжается в отношении шума по этой книге. Он хотел бы, чтобы его положение было услышано в сообществе поклонников, и чувствует, что есть люди, пытающиеся отклонять поклонников от чтения книги, и получение книги остановилось, не зная полное изложение того, что находится в там и очень важный аспект дополнительного доказательства и деталей, которые достигнут широкой публики о Майкле, НЕ являющемся педофилом.

Во-первых, сообщение г-на Мезеро поклонникам: "Влиятельные люди, которые раскритикованы в этой книге, пытаются управлять поклонниками Майкла Джексона в не чтение ее. " ~ Том Мезеро

Я сам еще не прочитал эту книгу. Я просмотрел его быстро в книжном магазине сегодня, чтобы получить проблеск, и я действительно замечал, что г-н Салливан использовал много ресурсов, включая Чарльза Томсона, сам и веб-сайт ROTD (через натяжение информации от места), и другие, которых могут не чувствовать некоторые поклонники, находятся в углу Майкла... Я должен к peronally прочитать его, чтобы получить полное ощущение его. То, что я знаю, я никогда не знал, что г-н Мезеро вовлекает себя во что-либо, что не было вертикальным. Он всегда шел дополнительная миля, чтобы поместить правду там о Майкле.

Ответ г-на Мезеро на электронную почту он получил:

"Спасибо за Вашу электронную почту. Я с уважением не соглашаюсь с Вашим подходом к книге г-на Салливана.

Прежде всего, я менее обеспокоен проблемами как Витилиго, пластическая хирургия и сексуальность, чем отвратительные, ложные обвинения педофилии. Главный вопрос, для меня, состоит в том, как восстановить поврежденную репутацию Майкла Джексона.

По моему мнению, маркируя один, поскольку детский хулиган хуже, чем быть названным убийцей. Однако, пожалуйста, помните, власти по имени Майкл Джексон особенно ужасающая форма детского хулигана. Они сказали, что он взял пораженного раком ребенка и наполнил его алкоголем, чтобы “смягчить его” для сексуального насилия. Они также утверждали, что Майкл попытался оторвать детей от их семей. Они обвинили его в похищении детей и ложно заключении в тюрьму их. Майкл был также обвинен в заговоре, чтобы вымогать семью ребенка, с которым он предположительно жестоко обращался.

Есть три общих группы людей, которые относятся к этой проблеме. Они:

Группа Один: Сообщество поклонника Майкла Джексона;

Группа Два: Люди, которые наслаждаются музыкой и искусством Майкла Джексона, но подозревают его в том, что он педофил;

Группа Три: Люди, которые или не любят музыку Майкла Джексона или безразличны ему, все же полагают, что он был детским хулиганом.

Главный вопрос для меня, “Как убедить Группы Два и Три, что Майкл Джексон не был педофилом?”

Со всем должным уважением к Вам и сообществу Майкла Джексона, Группе Каждый не имеет фактически никакого влияния на Группы Два и Три. Когда сторонники Майкла Джексона утверждают, что он не был детским хулиганом, люди в Группах Два и Три верят малому к своему положению. Реакция просто, “Кто заботится, что они должны сказать. Они - поклонники Майкла Джексона. Что Вы ожидаете?”

Очевидно, есть подобная реакция на мое положение. Я знаю, что Майкл Джексон не был педофилом. Но к сожалению общая реакция от людей в Группах Два и Три, “Что Вы ожидаете? Mesereau был его адвокатом.”

Книга Рэндалла Салливана сделает больше, чтобы рассеять эти ужасающие, ложные обвинения, чем что-нибудь, что Вы или я должны сказать.

Когда сторонники Майкла Джексона заявляют свои верования в невиновность Майкла Джексона, они обычно “проповедуют хору.”

У книги г-на Салливана, с его заключениями, что Майкл Джексон не был педофилом, есть огромная мощность достигнуть широкой аудитории, которая продолжает нападать на репутацию Майкла. Это - то, потому что г-н Салливан не приближался к своей работе как поклонник Майкла Джексона или сторонник. Его работа ясно демонстрирует, что он готов обратиться к беспокойству, спорным вопросам в жизни Майкла Джексона, так же как представить релевантную информацию, которую не любят определенные люди. Поэтому у его заключений, что Майкл не был детским хулиганом, может быть более убедительный вес.

На личном сообщении мне не нравятся бойкоты группы или цензура. Я полагаю, что определенные люди, которые раскритикованы в этой книге, организуют отрицательную кампанию. Некоторые отрицательные комментарии предполагают, что критики даже не читали книгу. Это тревожит  меня.

Вы говорите, что опрос сексуальности “известного, талантливого, влиятельного темнокожего мужчины является расизмом”. Вы думаете, что это хуже, чем запрос известного, талантливого темнокожего мужчины педофил? Если Вы делаете, мы находимся в очень сильном разногласии.

Я не сужу людей по их сексуальности. И при этом я не сужу их по их гонке, религии или приметам. Майкл сказал мне, что был гетеросексуален, и я верю ему. Но если бы он не был, то это не имело бы никакого значения мне.

Снова, я полагаю, что мы разделяем те же самые цели. Мы хотим восстановить репутацию Майкла Джексона, потому что мы знаем, каков замечательный, добрый и талантливый человек он был. У нас просто есть другое представление приоритетов.

Спасибо за то, чтобы разделить Ваши взгляды со мной.

С уважением,

Том Мезеро

+1

67

1 часть


http://www.youtube.com/watch?v=8SdYBd5hx5Q

2 часть

http://www.youtube.com/watch?v=4-l3U9xM9mU

3 часть

http://www.youtube.com/watch?v=rW46-rLbg7Y

4 часть

http://www.youtube.com/watch?v=Fs-FRlW4-Qs

5 часть

http://www.youtube.com/watch?v=A4XxozCuoCc

6 часть

http://www.youtube.com/watch?v=x_-5QjIDYPA

7 часть

http://www.youtube.com/watch?v=ZE5IW61wuCs

8 часть

http://www.youtube.com/watch?v=vebakBtWPfE

0

68

TOM MESERAU DEFENDS MICHAEL JACKSON

ТОМ МЕЗЕРО ЗАЩИЩАЕТ МАЙКЛА ДЖЕКСОНА

Позвоните, чтобы говорить с хозяином

(347) 857-2950

THE kING Jordan Radio show is very happy  to annonce their next guest Defense Attorney Tom Meserau on Wednesday, May 15th at 10PM EST - 7PM PST to discuss the molestation charges made against Michael Jackson by Wade Robson after he testfied in the 2005 Molestation Trial of Michael Jackson that nothing happened. Mr. Meserau will explain why Wade Robson is now coming forward with these accusations.

You do not want to miss this incredible interview by one of the most respected and world renowned Defense Attorney's in the world today.

We will be taking your calls.

THE kING Jordan Radio очень счастлива к анонсу их следующий поверенный Защиты гостя Том Мезеро в среду, 15-ого мая в 22:00 EST - 19:00 PST, чтобы обсудить обвинения в назойливости, сделанные против Майкла Джексона Уэйдом Робсоном после того, как он testfied в Процессе по делу о сексуальных домогательствах 2005 года Майкла Джексона, что ничто не произошло. Г-н Мезеро объяснит, почему Уэйд Робсон теперь выступает вперед с этими обвинениями.

Вы не хотите пропускать это невероятное интервью одним из наиболее уважаемого и мирового известного Поверенного Защиты в мире сегодня.

Мы будем принимать Ваши звонки.

http://www.blogtalkradio.com/jordan-kin … el-jackson

+1

69

Thomas Mesereau about Wade Robson on King Jordan Radio, May 15th 2013


http://www.youtube.com/watch?v=Srn8wdh9r6s

0

70

Классный руководитель написал(а):

Г-н Мезеро объяснит, почему Уэйд Робсон теперь выступает вперед с этими обвинениями.

Не знаю что там сказал Мезеро, но думаю что у Робсона нелегкое материальное положение, кредиты и все такое.
Обычно люди на слишком многое готовы и на слишком многое согласны  в таких  ситуациях. 
За примерами далеко ходить не надо. Майкл в такой ситуации согласился на "Вот И Все", Мюррей согласился "леичть" Майкла....

Не удивлюсь если выяснится что у Робсона например ипотека  и после рождения сына (а его именно в этот момент пробило) его расходы значительно выросли.  И тут ему кто-то совершенно случайно пообещал много денег 150 000 долларов в месяц за клевету, которую уже наверно нельзя ни доказать ни опровергнуть.

Отредактировано mama (23-05-2013 00:39:55)

0

71

What would Michael Jackson think?

He had a front-row seat for one of the lowest points of Michael Jackson's life. Now Tom Mesereau, the attorney who represented Jackson in his 2005 child molestation trial, is sharing with Showbiz Tonight his surprising views about the current Jackson family drama.
Mesereau tells Showbiz Tonight he thinks Michael Jackson would be okay with his 15-year-old daughter Paris living with her mother, Debbie Rowe. That would be a sharp difference from Jackson's family, who've reportedly vowed to fight any effort by Rowe to take custody of Paris after the teen's recent suicide attempt (as of yet, Rowe's made no such effort).
Why does Mesereau think Michael would be okay with that mother-daughter reunion? And while Mesereau may differ with Jackson's family on the Paris issue, he tells Showbiz Tonight he's backing them in their wrongful death lawsuit against concert promoter AEG Live. Find out why in the clip.

Что думал бы Майкл Джексон?

У него было место в первом ряду для одного из самых низких пунктов жизни Майкла Джексона. Теперь Том Мезеро, поверенный, который представлял Джексона в его испытании растления малолетних 2005 года, разделяет с Showbiz Tonight свои удивительные взгляды о токе семейная драма Джексона.
Мезеро говорит Showbiz Tonight, что он думает, что Майклу Джексону был бы хорошо с его 15-летней дочерью Пэрис, живущий с ее матерью, Дебби Роу. Это было бы острым различием от семьи Джексона, кто по сообщениям поклялся бороться с любым усилием Роу взять опеку над Пэрис после недавней попытки самоубийства подростка (пока еще, Роу не приложил такого усилия).
Почему Mesereau думает, что Майкл был бы хорошо с тем воссоединением матери-дочери? И в то время как Mesereau может не согласиться с семьей Джексона по  проблеме Пэрис, он говорит Showbiz Tonight, что он поддерживает их в их неправомерном смертельном судебном процессе против концертного промоутера  AEG Live. Узнайте почему в ролике.

http://www.hlntv.com/video/2013/06/17/t … -aeg-trial

+2

72

Классный руководитель написал(а):

Mesereau tells Showbiz Tonight he thinks Michael Jackson would be okay with his 15-year-old daughter Paris living with her mother, Debbie Rowe. That would be a sharp difference from Jackson's family, who've reportedly vowed to fight any effort by Rowe to take custody of Paris after the teen's recent suicide attempt (as of yet, Rowe's made no such effort).
Why does Mesereau think Michael would be okay with that mother-daughter reunion?

Мезеро сказал шоубиз тунайт,  он думает, что Майкл одобрил бы чтобы его 15-летняя дочь пожила с ее матерью, Дэбби Роу. Это резко отличается от позиции семьи джексонов, которые по сообщеняим поклялись бороться с любой попыткой Роу взять опеку над Пэрис после недавней попытки самоубийства подростка (пока еще Роу не делала такой попытки)
Почему Мезеро думает что Майкл одобрил бы воссоединение матери с дочерью?
примерно так по русски

Мне тоже интересно почему Том так думает... http://www.kolobok.us/smiles/artists/just_cuz/JC_thinking.gif 
Наверно знает о чем говорит)
Почитать бы полный перевод что сказал Мезеро.... возможно речь идет о "пожить" с мамой а не передать опеку.

0

73

Michael Jackson’s Ex Lawyer: He NEVER Paid $35M To Silence Abused Kids

The man who successfully defended Michael Jackson at the 2005 molestation trial says it’s “sickening” that people are trying to “profit and exploit” the King of Pop after his death, in the wake an explosive report in London’s Sunday PEOPLE newspaper.
Famed Los Angeles-based attorney Tom Mesereau rejected the tabloid report, which alleged his former client, Jackson, who died in 2009 at age 50, spent nearly $35 million in a desperate bid to cover up his crimes after he supposedly molested at least 24 boys.
“The FBI never had any files alleging that Michael Jackson had sexually abused 24 young boys, because it never happened,” Mesereau told RadarOnline.com exclusively.
“Remember, in 2009, the FBI released their files relating to Michael Jackson and even though some of it was redacted, there were absolutely no findings of any wrongdoing on behalf of my client. Leading up to the 2005 molestation trial, the Santa Barbara District Attorney was working with the FBI and Interpol and they came up with no evidence of any sexual abuse.
“Believe me, if they had such information, it would have been presented at the trial.”
Mesereau, who recently scoffed at Wade Robson‘s claims that Jackson had abused him, said the County of Santa Barbara District Attorney regularly flew to the FBI’s headquarters in Quantico, Va., during the 2005 case in attempt to find “any evidence against Michael.”
“They never got it,” he said.
Mesereau added, “It’s sickening that people are still trying to profit and exploit Michael Jackson in death.”
The PEOPLE report comes amid the Jackson family’s wrongful death trial against concert promoter AEG Live and Mesereau predicted the damaging article was “likely linked to the AEG civil trial,” although he noted that “I can’t prove it.”
A source close to the Jackson family also cast doubt on the report, noting the Thriller singer had emerged from multiple Los Angeles Department of Children & Family Services investigations without a case to answer.
“Michael was fully cooperative during all of his interactions with DCFS,” a source previously told Radar.
“Michael was interviewed for hours without his lawyer. He held nothing back. He couldn’t understand why these allegations were being made against him. DCFS cleared him on any wrongdoing in all its investigations.”

http://radaronline.com/exclusives/2013/ … Z8.twitter

Бывший адвокат  Майкла Джексона : Он НИКОГДА не платил 35$ M, чтобы заставить оскорбленных детей замолчать

Человек, который успешно защитил Майкла Джексона при процессе по делу о сексуальных домогательствах 2005 года, говорит, что это "отвратительно", что люди пытаются “получить прибыль и эксплуатировать” Короля Популярности после его смерти по следу взрывчатый отчет в Лондоне в воскресенье газета PEOPLE.
Известный находящийся в Лос-Анджелесе поверенный Том Мезеро отклонил бульварный отчет, который утверждал его бывшего клиента, Джексон, который умер в 2009 в 50 лет, потратил почти $35 миллионов в отчаянном предложении покрыть его преступления после того, как он, предположительно, досадил по крайней мере 24 мальчикам.
“У ФБР никогда не было файлов, утверждающих, что Майкл Джексон подверг 24 молодых мальчиков сексуальному насилию, потому что это никогда не происходило,” сказал Мезеро RadarOnline.com исключительно.
“Помните, в 2009, ФБР выпустило их файлы, касающиеся Майкла Джексона и даже при том, что часть его была отредактирована, не было абсолютно никаких результатов никакого проступка от имени моего клиента. Приводя к процессу по делу о сексуальных домогательствах 2005 года, Окружной прокурор Санта-Барбары работал с ФБР и Интерполом, и они подошли без доказательств любого сексуального насилия.
“Верьте мне, если бы у них была такая информация, она была бы представлена при испытании.”
Mesereau, который недавно насмехался над требованиями Уэйда Робсона, что Джексон оскорбил его, сказал, что Окружной прокурор графства Санта-Барбара регулярно летал в штаб ФБР в Quantico, Вирджиния, во время случая 2005 года в попытке найти “любые доказательства против Майкла.”
“Они никогда не получали их,” сказал он.
Мезеро добавил, “Это отвратительно, что люди все еще пытаются получить прибыль и эксплуатировать Майкла Джексона после смерти.”
The PEOPLE сообщение приходит среди неправомерного смертельного испытания семьи Джексона против концертного промоутера  AEG  Live  и Мезеро, предсказали, что разрушительная статья была, “вероятно, связана с гражданским процессом AEG,”, хотя он отметил, что “Я не могу доказать его.”
Источник близко к семье Джексона также подверг сомнению отчет, отмечая, что певец Триллера появился из многократного Отдела Лос-Анджелеса исследований Children & Family Services без случая, чтобы ответить.
“Майкл был полностью совместным во время всех его взаимодействий с DCFS,” источник ранее сказал Радар.
“У Майкла взяли интервью в течение многих часов без его адвоката. Он ничего не сдержал. Он не мог понять, почему эти утверждения делались против него. DCFS очистил его на любом проступке во всех его исследованиях.”

+4

74

TOM MESEREAU & SOCIAL MEDIA [A CONFIRMATION]:

An hour ago, I spoke at some length with Tom Mesereau by phone. Tom confirmed that he has NEVER had a Facebook account or a Twitter account. Anyone who communicates via these social media using his name is an impostor.
Tom explained to me that he provided a written response to Showbiz Tonight a few weeks ago, but otherwise his comments and interviews about Michael Jackson and/or members of his family have been done verbally.

Please share this message with your friends. Thank you.

Karen Moriarty,
Author,
defendingaking.com

Please whoever you are, STOP posting as the real Tom, this will NOT help prove Michael's innocence and it'll only damage his legacy and honor even more, haters will have an excuse to try and prove he's guilty. Stop now.

ТОМ МЕЗЕРО & СОЦИАЛЬНЫЕ СМИ [ПОДТВЕРЖДЕНИЕ]:

Час назад я говорил довольно долго с Томом Мезеро по телефону. Том подтвердил, что у него никогда не было счета Facebook или аккаунта в Твиттере. Любой, кто общается через эти социальные СМИ, использующие его зовут самозванца.
Том объяснил мне, что обеспечил письменный ответ на Шоу-бизнес Сегодня вечером несколько недель назад, но иначе его комментарии и интервью о Майкле Джексоне и/или членах его семьи были сделаны устно.

Пожалуйста, разделите это сообщение со своими друзьями.Спасибо.

Карэн Мориарти,
Автор,
defendingaking.com

Пожалуйста, кто бы ни Вы, ПРЕКРАТИТЕ отправлять как настоящий Том, это НЕ будет помогать доказать невиновность Майкла, и она будет только повреждать его наследство и соблюдать еще больше, у ненавистников будет оправдание попытаться доказать, что он виновен. Остановитесь теперь.

http://www.twitlonger.com/show/n_1rl8gpo

0

75


http://www.youtube.com/watch?v=7UIg6yB8bCw

0

76


http://www.youtube.com/watch?v=L14sa0WgVJQ

0

77

Tom Mesereau, who represented Michael Jackson in his molestation trial, has harsh words for Dr. Conrad Murray.
У Тома Мезеро, который представлял Майкла Джексона в его процессе по делу о сексуальных домогательствах, есть резкие слова для доктора Конрада Мюррея.

http://edition.cnn.com/video/data/2.0/v … u.hln.html

0


Вы здесь » MJisALIVEru » Окружение » Tom Mesereau (Том Месеро)